Ведьма магу не товарищ. Книга 2

От дальнейших объяснений меня избавил Злюка, решивший, что настал самый подходящий момент для присвоения самой аппетитной колбаски. А ведь я сама на нее глаз положила. В итоге, пока я пыталась отстоять целостность своего обеда с одной стороны, мои же подруги растащили все пирожные с другой. Плюнув, я оставила попытку вытащить из безразмерной злюкиной пасти остатки колбасы и поспешила съесть то, что еще осталось на подносе. Ну совсем никто бедную ведьмочку не любит.

Пока я под насупленными взглядами Бриг с Малишкой доедала последнюю булочку и под фырканье Злюки допивала чай, мысли мои наконец‑то потекли ровно, вызвав приступ добродушия.

– И чем же вы занимались, пока я по сугробам скакала? – первой задала я вопрос подругам.

Бриг фыркнула, а Малишка уже открыла было рот для ответа, но в этот момент дверь нашей комнаты с грохотом распахнулась, и в нее, словно ураган, влетела еще одна потеряшка, Лия.

– Ринка, вот же, ведьма ты болотная, почему нам ничего не сказала? – тут же кинулась она ко мне.

– Не сказала чего? – осторожно уточнила я и невольно вся напрягаясь. Неужели кто‑то проболтался о моем демоническом происхождении?

Бриг с Малишкой тоже вопросительно уставились на ведьму.

– Ну вы чего? – растерялась Лийка. – Да пока мы тут сидим, об этом, оказывается, уже вся академия судачит. Я только что еле от гессок с бытового отбилась, они же мне все и рассказали.

– Что рассказали? – теперь уже Бриг постаралась направить нашу подругу на истинный путь раскрытия информации.

– У отпрыска, оказывается, новая невеста. Он вот прямо сейчас в академию из столицы вернулся. Причем, говорят, во дворце вчера скандал по этому поводу был. Потому как невеста, по слухам, жутко высокого положения, но официального представления вроде как еще не было. В общем, вся верхушка знати взбудоражена, никто ничего не знает. Девиц‑то со статусом, равным герцогскому, не так‑то и много. Это если только двоюродная племянница… – Лия, прищурилась, видимо, вспоминая, кто там и кем кому из верхушки истаранской знати приходится, но тут же, взглянув на меня, подскочила словно бешеным бревном укушенная. – Ринка, ты чего?

– Что чего? – спросила я, неожиданно хлюпнув носом.

– Ты что, ревешь?

– Нет, – ответила я, чувствуя, что глаза как‑то странно защипало. – С чего мне реве‑е‑еть?

– А‑ну тихо! – гаркнула Бриг так, что посуда на подносе звякнула. – Ринка, ржавчину тебе на котелок, я ж тебя спрашивала, было что? С Кураном!

– Да не было ничего! – не тише Бриг крикнула я, но после «было» с моим голосом случилось что‑то странное, звуки растянулись и слились в сплошное «ы‑ы‑ы». Впрочем, и с глазами тоже что‑то стало не так, потому как перед ними появилась мутная пленка, а щеки стали странно мокрыми.

– Так чего ревешь тогда? – растерялась, в свою очередь, Бриг. – Нашла из‑за кого реветь. У тебя вон у самой женихов целая куча. И не хуже отпрыска.

– Да, куча, – снова хлюпнула я носом. – Вот к ним я сейчас и пойду! И выберу, а Куран пусть сидит со своей новой курицей!

– Эй‑эй, подруга, – кинулась ко мне Бриг. – Ты что это задумала?

Вот только я, несмотря на мешающие слезы, оказалась проворней и, схватив сапоги с плащом, выскочила за дверь.

Благо непонятно чего хотящие от меня гесски уже успели разойтись. Как будто я должна лучше них знать, кто там у отпрыска в невестах ходит. Мне вообще на него плевать.

Предательский нос опять хлюпнул, и я, чтобы вновь не расплакаться, едва выскочив из общежития, набрала полные ладони снега и попыталась им умыться. Помогло мало, но все же стало лучше, чем было.

Глубоко вдохнув и так же глубоко выдохнув, я запахнула плащ поплотнее и снова направилась к общежитию для богатых и родовитых.

Давно пора было это сделать и незачем сюда возвращаться, сама себе говорила я, быстро шагая по расчищенным дорожкам. А как выбрать? Да никак, кого первым найду, тому демону больше всех и не повезло. И пусть потом мучается всю свою бессмертную жизнь. Я предупреждала, даже больше, старалась, можно сказать, заботилась об их будущем. Так что сами виноваты.

Дойдя до дверей общежития, я вдруг осознала, что не знаю, где демоны поселились. Предполагать‑то предполагала, но не больше. Немного растерявшись, я все же вспомнила про демоническое зеркальце и полезла в карман. Может быть, хоть с помощью него мне удастся догадаться, где именно обитают демонические женихи.

Вытянув заветную вещицу, я быстро откинула крышку и вгляделась в серебристую гладь. Не знаю, как именно должен был работать артефакт, но на этот раз он показал мне только двоих демонов. Рояннар с Эларрором сидели у камина в комнате, напоминающей ту, в которой жил Севейнел. Значит, со зданием я не ошиблась, и демоны действительно поселились здесь. Оба красавца, потому что с таким количеством зеленых пятен на лицах назвать их как‑то по‑другому у меня язык не поворачивался, были подозрительно хмурыми и задумчивыми.

Эх, вздохнула я, если бы эта вещица еще и звук передавала, а не только изображение.

Видимо, демонические артефакты были намного совершеннее истаранских, потому как после моего горестного вздоха зеркало подозрительно сверкнуло, и я услышала звук открываемой двери. Вначале даже показалось, что это кто‑то выходит из общежития, на пороге которого я стояла, но потом стало понятно, что звук шел прямо из зеркала.

 

– Ну что? – повернув голову, спросил Рояннар, и отражение мгновенно сменило ракурс, показывая мне третьего демона, заходящего в комнату.

– Все сделал, – зло ухмыльнулся Наррияр, падая в третье кресло. – Теперь осталось только ждать.

– А ты уверен, что мы правильно поступили? – поднял серебристоволосую в зеленую крапинку голову Эларрор.

Наррияр еще больше скривился и, отпив из бокала чего‑то явно алкогольного, пояснил:

– А ты хочешь, чтобы она и дальше измывалась над нами? Или так и не понял, что пока рядом с ней тот маг, никого из нас она не выберет?

– Но как к этому отнесется Даррион? – подал голос рыжий Рояннар.

– Даррион запретил нам применять к нему демоническую магию, а вот насчет убивать ничего не говорил.

Меня словно под дых ударили. Я несколько раз попробовала вдохнуть, но тщетно. О ком говорил черноволосый демон, я прекрасно знала. И была уверена в том, что эти проклятые демонюки ни на секунду не усомнятся в правильности своего решения. А самое страшное было то, что остановить их мог только тот, кто был им равен либо превосходил по силе. Но сейчас в этом мире такого существа не имелось. А как срочно вызвать отца, я не знала.

– А Азмаринда? – все еще колебался Рояннар, и это давало мне хоть какую‑то надежду, что демоны еще образумятся. – Неужели ты думаешь, что она простит такое?

– А откуда она узнает? – ухмылка Наррияра превратилась в брезгливую гримасу, словно он хвост пиявки откусил. – Наши руки чисты, и ничто в этом мире не сможет доказать, что та тетка под воздействием.

– Какая тетка? – потер переносицу Эларрор. – Что ты вообще сделал?