Ведьма магу не товарищ. Книга 2

Так же отправляю к тебе Рузи. Она обязана продолжить твое ежедневное обучение демонической магии. Как бы она этому ни противилась.

Еще сообщаю тебе, что ты забыла взять с собой вещи. Твою метлу я отправил вместе с Рузи, уж слишком сильно она бушевала без тебя. Остальные вещи отправлять не стал, но, чтобы ты не обиделась на меня за это, сообщаю, в гномьем Истаранском банке открыт счет на твое имя. Можешь пользоваться его средствами по своему усмотрению.

Твой отец, Даррион т’Соррон

 

Я несколько раз перечитала письмо, но его смысл от этого не изменился. Папочка не просто отправил за мной женихов, а еще и назначил меня их нянькой. Предполагаю, что то зеркало, что показывала мне Рузи, было для меня, но кучеряшка решила его банально прикарманить. Водилась за ней такая привычка.

Единственное, что радовало, – это счет в банке. Но до него еще нужно было добраться. А до этого мне придется щеголять по академии в старой, чужой, потасканной шубе и старых же сапогах.

– Уже написала? – окликнула меня Бриг, выходя из ванны, и я тут же поспешила свернуть письмо. По правилам магической почты, как только оно закроется, его текст снова исчезнет и проявится, только если я сама открою его повторно. Для другого человека письмо обернется чистым листом бумаги. Молодец папочка, хоть тут не создал мне новых проблем.

– Нет еще, думаю, – отозвалась я, доставая письменные принадлежности. – Голова никак работать не хочет.

– Уж не об отпрыске ли она думает? – поддела меня подруга, но я лишь скривилась в ответ. Хотела бы я думать лишь о нем. Тут проблемы посерьезней назревают, и чую я, без помощи подруг мне не обойтись, но как им все объяснить?

Увидев, что я не отреагировала, Бриг вздохнула и села рядом:

– Ладно, давай вместе писать, может, что умное и получится.

Вот за это я ее и любила. Она никогда не оставляла меня наедине с проблемами. Впрочем, как и Лия с Малишкой. Так что как‑нибудь выкрутимся.

Вместе отчет по практике пошел гораздо веселее, тем более что, судя по замешательству и растерянности Бриг, поставленные академией задачи профукала не я одна.

Закончить отчет мы еле успели, поэтому на занятие вынуждены были бежать, не успев ни пообедать, ни привести себя в более‑менее нормальный вид. И только увидев своих, не менее нечесаных одногруппниц, я поняла, что не одна такая.

Исшандра, как всегда, окатила нас презрительным, недовольным взглядом и приказала, положив отчеты ей на стол, рассаживаться по местам.

Никогда еще ведьмы нашего курса не сидели настолько тихо. Звук каждого переворачиваемого куратором листа казался громовым раскатом, а ее взгляды, изредка бросаемые на кого‑нибудь из нас, грозились закончиться вызовом целителей. Неужели у других ведьм практика была такой же насыщенной, как у меня?

– Азмаринда Новарис, – не отрываясь от бумаг, произнесла куратор, а у меня по спине побежал холодный пот от одного только ее тона. Наверно, я никогда не привыкну к ее манере обращаться к студентам. – Задачей вашей практикантской группы была охрана заданной территории от нечисти и низших демонических сущностей. Потрудитесь объяснить, какую роль в этом играло зелье хрупкости, которое вы описали в своем отчете.

Мухоморчики раздавленные, вот это провал. Когда я в спешке вместе с Бриг писала отчет, совершенно не подумала о том, что меня могут спросить, что и для чего делалось.

Я уже открыла было рот, но в этот момент за окном раздалось громкое «му‑у‑у‑у!», а следом за ним возгласы:

– Слева, слева заходи!

– Да не так, нечисть тебя побери!

– Куда ж ты лезешь, упырь неразумный, там же рога у него!

– Да чтоб тебя умертвие сожрало! Чем ты бить его собрался, кость безмозглая?

Все дружно повернули головы к окну, чтобы увидеть несущегося на всех парах моего быка и дружно бегущую за ним толпу некромантов, так же слаженно размахивающих заклинаниями.

– Вот! – радостно ткнула я пальцем в окно. – Зелье хрупкости помогает лишить врага его главного оружия – рогов.

– Допустим, – скривилась Исшандра. – А зельем стригущего лишая вы пытались лишить его хвоста?

Я мысленно отвесила себе подзатыльник за то, что не додумалась до чего‑нибудь более дельного, чем просто переписать в отчет все те зелья, что варила в мамочкиной лаборатории, но отступать было поздно. И если использование на практике зелья окаменения еще можно было как‑то объяснить, то для других эликсиров, с помощью которых я воспитывала женихов, придется приложить немалую долю фантазии.

– Понимаете, – начала я, – использование зелья стригущего лишая приводит нечисть в такой шок, что она застывает на месте, и некромантам и боевым магам становится намного легче в них попадать.

Да простят меня Севейнел с Ласвильдом за высокую оценку их меткости. Но ведь именно таким столбом замер Эларрор, после того как увидел себя в зеркале. Кажется, его тогда слуги более суток пытались в себя привести. Пришлось все зеркала в замке завесить.

Исшандра усмехнулась и, вернувшись к моему отчету, задала следующий, уже ожидаемым мной вопрос:

– А как вы объясните использование зелья шелковистости волос? Или с его помощью вы тоже пытались нечисть до инфаркта довести?

Ответить мне не дали. Стоило Исшандре произнести последние слова, как дверь в аудиторию с грохотом отворилась и на пороге появился странный дедок в некромантском плаще.

 

– Лесса Миротоган, – нервно улыбнулся он. – Могу я на минуту отвлечь вас от занятия?

Исшандра кивнула и направилась к двери, а мой чувствительный нос уловил подозрительно знакомый запах, идущий от дедка.

Вернувшись, куратор бросила на меня странный, нечитаемый взгляд, и кивнула на дверь:

– Азмаринда, иди. И очень надеюсь, что ты не ударишь в грязь лицом и некроманты не позволят себе забыть, кто такие ведьмы.

– А как же отчет по практике? – проблеяла я, не совсем понимая, что от меня хотят и о чем вообще говорит куратор.

– Сдашь, когда последствие твоей практики прекратит с некромантами в догонялки играть. Иди.

Значит, запах мне не почудился, поняла я и, быстро собрав вещи, под удивленными взглядами однокурсниц покинула аудиторию.

За дверью меня ожидала целая процессия мужиков.

– Она? – грубо выпихнул вперед Ника здоровенный толстяк. Некроманская мантия сидела на нем неуклюже, словно была снята с чужого плеча. Казалось, она вот‑вот треснет и разойдется по швам, высвобождая отвисшее сало мага. На фоне остальных излишне худых, даже тощих некромантов он казался особо комичным и каким‑то нереальным. Интересно, кто он?

Ник поднял на меня виноватый взгляд и, кивнув, тут же потупился:

– Она, – на грани слышимости пробормотал он.