Ведьма магу не товарищ

Необходимость в алкоголе во время еды не единственная особенность пищеварения орков. Гораздо более «особенными» являются последствия этого самого пищеварения. Любой оркский туалет не на пустом месте оснащен дополнительной магической звукоизоляцией. А Ташрааша рассказывала, что в старину именно звуки активной работы кишечника служили главным сдерживающим фактором от вторжения в оркские степи чужаков. Ну и хищников удобно было отпугивать. Вот и я сейчас очень сильно надеялась, что мне удастся отпугнуть от своей особы некоторых очень шустрых белобрысо‑каштановых хищников.

Поставив клубок из кофты и лошади на пол, я осмотрелась. Статуэтку необходимо было пристроить так, чтобы казалось, будто она здесь всегда стояла. Благо орки редко обращали внимание на всякие мелочи в духе предметов интерьера, и Рышвараш не был исключением.

Санузел куратора третьего курса орков существенно отличался как от нашего с Бриг, так и от санузла отпрыска. От нашего – размером, от отпрыскового – чистотой. Нет, не подумайте, что мы грязнули и не убираем у себя, просто у нас плитка настолько древняя, что ее, видимо, еще до постройки академии на мусорную кучу, как старье, выбросили, а экономные строители нашли и не придумали ничего лучше, чем выложить ею пол и стены нашего крошечного санузла. За ванну вообще молчу. Мы с Бриг даже как‑то поспорили, что это не ванна, а купель златокудрых мылиц, просто настолько древняя, что ее не смогли занести в исторические каталоги. Что же касается чистоты санузла кураторов орка, то что вообще можно взять с «хозяина степей»? Никуда не вляпалась – уже хорошо.

Может, предложить Рышварашу договориться с домовыми, чтобы они уборку сделали? Преподавателям вроде бы домовые такую услугу предоставляют. Впрочем, это не мои проблемы, если только они не грозят пополнить мой кошелек.

Отбросив размышления о новом способе заработка на нерадивом орке, я бросилась к полкам, заставленным разнообразными баночками‑скляночками.

Так. Это мое, это тоже мое и это мое. А это что? Зелье депиляции? Зачем оно лысому орку? И почему не мое? Конкуренты? Кто посмел?

– Ринда! – сокрушительный удар в дверь оторвал меня от коварных планов по уничтожению конкурентов и я, быстро размотав статуэтку, засунула ее между банкой с порошком от степных блох и коробкой с руазанскими ракушками. Зачем орку в ванной комнате держать целую коробку ракушек, перламутр которых используют для инкрустации мебели – загадка. Но разгадать мне ее сейчас, судя по грозному сопению за дверью, не судьба. Главное, что коробка с ракушками достаточно большая, чтобы прикрыть собой мой сюрприз.

– Зачем пришла? – с подозрением глядя мне за спину, спросил Рышвараш, когда я наконец открыла.

– Так я это, – плотно прикрывая за собой дверь туалетной комнаты, промямлила я, – спросить хотела, может, надо чего?

Как я и ожидала, Рышвараш выставил меня вон достаточно быстро. Если ему что‑то было нужно, он всегда сам первым давал об этом знать. Все же его заказы часто балансировали на грани закона, и каким бы орком он ни был, дураком его тоже не назвать. Но мне в данный момент другого и не нужно было.

Покинув общежитие орков, я снова рванула в библиотеку. Чем глубже ночь, тем проще мне будет добраться до запретной зоны.

Согласно найденной в закрытой половине библиотеки информации получалось, что сашмит не совсем растение. Это скорее магическое полуразумное существо на растительной основе. Безжалостное, хладнокровное, абсолютно послушное привязавшему. Сашмит мог быстро передвигаться, покидать на несколько часов место своего произрастания, в данном случае горшок с землей, стоящий в дальнем углу ректорского кабинета. Кроме того, злостный охранник мог легко отращивать дополнительные побеги которые скручивали жертву, словно плети, и впрыскивали парализующий яд через крошечные, но невероятно колючие шипы. Листья сашмита в охранных действиях, как правило, не участвовали, зато из них можно было приготовить просто невероятные зелья, прочитав назначения некоторых из них, я поняла – хочу. Во чтобы то ни стало я должна добыть эти листья и один обязательно оставить себе. Проблемой было то, что сашмит свои листья невероятно лелеял и берег, расставался с ними крайне неохотно, даже если этого требовал хозяин.

Мысли об этом напрочь выбили из моей головы все остальное. В комнату я вернулась уже под утро. Поспать удалось всего пару часов, потому проснулась я хмурая и злая. Бриг, как и остальные подруги, на меня дулась, считая, что я не права и должна отступиться от безумной, по их мнению, затеи. Я же, наоборот, после того как прочитала о свойствах листьев сашмита, поняла, что это, возможно, мой единственный шанс. И на все у меня четыре дня, один из которых уже прошел.

На парах я была невнимательна, за что получила три замечания, хорошо хоть, отработку не влупили. Куратор на своих занятиях меня и мой отсутствующий взгляд демонстративно не замечала, за что я была ей безумно благодарна. Курана тоже не видела, даже в столовой мы с ним умудрились разминуться, что также не могло не радовать.

А вот вечером я, проигнорировав злобное сопение Бриг и вооружившись отмычками с зельем невидимости, направилась к ректорскому кабинету. Большой надежды на успех у меня не было, но и ничего не делать я не могла.

На этаже, где располагался кабинет ректора, было тихо и темно. Учитывая позднее время и отсутствие рядом учебных лабораторий, это было ожидаемо. Единственным источником света был большой желтый магический светляк, который располагался на лестнице метрах в тридцати дальше по коридору. Но я все равно не стала рисковать и, предварительно облившись зельем невидимости, постаралась двигаться как можно тише, направляясь к кабинету ректора.

Вот и она, заветная дверь. Преодолев ее, мне придется пройти приемную, затем открыть следующую, за которой как раз и несет охрану нужное мне растение. Срывать листья сегодня я не планировала, слишком опасно, сначала нужно просто осмотреться, оценить противника. Ведь днем сашмит сидит в своем горшке и практически не двигается, его главная задача – охранять кабинет именно ночью.

Остановившись рядом с дверью, я аккуратно нащупала отмычки. Из‑за действия зелья невидимости сама я их тоже различить не могла, приходилось действовать исключительно наощупь. Впрочем, не привыкать. Отмычки принадлежали Бриг, а ей они достались от душки‑Орупа, который проиграл их ей в карты. Этот оборотень был профессиональным вором, но имел дурость забраться в комнату постоялого двора, в котором остановилась наша Бригитта, направляясь домой на летние каникулы. Оруп оказался парнем довольно сообразительным и быстро понял, что вредить ведьме не стоит, а еще Бриг утверждала, что он был невероятным красавчиком. В результате нескольких ночных партий в карты, Оруп расстался со своими отмычками и некоторыми профессиональными секретами, а Бриг с двумя парами нижнего белья. Эти отмычки выручали нас не раз, и мы все четверо научились владеть ими практически виртуозно, поэтому я не сомневалась, что дверь поддастся мне без проблем. Тем большим для меня сюрпризом стала неожиданная преграда, на которую я налетела, когда попыталась до этой двери добраться. Преграда дрогнула, толкнула меня, а затем грязно выругалась.

– Какого лешего в пересушенном болоте? – невольно вырвалось у меня в ответ.

– Ведьма? – послышался изумленный голос, который, видимо, от узнавания меня тут же приобрел гневные нотки. – Какого граха ты тут взялась?

– Отпрыск, – ошарашено прошептала я в темноту.

– Кто?! – еще больше возмутился отпрыск великого рода, так и не показав себя.

– Да не ори ты, – шикнула я на него, – не хватало только стражей привлечь. Что ты тут делаешь?

То, что Куран, пусть и под пологом невидимости, оказался в одном месте со мной, удивило, насторожило и, совершенно точно, не устроило меня.