Ведьма на рогатую голову, или Фамильяр не по правилам

– А вот и не истощится! – взревел кошак. – Посмотр‑р‑ришь. Как только Мар‑р‑рта её убивать станет, явишься как миленький. И вот тогда, может, Вер‑р‑рховная тебя самого укокошит! Да не может, а укокошит непр‑р‑ременно! Ты знаешь, сколько она уже живёт и пр‑р‑рактикует? Да она тебя по стенке р‑размажет, как комар‑р‑ра!

Митрофан был уверен в своих же словах лишь наполовину. Марта действительно очень могущественная ведьма, к тому же настоящая чёрная, и повстречайся ей на пути это бестолковое рогатое отродье, только клочки от него полетят по закоулочкам. А вот в том, что демон встретится всё‑таки Марте, Митрофан сомневался. Силища, туда‑сюда шастать между мирами, нужна такая, что упаси Святые. Всей своей кошачьей душой он понимал, что ни у владельца хором, ни у его Сеньки такой силищи нет и быть не может.

Но запугать же стоило попробовать? И что, что демон? Еська говорит, это почти что человек. А всем людям свойственно бояться. К тому же угроза, кажется, подействовала.

Дэймиар склонил набок голову, прожигая болтливого животного напряжённым и настороженным взглядом. Его замысел почти удался. Кот проглотил провокацию, как полевую мышь, и выдал новые сведения о несносной девчонке.

Но было в его импульсивной речи, нечто, что на самом деле испугало демона. Не просто какая‑то Верховная, а поразительное совпадение в её имени.

Шумно сглотнув, Дэйм присел на корточки, чтоб лучше было слышно представителю кошачьих, и уточнил:

– Верховную зовут Марта?

Митрофан ожидал какой угодно реакции, но никак ни интереса к деталям.

– Нашу могущественную Вер‑р‑рховную зовут Мар‑р‑рта. – злобно прошипел кот. – И она тебя по…

– …стенке размажет. – договорил за Митрофана демон. – Я помню. – усмехнувшись, рогатый поспешил задать новый вопрос: – И она могущественная чёрная ведьма? Именно чёрная?

– Чер‑р‑рнее моей души. – пафосно изрёк кот, лупя хвостом по полу.

Дэймиар кивнул, едва сдержавшись, чтоб не вздохнуть с облегчением. Раскрывшиеся детские травмы дрогнули и отступили.

"Просто совпадение. Мало ли всяких Март во всех мирах и подмирах? Наверняка их множество." – успокоил ноющую тревогу ан Сложер.

– Вы не с Земли? – вопреки доводам разума, Дэйм всё же уточнил ещё одну немаловажную деталь.

Митрофан округлил глаза, присев на задние лапы, и громко изрёк:

– С неё. Дальше что?

Ох и не нравились коту вопросы рогатого. Неспроста он так интересуется Верховной. Неужели пойдёт сначала на бой с Чёрной, чтоб от Сеньки избавиться со спокойной душой? Тогда и спасать Еську будет не от кого, можно будет и домой вернуть.

Но он же не сумасшедший? Или…?

– Со мной пойдёшь. – безапелляционно припечатал демон, схватив кота за шкирку. – Не трону. – поднявшись, Дэймиар поспешил выйти из спальни, где мертвецким сном спала ведьмочка, держа на вытянутой руке брыкающегося и визжащего кота. – Да не ори ты! – прикрикнул рогатый. – Через час вернёшься сытый и целый. В гости ко мне сам же хотел? Вот и пойдём!

– Гости? – насторожился трепыхающийся кот. – В гости добр‑р‑ровольно ходят! Пусти меня, р‑рогатая твар‑р‑рь. – пуще прежнего завопил Митрофан.

 

– Я отплачу! – встряхнув кошака, демон поднял его на уровень своего лица, серьёзно взглянув в жёлтые глазищи. – Что хочешь?

– Диван! – словно только того и ждал, выпалил кот. – Личный. Из твоих хор‑р‑ром.

– Будет тебе диван. – хмуро кивнул Дэйм.

 

Глава 13

 

 

Пока спала новая хозяйка, лавка похозяйничала, отряхнув пыльные залежи со своего тела. Поправила покосившиеся полки и стеллажи, открыла потайной вход в подвал, где предыдущая владелица и творила свою волшбу, срастила прилавок, сетуя на импульсивного мальчишку, которому мало наподдала водосточной трубой.

Лавочка хотела, чтоб новой ведьме здесь понравилось. Чтоб госпожа чёрная ведьма Есения, как её называют заглядывающие к ней гости, не сбежала от неё и не бросила на произвол судьбы да людям на растерзание, как ведьма‑создательница. Лавка готова на всё, лишь бы понравится новой владелице.

Создать уют и комфорт, лавочке показалось мало. Она могла помочь и многим другим. Например, переставить на полки в кладовой, поближе к входу, своих соседей – зачарованные предметы, что послужат новой хозяйке и непременно пригодятся в быту. Были среди них и ступки, и измельчители трав, и тряпки, и кисти, и рецептники, и таблички, и инструменты для сбора трав и зельеварения.

К пробуждению Есении лавочка умаялась. Напоследок проверила канализационные и водосточные трубы, чихнув и прочистив их от засоров. Что, собственно, и послужило сигналом к подъёму для новой владелицы. Проверила источник, который как ни старалась, а израсходовался на четверть, и уснула, запустив макроэкономический режим.

Еська резко распахнула глаза. Перед ними заплясали тёмные пятна, то расширяясь, то сужаясь попеременно. Лавку тряхнуло так, что ведьмочка подпрыгнула на кровати, даже не шелохнувшись и не двигаясь. Звук был таким, словно шёл со всех стен, клокоча, вибрируя и завывая.

Всего мгновение, а девушка уже успела не только испугаться, но и припомнить сваренное зелье.

А вдруг это какое‑то побочное действие? Галлюцинации?

Всё стихло так же внезапно, как и началось. Лавка закончила с делами по хозяйству, а Сенька ещё долго лежала в постели, пытаясь прийти в себя и решиться позвать Митрофана.

Смелости хватило на то, чтоб повернуть голову. Ведьмочка вздрогнула, испугавшись ведьмовского колпака, что, съехав с её головы, пристроился на подушке по соседству, посапывая широкими, оверложенными полами.

– Помогите, Святые… – пробормотала Еся, поморщившись от прострелившей виски головной боли. – Что вообще здесь творится?

Оставив шляпу досылать, ведьма села в кровати, опасливо оглядываясь по сторонам. Замутило. Тошнота монотонно подбиралась к горлу, угрожая забегом к туалету.

Ведьмочка шумно сглотнула, опустив на пол обутые в туфли ноги. Наличие обуви озадачило ничуть не меньше, чем происходящее мракобесие.

Неужели Митрофан был прав, и здесь действительно живёт неупокоенный дух, что вознамерился освободить от них свою территорию?

Добравшись до ванной, Есеня встретилась со своим отражением в зеркале, медленно округляя глаза.