Ведьма на рогатую голову, или Фамильяр не по правилам

– А вот соблазнила бы, глядишь, и помог бы чем. Хотя, – кот недовольно прищурился, склонил голову набок, сначала на один, затем на другой, и грустно выдал: – Было бы ещё чем соблазнять.

Еся хоть и не считала себя красавицей, но оскорблений от своего кота не снесла. Разжала руки, выронив чёрный комок хамства на полупрогнившие ступени, и решительно толкнула дверь в свою будущую лавку.

– Эй, кр‑р‑ривор‑р‑рукая! – раздалось за её спиной.

Не оборачиваясь, девушка захлопнула за собой дверь, уверенно проговорив:

– Никакого пиетета к чёрной ведьме. – её голос сопровождался поскрипываниями половиц. – Твоя же наука, Митрофан. Вот посиди там и подумай о своём поведении!

Вздохнув, кот поднялся, брезгливо поглядывая на плесень, что ползла от ступенек к стене дома, и недовольно процедил:

– Ведьма.

Осторожно перебирая лапами, Митрофан добрался до подоконника. Воззрился на него, как на неприступную крепость, и вздохнул. Давненько он по деревьям и заборам не хаживал. Допрыгнет ли?

Внезапно, словно услышав его мысли, Еся распахнула это же окно, выглянув наружу.

Пожалуй, так у него больше шансов попасть и удержаться своими лапами на узком подоконнике. Можно же вообще, прыгнуть в окно и приземлиться уже в жилище.

Отбежав назад, кот призывно мяукнул, прищурив жёлтые глазищи, и понёсся вперёд. Мгновение, застывшее в кошачьей памяти вечностью, и он висит на подоконнике пузом. Знание лапы и торчащий трубой хвост снаружи, голова и передние лапы внутри…

Повис. Лежит. Поскрёб задними лапами, пытаясь перенести вес своего тела наперёд, но быстро устал. Опять повис.

Отдыхает.

Сенька распахнула второе окно, впустив в дом свежий воздух и солнечный свет, и пожалела своего котофея. В конце концов, он у неё один в этом мире остался. Да и в родном мире у Еси никого, кроме Митрофана, не было. Сама ведь разбаловала и раскормила, выходит, тоже виновата в возникшей ситуации и его скверном характере.

Только вот смех сдержать не удалось.

Заметив приближение своего двуногого питомца, Митрофан усиленно заработал задними лапами снова, пытаясь уже хотя бы свеситься вниз, если не подтянуться, и злобно кривлялся, время от времени показывая розовый язык.

– Я помогу, не глупи. – отсмеявшись, проговорила девушка, подняв шипящего кота на руки.

– Я сам мог!

– Мог, мог… – закатила глаза ведьма, наконец‑то имея возможность осмотреться в своих владениях.

На Есю смотрел прилавок. Огромная стойка из голубой плиты, стоящая на таком же куске камня, располагалась аккурат напротив двери, занимая собой в ширину почти всё помещение. Сбоку, совсем в небольшом проходе, навевала уныние трухлявая деревянная лестница. Рядом с ней запертая дверь, слетевшая с одной петли. На стыке дверной лутки раскинулась величественная паутина, сверкая в солнечных, проникающих в помещение лучах. Собственно в этих лучах сверкала и поднятая с пола пыль.

– Да уж…– глубокомысленно протянула ведьма, почесав обескураженного кота за нервно подрагивающим ушком.

– Обманули… – жалобно заскулил Митрофан. Будто он и не кот вовсе, а собака, которой дверями хвост зажало. – Где шелка, Сенька? Где золото, Сенька? – встрепенувшись, кот воинственно вздыбил шерсть. – Ну‑ка отпусти меня! Я сейчас двуколку догоню и демону хар‑р‑рю подр‑р‑рихтую!

Есения улыбнулась, глубоко вздохнув. В отличие от меркантильного тварюшки, девушка прекрасно понимала, что  просто так не то, что шелков и золота не будет – не будет даже половой тряпки и медяшки.

Шелка, золото, богатства… Что там ещё ей обещал рогатый? Не суть. Речь шла не о подарках, теперь Еся это прекрасно понимала, речь шла о возможности заработать это всё. Он дал ей работу, которая…

А впрочем, что которая?! Она‑то не ведьма! Соответственно и никакого достатка ей не видать.

Придётся Митрофану смириться. Или ей опять колдануть при Верховном, чтоб кот умерил свои словесные реки и аппетиты.

"Тут бы выжить…" – подумала ведьмочка, любуясь парящей в солнечных лучах пылью.

…и убраться.

Насчёт дармовых половых тряпок Сенька ошиблась. Этого добра оказалось в захламлённой кладовке столько, что не на одну, а на все пять таких уборок хватит. Здесь же нашлись и ведра с тазами, и пустые пузырьки с колбочками, чьи‑то расчёты на покрытых пылью листах, две метлы, совок с длинной ручкой, медный таз и огромный котёл! Котёл впечатлил больше всего.

– Настоящий. Ведьминский… – потрясённо выдохнула Еся. – Это на самом деле лавка ведьмы, Митрофан! Здесь жила ведьма!

Щурясь на солнышке, кот сидел на прилавке, ни на йоту не разделяя радости Еськи.

– И что? – лениво буркнул он. – Если эта ведьма не воскр‑р‑реснет и не поможет тебе убр‑р‑раться, я не вижу пр‑р‑ричин для такой р‑радости.

Девушка отмахнулась от кота. Зачем вообще ему что‑то говорила? Видела же, как тот расстроен и подавлен открывшимися обстоятельствами.

– Мир вокруг тебя, не как ты, не чёрный, Митрофан. – хохотнув, ведьмочка, окрылённая своим поразительным открытием, углубилась в кладовую, воодушевлённо разбирая залежи всяких разностей.

Здесь ведь могут быть всякие полезности, ведьминские штучки или даже запасы зелий и настоек, книги, рукописи и множество всего интересного. Нужно просто как следует обыскать дом. Возможно, Есенька поживёт гораздо дольше, чем предрекла сама себе?

– Угу. Он сер‑р‑рый. – подытожил недовольный и жутко обиженный кот, свернувшись клубочком и прикрыв глаза.

Кошачьи глаза едва не прослезились, вспоминая родную избушку и полюбившиеся окрестности. Скромно, конечно, но зато чисто и часто‑сытно‑вкусно кормили.

А здесь?

– Ну это мы ещё посмотрим! – фыркнула ведьма, заприметив вверху на полке огромный сундук. – Красота какая…

Вся красота – метр на метр коричневой кожи, да две бляхи, в которые были продеты протёртые ремни. Но для Сеньки же, это пыльное, потрёпанное, должно быть, не одним поколением и временем вместилище было самым настоящим чудом.

– Митрофан! Это ведьмин сундук!

Приоткрыв левый глаз, кот успел лишь заметить взвизгнувшую и согнувшуюся пополам девчонку, на которую сверху рухнуло всё, что только можно. Кот открыл второй глаз, выпрямившись и встав на лапы, а на Сеньку всё падали и падали вещи.

– Ты там пор‑р‑ртал откр‑р‑рыла? Почему на помойку?

– А‑а‑а‑а… – вопила во всё горло ведьмочка, не успевая уворачиваться от многочисленного хлама.

– Может, на втор‑р‑рой этаж? Мы же там ещё не были. – выдвинул новое предположение кот, почесав лапой мокрый нос.