Ведьмы Тихого Ручья. Отравленное сердце

– Как Элин себя чувствует?

– С ней все будет в порядке. – Я неуклюже опустился на стул и подвинул к себе миску. – Сейчас она спит.

– Это хорошо. – Камрин потерла свои бедра. – Что произошло? – Когда я посмотрел на нее и нахмурился, она добавила: – В пещере Спар.

Я сунул ложку тушеного мяса в рот и чуть не умер от счастья, когда бульон растекся по языку.

– Мы оказались по уши в дерьме.

Она подняла брови.

– Ты можешь добавить больше конкретики, пожалуйста?

– Пленные азлаты. Сотни камер. Нападение темных.

Я колебался, но Кам рано или поздно все равно узнала бы обо всем.

– Тираэль предал Хелену.

Камрин ахнула.

– Что? – Когда я просто кивнул, она продолжила: – Каким образом предал?

Я сосредоточился на мясе буйвола в своем рагу.

– Мы нашли слепую женщину. Ваал хотел забрать ее с собой. Тираэль… он согласился на обмен.

Подбородок Камрин отвис.

– Он обменял Хелену?

Я кивнул.

Ее глаза расширились.

– И Ваал забрал ее с собой?

– Не только Ваал. Кораэль была там. На стороне темного народа. Очевидно, теперь она работает на него. – Мой взгляд потемнел. – Мы не смогли ее спасти.

Камрин ахнула снова.

– Ты лжешь! – Она в ужасе уставилась на меня. – Скажи, что ты лжешь. Пожалуйста, Эм. – Девушка судорожно вздохнула. – Пожалуйста.

Я покачал головой. Камрин всхлипнула. Она прижала руки ко рту, издавая придушенные звуки.

– Прости, – пробормотал я.

– Это… – Камрин сделала глубокий вдох. – Я никогда не думала, что он сделает это. Конечно, он – Тираэль, и никто никогда не сможет его понять, но это… и Кора… Клянусь богами.

Разговор причинял боль. Мне нужно было сменить тему, прежде чем я слишком глубоко погрузился бы в бездну своего сердца. Поэтому я изобразил фальшивую ухмылку и откинулся на спинку стула.

– Ты сегодня необычайно разговорчива. По крайней мере, раньше я тебя такой не видел. Мне это нравится, Кам.

– О. – Она вздрогнула, словно я влепил ей пощечину. Скорее всего, Камрин даже не заметила, как разговорилась. – Просто… много плохих вещей случилось. Столько всего произошло. Это тревожит меня… – Она подняла руки и вздохнула. – Прости.

– Ты извиняешься? – Я рассмеялся. – Что в этом такого?

– Я докучаю.

– Ты не докучаешь. – Я проглотил остатки тушеного мяса, отставил миску в сторону и наморщил лоб. – Неужели ты и правда так думаешь? – Камрин опустила взгляд. – Так вот почему ты всегда такая молчаливая, Кам?

Она поджала губы, и это был момент, когда я впервые внимательно посмотрел на нее. И понял, что Камрин красива. Незаметным, скрытым способом. В ней не было такой харизмы, как у Силеас, но эту девушку окружало нечто таинственное. Это побудило меня начать копаться в Камрин, дразнить ее, пока она не открылась бы мне. Понятия не имею, откуда это вдруг взялось. В моих мыслях все еще витала Иззи, ее отказ, мое желание пойти против своих принципов и перестать отталкивать ее. Просто позволить этому случиться. Но не сработало. И я понял – мне снова нужно отвлечься, чтобы полностью не сойти с ума. Я понял, что, возможно, мне придется увлечься кем‑то новым, чтобы раз и навсегда отпустить Изобель.

Я поднялся и взял с полки бутылку медовухи. С двумя глиняными кружками я подошел к дивану и опустился на него.

– Иди сюда.

Она моргнула.

– Зачем?

– Давай немного выпьем.

Она не двинулась с места. Я откупорил бутылку. Звук медовухи, которую я наливал в чашки, разбавил тишину. Я уже думал, что Камрин просто застыла, но вдруг услышал, как ножки стула заскрипели по полу. Послышался звук ее приближающихся шагов. Камрин осторожно опустилась рядом со мной и разгладила плиссированную юбку своей университетской формы. Затем прочистила горло.

– И… и что теперь?

– Теперь, – я протянул ей кружку, – выпьем.

Она уставилась на меня так, будто я велел ей раздеться догола.

Я рассмеялся.

– Да ладно, это просто медовуха!

Камрин нерешительно отхлебнула из кружки. Наконец она сделала еще глоток, на этот раз побольше.

Я ухмыльнулся.

– Хорошая, не так ли?

Она кивнула.

– Медовуха?

– Ага. Щедрый подарок от первого министра до того, как эта добрая женщина попыталась убить меня. – Я задрал одну ногу на диван и повернулся к ней. Ее студенческая блузка все еще была застегнута, а большой клетчатый галстук‑бабочка задевал челюсть. Камрин была так хороша. Повинуясь внезапному импульсу, я протянул руку и положил ее девушке на шею. Она испугалась. Мед расплескался и капнул ей на юбку.

– Позволь мне снять это.

– П‑почему?

– Я хочу кое‑что попробовать.

Камрин не сдвинулась ни на миллиметр. Она превратилась в статую. Я расстегнул ее галстук‑бабочку. Он упал ей на колени.

– Так.

– Так?

– Выглядит хорошо.

– Хорошо?

Я ухмыльнулся.