Вернулась, наткнулась, рехнулась

– Другой место – плохо, – возразила я. – Поверь мне на слово.

– Тогда идти магазин купить таракан! – продолжала искать варианты принцесса.

– Я сегодня была в магазине – тараканов не видела. Всех раскупили, наверное. И вообще, Галя, не думаю, что Болтун ради каких‑то тараканов бросит семью. Мне кажется, он порядочный ежик.

– Он не бросить! Он вернуться! Моя просить папа помочь!

– Послушай, Лава, – вступил в нашу содержательную беседу Гоша. – Может, и правда попробовать найти Болтуна? Дело в том, что это наш единственный шанс вернуться домой. Пусть он и маленький, но пока не убедимся, что это действительно глупость, надежда остается. Давай сходим в лес!

Я вздохнула, но ответила не сразу. Хоть и была уверена в бесперспективности этой затеи, Гошу с Галей я прекрасно понимала. Ведь и в самом деле Болтун был для них пусть крохотной, но единственной надеждой на возвращение. И отказать им в этой попытке было бы с моей стороны бесчеловечным поступком. К тому же я не была уверенной, что мой отказ удержит принца с принцессой от необдуманных действий. Особенно принцессу. Сбежит – как пить дать, не могу же я круглосуточно не спускать с нее глаз! А сбежав, может не просто наделать в чуждом для нее мире глупостей, но и вовсе попасть в беду. Нет уж, пусть лучше все происходит под моим контролем!

И я сказала:

– Хорошо, сходим. Но уже не сегодня, а завтра.

– Сего‑о‑дня!!! – завопила Галя.

– Молчать, ваше высочество! – прикрикнула я. – Тараканы разбегутся. А если серьезно, то идти сейчас в лес – полное безрассудство. Солнце уже садится, через час в лесу станет настолько темно, что мы не только маленького ежика – друг друга не увидим. Поэтому спокойно переночуем, утром как следует подкрепимся и отправимся в путь.

– На сей раз в словах Лавы есть логика, – закивал Гоша надувшейся Гале.

– На сей раз?.. – ахнула я. – То есть до этого я несла чушь?

– Не придирайся к словам, любимая, – протянул ко мне руки принц, но я увернулась. – Вероятно, я неправильно использовал этот речевой оборот. Русский язык для меня не родной, ты ведь знаешь.

– Быть хорошим дипломатом для будущего главы государства – это плюс, – хмыкнула я.

– Король не есть дипломат, – возразила принцесса. – Король сказать, что хотеть – закон для все. Кто не хотеть так хотеть – тот уже ничего не хотеть.

– И с этим тоже не поспоришь, – согласилась я.

А потом я стала думать, как же мне хотеть… в смысле, как же мне уложить всех нас спать в однокомнатной квартире с единственным спальным местом – диваном. Я бы могла постелить Гале на пол, соорудив подобие матраса из моей зимней одежды, но ложиться при ней вместе с Гошенькой показалось мне чрезвычайно неприличным. Но и положить обоих гостей на диван не выглядело слишком красивой идеей – все‑таки принц и принцесса не были настоящими братом и сестрой. В итоге я сказала любимому:

– Помнишь, ты в прошлый раз соглашался поспать на полу?

– Разумеется, помню, – кивнул Гоша.

– Могу обрадовать: ты наконец этого дождался.

Ночь прошла на удивление спокойно, никто даже не храпел. Правда, Галя то и дело забрасывала на меня руки, прижималась ко мне и сопела в ухо. Мне жалко было ее тревожить, и я терпела, подумав о том, что у девочки нет мамы, а ей так хочется ее обнять. Так пусть же хоть во сне я сыграю для нее эту роль, от меня не убудет, выспаться еще в своей жизни успею, а уж после нее тем более.

Каково же было мое удивление, когда наутро принцесса заявила:

– Ты издавать такой громкий звук, что я совсем‑совсем не спать. Печаль. Тоска. Грусть.

– Не выдумывай! – возмутилась я. – Ты очень даже спала, а вот я как раз нет. И никакой звук я не издавала!

– Издавала. Вот так: «Хр‑рю‑у фр‑фрю‑у пиу‑у, бр‑рр кр‑рр мяу‑у!»

– Тебя послушать, так я то ли свинья, то ли ворона, то ли кошка, а то и вообще неведомый зверь. Ты уж определись, пожалуйста.

– Я не знать такие слова. Ты выбирать сама, какой сильно похож, – великодушно разрешила принцесса.

– Лучше выберу, кто будет доедать торт, – ехидно прищурилась я. – Вчера всего один кусочек остался.

– Твой выбор будет напрасным, – отвел в сторону взгляд прислушивающийся к нашей беседе принц Пиктигоуша.

– Почему это? – хмыкнула я. – Потому что вы особы королевских кровей, а я простолюдинка? Ну так в этой квартире я королева, как скажу – так и будет.

– Согласен, ты королева, – закивал Гоша. – Но даже по величайшему приказу торт из ниоткуда не появится.

– Он появится из холодильника. Я сама его туда убирала.

– Холодильник – это ведь такой большой белый ящик, в котором царит вечная прохлада? – подозрительно спокойным тоном уточнил мой любимый.

– Ты очень догадлив, – нахмурилась я, почуяв подвох.

– Да, у меня хорошо развит мозг, – не стал скромничать Гоша.

– И все‑таки почему мой выбор, кто доест торт, будет напрасным? – вернулась я к главной теме.

– Потому что я его предрешил.

– Выбор? – спросила я.

– Торт?! – одновременно со мной воскликнула Галя.

– Вы обе правы, – радостно закивал принц. – У вас тоже хорошо развит мозг.

– То есть ты сожрал ночью торт? – все еще не могла поверить я в такую наглость.

– Э‑э… Лучше все‑таки звучит «предрешил». Видите ли, я проснулся среди ночи и почувствовал легкий голод. И я помнил, что основные продукты питания хранятся в большом белом ящике под названием «холодильник». Открыв его, я обнаружил пригодными к немедленному употреблению лишь огурцы и торт, но как я уже сообщал ранее, огурцы состоят в основном из воды, от них почти нет энергии, поэтому я предпочел торт. И предрешил его, а заодно и твой будущий выбор.

– Галчонок, – повернулась я к насупившейся принцессе, – мы твоего милого братика прямо сейчас предрешим, или пусть сначала умоется и зубы почистит?

– Пусть чистит, – буркнула Галя. – Не милый, плохой братик.

– Зачем вам нужно, чтобы я умылся? – насторожился Гоша. – Вы собираетесь меня есть?

– Вообще‑то следовало бы, – сказала я. – Вместо тортика. Но Галя права, ты плохой, так что рисковать здоровьем мы не будем и просто тебя побьем.

– А зачем тогда умываться?

– Чтобы мы не испачкались.