Возвращениe

– Мама, – прозвучал еле слышный голос, я обернулась и стремительно бросилась к Эрвину, – Соня? – он смотрел то на меня, то на мать, не в силах поверить.

От его светлых глаз исходило сияние, я не могла оторвать взгляд от них. Как зачарованные мы смотрели друг на друга. «Вот и всё, что нужно тебе, вот и всё, что нужно ему», – вспомнились слова песенки, и я улыбнулась.

Из глаз Авивии брызнули слезы.

– Мама, почему, как… я здесь? – забормотал парень, не веря своим глазам, – я был внутри Мерки.

– Ты спасся – это главное, – срывающимся голосом проговорила Авивия, вытирая слезы.

– Привет, – Добромир наклонился над парнем, – ты в порядке?

Появившийся в поле зрения чемпион лишил Эрвина дара речи. Он ошарашенно глядел на Добромира, не в силах поверить в происходящее.

– Мерин разбился, взрывом тебя выкинуло к нам, мы сбежали, – ответил Добромир на безмолвный вопрос парня.

– Я хочу сесть, – после минутной паузы пробормотал Эрвин, угрюмо глядя на чемпиона. – Как ты там оказался? – облокотившись спиной о стену, задал вопрос, – там были только люди Ильзы.

– Я пришёл немного раньше, – сказал чемпион, видя, как Эрвин буравит его взглядом. Надо же, только очнулся, а уже устраивает допрос.

– Я не видел тебя.

– Меня никто не видел, – спокойно ответил Добромир.

Не самое подходящее время для выяснения обстоятельств.

– Мне надо поговорить с Соней… наедине, – буркнул Эрвин чемпиону, а потом извиняюще посмотрел на мать.

– Надо глянуть, что там твориться, – догадливый Добромир подал руку Авивии. Она поднялась и вслед за чемпионом осторожно вышла из лавки.

– Ты вернулась навсегда? – спросил Эрвин настороженно. В его глазах страх, вызов, беспокойство сплелись в тесный клубок.

Поняла, но меньше всего хотелось обманывать его, или себя.

– Я пришла ненадолго.

– Опять уйдёшь? – отчаяние, которое он и не думал скрывать, резануло по сердцу. Эрвин так сильно разволновался, что я испугалась.

– Послушай, я не знаю, как переместилась домой, не понимаю, как вернулась сюда. Мне показалось, портал открыла старуха из соседней квартиры.

– Ты не хотела возвращаться? – Эрвин протянул мне руку, я вложила в неё свою ладонь.

– Хотела, – отвечаю после минутной паузы, – но это не мой мир.

– Не любишь Верховию?

– Люблю, – шепчу ему, – я пришла к тебе.

– Я рад, что ты рядом, – Эрвин нежно приложил мою ладонь к своей щеке, – когда ты исчезла, я решил стать дверником. Хочу свободно ходить в твой мир.

– Я тоже хотела бы и здесь, и там.

– Зарх поможет нам. Я уверен.

Удивительно, Эрвин только что очнулся, а уже строит планы.

– Ты шутишь? Кругляши приговорили нас к смерти. Я до сих пор не могу забыть драку на мосту. Они хотели меня убить.

– Ерунда! Надо идти к ним. Чтобы не пристукнули, надо заплатить. Я как раз собирался раздобыть монет, – Эрвин уже сидел, счастливо глядя мне в глаза, – правда, не успел, меня выследили шпионы Раструб.

Стукнула дверь, Авивия, вслед за ней Добромир появились на пороге лавки. На улице что‑то произошло, я поняла это с первого взгляда.

– Гвардейцы обыскивают близлежащие дома. Здесь вас найдут, надо уходить, – голос Авивии срывался от страха. Она с волнением оглядела наше трио: Эрвин ещё толком не пришел в себя, я, сухая тростинка на ветру, Добромир – чемпион Верховии, почему‑то оказавшийся вместе с нами. Хотя он как раз внушал доверие, держался молодцом.

– Предлагаю взять курс на моё загородное поместье под Светозаром, – словно поняв надежды и чаяния, связанные с ним, сказал Добромир, – там можно укрыться, переждать какое‑то время.

– С чего такое щедрое предложение? Что взамен? – грубо оборвал Эрвин. Я поёжилась от его резкого тона.

– Ничего, – ответил Аполлон.

С каждым произнесённым словом уважение к чемпиону росло, но Эрвин думал иначе.

– Врёшь, – глаза парня зло сверкнули. Моим мнением он не интересовался, я открыла рот, но Авивия меня опередила.

– Сынок, Добромир вытащил тебя из разрушенного здания. Я буду вечно молиться о его здоровье, – сказала она.

– Мы не знаем, почему он это сделал, – парировал Эрвин. Он был прав, и не прав.

Выяснять, почему Добромир оказался около Высотомера, не было времени. Я доверилась интуиции.

– Добромир устроил встречу с Горынычем в Калитке. Если бы не он, мы бы тут не сидели, – мой голос тих, но твёрд. С какой стати я должна оправдываться?

Эрвин сверлил меня взглядом. С одной стороны, он прокручивал варианты спасения, с другой, ему не верилось в бескорыстную помощь Добромира. Эрвин злился, не мог разобраться, а я не помогала ему.

Авивия поторопила нас, выглянув на улицу.

– А ты подумала, зачем мы нужны этому герою? – Эрвин посмотрел на меня, мучительно ища ответ на вопрос, почему я вступилась за Добромира, и, главное, как мы оказались вместе.

– Мы пойдём с ним, – я поглядела в глаза ревнивца, хотела сделать шаг навстречу, коснуться его лица, но не сдвинулась с места.

Минуту назад взбунтовавшийся Эрвин потерял свой напор, его колючие голубые глаза буравили меня, но он молчал. Мы замерли, безмолвно меряясь взглядами.

Сомнения в правильности решения нет. Пусть Эрвин не верил в великодушие чемпиона, пусть злился, но будет по‑моему. Час назад я была так рада видеть Эрвина, что забыла, как дышать, а сейчас внутри разрастался холод, превращая мои чувства в ледяную крошку.

Я становилась другой, жесткой и нетерпимой, дар цветка говорил во мне, и этого не изменить.

– Что там? – обернулась к Авивии, выглянувшей на улицу.

– Самое время.

– Хорошо, – пробурчал Эрвин, скользнув взглядом по мне и Добромиру, – мам, у тебя есть какая‑нибудь одежда?

– О‑о‑о, – непроизвольный стон. Опять явилась в Верховию в джинсах и кроссовках. Хотя одежда – последнее, о чём я могла думать, ринувшись в портал.

 

Глава 4. Дорога