За пазухой у дракона

Многие арагосцы обнищали, потеряли жилье, а эта щеголяет в роскошных платьях по главной площади. Конечно, за ней присматривают люди дона Селсо, но разве стоит ради собственных эгоистичных капризов выставляться напоказ и драконить и без того раздраженную последними новостями толпу? Разумеется, любовница наместника может себе позволить и наряды, и драгоценности, и даже личную охрану.

Вот только сейчас Бэлтрена Драко нет, а сеньорита Лусия Ортис, кажется, легко переметнулась к следующему по важности носителю власти, сеньору Селсо Пересу. Как прожорливая вошь, перепрыгнула с одного хозяина на другого, поняв, что первый кормить ее больше не в силах.

Кстати, Лусия тоже могла напасть на Бэлтрена. Скажем, из желания избавиться от него и завоевать расположение Селсо. В отличие от меня, родившейся без магического дара, Лусия получила редкую силу копирования способностей. Пусть на короткое время, но она может перенять чужие способности, даже драконьи. Что, разумеется, немало возвышает ее в собственных глазах.

– Вижу, дела твои совсем плохи, Каталина, – небрежно бросила «подружка» детства. – Я, признаться, даже не сразу узнала тебя.

Она покачала головой, сделав вид, что сожалеет о моем нынешнем состоянии. Хотя на самом деле всего лишь продемонстрировала сережки с горным перламутром, переливающимся на солнце всеми цветами радуги.

– Зато я сразу узнала тебя, Лусия, – усмехнулась в ответ. Да уж, другую такую зазнайку и стервозу еще поискать. Я еще в детстве уяснила: стоит держаться от таких как можно дальше. – Сеньор Селсо, что вы там говорили насчет портала?

 

Глава 7

 

До Монсеро долетела с ветерком, а там уже свистом призвала Тучку. Котик всегда чуял зов, если даже находился очень далеко. Вот и теперь появился так быстро, словно тоже умел создавать порталы.

– Как дела дома? – поинтересовалась, запрыгивая на мохнатую спину. – Все целы?

– Мяв, – уверенно заявил Тучка.

– А дом цел?

– М‑я‑яв! – прозвучало еще более уверенно. Это и насторожило.

Войдя в дом, застала картину маслом: Бэлтрен в льняной одежде, наскоро сшитой матушкой Грэси из старых простыней, с непревзойденной ловкостью и уверенность занимался тем, что чинил оконные рамы в кухне. Надо признаться, инструмент могучий дракон держал в руках с не меньшей уверенностью, чем магическую шпагу. Рубашку он снял, небрежно развесив на спине стула, и теперь тугие мышцы перекатывались под загорелой кожей при каждом движении.  Бэлтрен Драко был так занят, что, похоже, не заметил даже моего прихода. Либо его проигнорировал.

– Чего это он? – спросила шепотом у подошедшей матушки Грэси.

– Пришел в кухню обедать, заявил, мол, дует, – заговорщическим тоном прошептала матушка. – И нахально так заявил. Ну, я ему и ответила: раз дует, возьми, да и почини.

– А он?

– Вот, чинит.

Последние слова матушка Грэси произнесла с довольной усмешкой. Как‑никак ей удалось привлечь к общественно полезному труду целого дракона.

– Молоток, гвозди, материал – где он все это взял?

– Нашел в сарае позади дома. Еще и петли новые на дверь притащил, сказал, поменять надо, а то ногу кому прищемит.

Н‑да, чудеса, да и только. Магическая атака пошла сеньору Бэлтрену Драко явно на пользу.

– Что‑нибудь помнит? – снова спросила я.

Грэси поджала губы и покачала головой. Впрочем, судя по выражению лица, матушка совершенно не сожалела об этом факте. Она же сама сказала: дому определено не хватает мужских рук. Но не драконьих же!

– Магия? – снова поинтересовалась я.

Новое покачивание головы и вздох. Да, с магическими способностями починка дома пошла бы куда быстрее, матушка Грэси это понимала. С другой стороны: разве стал бы Бэлтрен Драко в здравом уме и трезвой памяти заниматься восстановлением старого дома? Для людей, которых он туда сам же и изгнал? Вряд ли. Скорее, наш могущественный наместник поскорее вернулся в свой замок, к прежним обязанностям. И прежней любовнице.

И зачем я об этом подумала?

– А где Антия?

Я беспокоилась за девочку, хотя она уже не раз доказывала самостоятельность.

– Гуляет, – объявила матушка Грэси. – Да вы не волнуйтесь, сеньорита Каталина, с ней ничего не случится. Она у нас девочка осторожная и умненькая.

А к тому же ужасно любопытная, как все дети ее возраста. Я уже собиралась было пойти ее искать, но в этот момент Бэлтрен Драко развернулся и, уперев руки в бока, заявил:

– Принимайте работу, девочки. Окно как новое.

И довольный такой, как будто только что бунт магов подавил или новые земли завоевал. И эти его кубики на прессе, широкий разворот плеч и крепкие, мускулистые руки.

Что‑то мне стало жарковато…

– Вот тебя я точно помню! – Бэлтрен прищурился в мою сторону. – Твои фиалковые глаза забыть невозможно. Мы прежде были близки?

– Нет! – отозвалась так поспешно и рьяно, что сама вздрогнула.

А Бэлтрен Драко только усмехнулся с самодовольным видом. Вот дракон!

– Нет, между нами определенно что‑то есть, я чувствую это, – заявил непререкаемо. – Я все вспомню, вот увидишь.

– Желаю удачи, – проговорила торопливо и поспешила уйти.

Выскользнула из дома, забыв накинуть шаль. В груди все еще было жарко, как будто только что нежилась под полуденным солнцем Арагосы. Пронзительный взгляд Бэлтрена все еще преследовал меня. Так же, как и его образ без рубашки. Наместник мог гордиться фигурой и статью, жаль только, характер вздорный и непримиримый. Даже пребывая в беспамятстве, он ухитрялся вести себя самым нахальным образом.

С чего это он взял, будто между нами что‑то было?

Антия обнаружилась возле развалин родового замка Бэлтрена Драко. Завидев меня, она приняла весьма загадочный вид. На лице так и читалось: я тут просто гуляю и ничего вообще не прячу.

– Милая, в развалинах гулять опасно, – я покачала головой. – Мы с матушкой Грэси уже говорили тебе об этом. И лучше бери на прогулку Тучку, с ним безопаснее.

Антия обезоруживающе улыбнулась и показала два поднятых больших пальца. То есть, с ней все в порядке и она в полной безопасности.

– Так может только казаться, – предупредила я, вспомнив нехороший взгляд ведьмы Аины. – Что это?..