За пазухой у дракона

И почему он вспомнил именно это?!

Я раскраснелась, но вовсе не из смущения, а от злости, и едва не сломала ложку. Матушка Грэси возмущенно фыркнула. И только Антия, расширив от любопытства глаза, переводила взгляд с меня на Бэлтрена.

– Здесь ребенок! – напомнила ему строго. – Если не хотите лишиться крова на ближайшую ночь, подбирайте выражения.

– Я их не терял, – с намеком проговорил он, глядя мне в глаза, и победно усмехнулся.

Вот дракон, это же моя фраза! Та, что я сказала ему в его замке. Именно тогда этот самодовольный нахал вел себя со мной, как с какой‑нибудь портовой девкой. Он точно заслужил высшее наказание.

И зачем я приютила его?

– Раз уж вам настолько полегчало, сеньор, принесите воды из ручья. А я пока подготовлю тесто, хочу испечь булочки с толчеными цветами букашника на завтрак.

Да, лучше говорить и думать исключительно  о делах хозяйственных. И силу дракона направить во благо, а не во вред. Мы с матушкой Грэси  договорились ничего не рассказывать сеньору Бэлтрену Драко о прошлом до восстановления его магических сил. Но клянусь Великой праматерью, мне становилось все сложнее выносить его общество.

– Почему вы, деточка? – забеспокоилась матушка. – Я сама позабочусь о завтраке.

– Не стоит, иди, отдыхай Грэси. Если остались силы, почитай Антии перед сном. К примеру, ее любимую книжку о Локо.

Анти радостно запрыгала, а потом взяла матушку за руку и утащила в свою комнату. Бэлтрен заявил, что должен навести порядок в сарае с инструментами. Я же неспешно убрала со стола, а после занялась завтраком. Вымещать гнев вообще хорошо на тесте. От ударов кулаками оно становится только пышнее.

– Тучка, сейчас не до тебя, – проговорила я, когда кто‑то мягко коснулся моего зада. – И свою порцию ужина ты уже слопал. Не мешай, лучше прогуляйся перед сном.

– Тучка давно спит на заднем дворе, – сообщил мне насмешливый и в то же время подозрительно хрипловатый голос Бэлтрена Драко. – Мы здесь совсем одни.

В этот момент я поняла, что то, что я приняла за кошачью лапу, было на самом деле мужской ладонью. Резко развернулась и, схватив первое, что попалось под руку, запустила в Белтрэна.

Первой под руку попалась сковорода…

Но Бэлтрен ловко увернулся от снаряда. К моему превеликому сожалению.

– Осторожнее, сеньорита! – распорядился он так, как будто имел на это право. – Хотя… – он улыбнулся обезоруживающей улыбкой и провел ладонью по шелковистым волосам, пригладив их. – Кажется, я понял, как потерял память. Полагаю, вы не впервые пытаетесь приложить меня чем‑то тяжелым. И в прошлый раз вам это удалось. Застали врасплох?

Вот куда бы его так удачно послать, чтоб потом долго не увидеть?

– Если бы хотела ударить, ударила, – проговорила, возвращаясь к тесту. – Но, к моему величайшему прискорбию, к вашему теперешнему состоянию я не имею никакого отношения.

– Тогда что же случилось?

Он подошел ближе – настолько, что я почувствовала теплое дыхание у себя на шее. И зачем убрала волосы в пучок перед готовкой?

– Почему вы ничего не хотите рассказать? – продолжил допрос Бэлтрен Драко. Но коснуться больше не пытался, уяснил урок. – Я откуда‑то упал?..  Откуда это странное ощущение полета… На огромной высоте?.. Вот, бестия!..

Что‑то грохнулось.

Обернувшись, я поняла: этим чем‑то был Бэлтрен Драко. Застонав, он обхватил голову руками и сжал с такой силой, словно собирался расколоть.

– Не напрягайте так сильно память, – посоветовала ему. – От этого вам становится плохо.

Он принял поданный мной стакан воды и выпил залпом. А после, продолжая сидеть на полу и взирать на меня снизу вверх, протянул руку:

– Позвольте мне коснуться вас. Не знаю, каким образом, но мне кажется, именно вы, Каталина, ключ к моей памяти.

Поспешно отдернула ногу и, сложив руки на груди, предупреждающе зыркнула.

– Не смейте меня касаться! Не знаю, что вы там себе придумали, но советую поискать ключ в другом месте.

Он кивнул и поднялся. Однако уходить не спешил.

– Угадал, в прошлом я обидел вас чем‑то. Забыл про день рождения? Не был достаточно ласков?

Да нет, всего лишь выгнал из собственного поместья.

– У нас не было общего прошлого, – проговорила настойчиво. – И нет будущего. Вы просто гостите здесь до тех пор, пока к вам не вернутся силы и память. А теперь идите за водой, сеньор.

Резво развернулась к столешнице, всем своим видом показывая, что разговор закончен.

Бэлтрен действительно пошел за водой. Вот только прежде чем принести ее в дом, устроил ночное обливание. Ледяной водой и прямо перед кухонными окнами (из которых, кстати, действительно перестало дуть). И я, совершенно забыв о булочках к завтраку, как завороженная наблюдала за всем этим безобразием. И почувствовала вдруг такой жар, словно меня коснулось огненное дыхание дракона.

– Все, спать! – приказала себе.

Вот только поспать так и не удалось. Сначала просто не могла улечься поудобнее и расслабиться. В голову все лезли подозрительные мысли, а тело одолевали непрошеные желания. Когда же, наконец, задремала, дверь в комнату приоткрылась, явив мокрого с головы до ног дракона с горящим взглядом.

– Вспомнил! – объявил он. – Все вспомнил. Мое имя Фернандо Гомес, я управляющий поместьем семьи Драко. Ты – Каталина, моя законная супруга и помощница по хозяйству. А Антия… Точно, она наша дочь.

Сказать, что я была ошарашена, значит, не сказать ничего. У меня просто дар речи пропал от такого заявления. Похоже, детские воспоминания Бэлтрена смешались тем, что он видит сейчас, и заполнили пустоту. Ту, что образовалась от сильной магической атаки. Разум сеньора наместника как будто выболел, оставив дыру в памяти.

И дыра эта начала заполняться самым неожиданным содержимым.

– Вы бредите, сеньор, – устало проговорила я. – Пожалуйста, отправляйтесь спать. Все то, что вы сказали, не больше чем разгулявшаяся фантазия. Никакой вы не Фернандо Гомес, а я не ваша жена. И детей у нас нет.

Переубедить упрямца оказалось непросто. Но я честно старалась.

– Да нет же, моя дорогая донья Гомес, я совершенно точно уверен в том, кто я. И в том, кто вы, потому будьте так любезны, подвиньте свой аппетитный зад и освободите половину кровати.

– Это еще зачем?! – вознегодовала я.

– Чтобы я мог занять свое законное место рядом с вами, – пояснили непонятливой мне. – Это же очевидно, дорогая.

Прилетели, крыльев не замарали, это что еще за новости?! Я даже спать расхотела после таких заявлений.