Заложница командора
– Демоны его знает. Похоже на правду. Ходят слухи, что положение Аверноо на Киллане пошатнулось. И он хочет укрепить свои позиции посредством брака дочери с кем‑то из влиятельных лиц. Может, и правда, этот бал – смотрины для Моник. И нужно, чтобы репутация у нее была кристально‑чистой. В таком случае «подруга» вроде Кары сразу продемонстрирует ум, дальновидность и предусмотрительность будущей супруги. Не даром же говорят – скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.
Я невольно передернула плечами. Как‑то не так я себе представляла жизнь девиц, вроде Моник. А выходит, что ее судьба – разменная монета? И служит только для упрочения власти отца?
– Я как‑то не задумывалась над этим, девочки. – Есть мне что‑то резко перехотелось. – Аорона, – я повернулась к подружке, – считаешь, что мне нужно держаться подальше от политических игрищ министра Аверноо?
Аорона неприязненно поморщилась:
– Лучше было бы, конечно, не идти на этот бал с Моник, безопаснее. Хотя я и понимаю, что для землянки, пусть даже и лучшей на курсе ксенолингвистов, попасть на Ярмарку тщеславия – это невероятная удача. Этот бал способен в корне изменить твою судьбу. О! – Подруга вдруг оживилась. – А где Мирак? Тайников обычно приглашают на бал всех, кто не в космосе и не на заданиях. Может быть, он тебя возьмет с собой? И ты тогда на законных основаниях откажешь Моник?
Я ошарашенно уставилась на Аорону:
– Как это в полном составе? Это что же, Мирак каждый год бывал на этом балу…
Подружка отмахнулась:
– Я не совсем точно выразилась. Выпускников академии приглашают. Просто курсанты никому не интересны. Потому что еще не известно, закончат они обучение или нет.
Мне все равно стало холодно. Вот и причина отсутствия Мирака. Он всегда предупреждал меня, если его отправляли куда‑то на практику, или приходилось лететь к родственникам домой. А тут пропал, не сказав ни слова. Значит, не считает меня достойной? Как же так? Я стиснула зубы.
– Девочки. – Мой голос звучал глухо, но спокойно и решительно. Аорона и Стисси уставились на меня, как на двухголовое чудо. – Я должна пойти на этот чертов бал. Дело в том, – я чуть помедлила, собираясь с духом. Но врать и не думала. У нас секретов друг от друга не было. – Я Мирака не видела со вчерашнего дня. Раз по словам Аороны тайников приглашают на этот бал в полном составе, то сам собой напрашивается вывод: этот арлинт не счел возможным показаться на балу со мной, своей девушкой.
Я чуть не ляпнула «невестой», но вовремя прикусила язык. Невестой я была только в собственных мечтах. Девчонкам знать об этом не стоит.
Стисси присвистнула, за что тут же получила подзатыльник от Аороны:
– Не свисти накануне важного мероприятия! Удачу просвистишь!
Стисси выновато мне улыбнулась, и не думая возмущаться. А Аорона вынесла вердикт:
– Раз так, значит, тебе обязательно нужно туда пойти. И повеселиться от души. Чтоб арлинт подавился своим снобизмом. Только нужно позаботиться о путях отступления на всякий случай. Вдруг Моник решит некрасиво пошутить. У тебя должно быть платье для бала и деньги на билет для академии.
Я ахнула. У меня не было ни того, ни другого. И времени искать тоже не было.
Аорона развила просто бешенную деятельность. Торопливо поглотав завтрак и почти не оставив времени на еду мне, она прямо из столовой потащила меня к какой‑то своей знакомой.
Мне было дико неудобно, когда подруга фактически с порога потребовала одолжить ей платье. Худенькая яоху, открывшая нам дверь, изумленно смерила Аорону взглядом:
– И тебе счастливого дня! – Аороне хватило такта на этом месте смутится. Поприветствовать свою знакомую она позабыла. – А тебе не кажется, дорогая, что мое платье на твою фигуру, скажем так, несколько маловато?
Ага, совсем чуть‑чуть. Я сравнила незнакомую яоху и Аорону, и чуть не прыснула от нервного смеха. Подруга была на голову выше и значительно более сильно одарена в «верхних девяносто». Аорона только отмахнулась:
– Не мне, Мила. Кару пригласила Моник Аверноо на Бал золотой мечты. А ты же знаешь, Моник. Она хоть и пообещала обеспечить одеждой, но совести у этой киллы никогда не было. Поэтому у Кары должна быть подушка безопасности.
Яоху повернулась ко мне:
– Понимаю.
Янтарные, с вертикальным змеиным зрачком глаза скользнули по моему телу.
– Я – Милания. Тебе Аорона сказала, что это за платье?
– Мила, это не важно! Скорее всего, Кара его даже не наденет.
Яоху оторвалась от изучения меня и покосилась на мою подругу:
– Это важно, Аорона. Для меня важно.
Против такого довода возразить что‑либо было сложно. Аорона досадливо моргнула. А яоху повернулась ко мне:
– Мой народ верит, что проклятья переходят от яоху к яоху через одежду. И благословения тоже. Мы охотно делимся с родными и друзьями «счастливой» одеждой. И мне совершенно не жаль дать тебе это платье. Но ты должна знать: это платье покупала еще моя родственница на свою помолвку. Но надеть его так и не смогла. За день до церемонии она разбилась вместе с женихом и его родителями при перелете с планеты на спутник, где у них было поместье. Платье отдали мне. Так как я была родственницей погибшей и тоже собиралась провести церемонию заключения помолвки. Но ровно через день после того, как платье оказалось у меня, мой жених меня бросил. – Яоху чуть склонила голову к левому плечу, глядя на меня пронзительными янтарными глазами. – Я не могла и дальше жить по соседству с ним. Поэтому и поступила в Звездную академию. Надеюсь, меня распределят так далеко, что я никогда больше не столкнусь с моим бывшим и его парой.
Я не сдержалась и тихонько ахнула. А яоху кивнула в подтверждение:
– Да, мой бывший парень, который собирался заключить помолвку со мной, бросил меня ради моей соседки, у которой приданое оказалось побогаче. И требования ее родителей поскромнее. Ты же знаешь о наших обычаях?
Я кивнула:
– Жених должен иметь деньги на свадебный ритуал, и дом, куда приведет супругу.
– Ну вот. А родители моей соседки не стали ничего этого требовать. Дочь у них оказалась единственным ребенком, они сами оплатили ритуал и оставили молодых жить в своем доме.
– Это же позор на всю жизнь! – Аорона возмущенно сверкнула глазами.
Яоху вздохнула:
– Зато Фурнан не копил деньги, не покупал и не строил дом, и сейчас работает на фирме отца моей соседки. По его мнению, такая жизнь стоила определенных жертв. Теперь понимаете, почему я не хочу его видеть?
Я кивнула, и подумала, что независимо от того, надену я платье Милы или нет, кажется, я вляпалась в похожую историю. Раз Мирак исчез, не слова ни говоря, значит, дело не чисто. А если я еще и увижу его на этом балу, тогда можно будет вообще не сомневаться в том, что я для него ничего не значу.
