Замуж по приказу

Цепкие руки отодрали меня от угла и с легкостью швырнули в другую сторону комнаты. Я боком врезалась в раскаленную грудь Баса, словно в кирпичную стену печи, взвизгнула, горящие руки заковали меня в смертельную клетку, дикий ужас, точно кислота, стремительно прожигал кожу, выедал нервы, рвал внутренности. Зажмурившись, я отчаянно билась в твердокаменных объятьях, кричала, пока не охрипла.

Резко ощутилась влажная прохлада, пробежалась по голым ягодицам. Я с осторожностью разлепила веки – два язычка огня пронеслись по моему предплечью, совершенно не обжигая, а касаясь теплом, и потухли.

Вся одежда на нас сгорела. Грудная клетка Баса мерно вздымалась, бледнела – кажется, вторая ипостась засыпала. Но теперь мы стояли полностью обнаженные и смертельный жар никуда не делся. Он трансформировался и обещал смерть моим принципам.

Ошалевшая от перенесенного шока, я не сразу среагировала на то, что мне в живот упирался крупный твердый член. Бас пришел в себя быстрее – его ладони ласково огладили мою спину, пробуждая табуны мурашек, губы коснулись плеча и тягучее наслаждение разлилось по коже.

– Нет, пожалуйста, нет… – всхлипнула я. Тяжелый вздох прокатился волной теплого воздуха по плечу. Капкан разомкнулся – и я поспешила отвернуться, затем лишь отскочила к чемодану. Срочно одеться, срочно!

Пальцы не слушались, молния не поддавалась. Я тряслась так, будто Бас вот‑вот не устоит перед моей голой задницей и набросится. Все‑таки сзади я выглядела нормально, четыре года назад огонь туда не успел добраться.

На плечи приземлился махровый халат, я мигом закуталась в него. И Бас обнял меня сзади – я не рыпнулась, невольно млея от его неожиданно осторожных движений, от приятного тепла его мощного тела.

– Говорил же, мой огонь не обидит тебя.

От ковра и занавесок остались ошметки и пепел. Мурёныша, наверно, вывел Ник. И окно открыл. Оттуда несло приятной прохладой и озоном.

– Вы правда разрешили бы Нику…

– Пока ты моя, я никому не разрешу к тебе коснуться. Но я терпеть не могу, когда люди разбрасываются словами. Ты должна следить за тем, что говоришь.

– А я и не разбрасывалась словами. Мне, кстати, Ник нравится больше, чем вы.

– Не страшно дергать тигра за усы? – пророкотала над ухом угроза, смягченная хрипотцой шепота, но от этого не менее опасная. И будоражащая.

– Я вам говорила, что вы ошиблись в выборе. Нужна покорная доступная девушка – это не ко мне.

Нехотя я выбралась из объятий и присела к чемодану – в этот раз молния поддалась. Внутри лежала новая одежда, точно по списку: три разноцветных свитшота, пара джинсов и хлопковое белье.

– Любой человек может стать покорным. Вопрос только в стимуле.

– Снова прикажете приставить моей матери дуло к виску? – Я смяла в руках мягкую ткань.

– Зачем повторяться? Не заставляй меня придумывать что‑то другое, более стимулирующее. – Бас вынул вещи из своего чемодана и направился к выходу. – Приведешь себя в порядок – спускайся. За ужином с командой обсудим план сегодняшней ночи.

Едва дверь захлопнулась – я стянула с безымянного пальца кольцо и запустила в деревянное полотно. Мерзавец! Его угрозы должны простимулировать мое желание запрыгнуть к нему на член?

Или, окончательно испугавшись, я должна сыграть нимфоманку?

Очень радует то, что воспоминания об этом месяце он сотрет из моей памяти. Ему можно верить? Кальвин зря говорил про то, что меня проще пристрелить? Я опустилась на колени, заглядывая под тумбочку – нашла кольцо.

Нужно бежать. Нужно искать подходящий момент. Не может Бас быть самым влиятельным человеком на всей планете. У него должны быть враги.

К ужину я спустилась через полчаса. В просторной столовой от тестостерона тяжелел воздух, а от аппетитных ароматов текли слюнки. Четверо высоких крепких мужчин разгребали по тарелкам еду из коробок, которые, видимо, заказали через службу доставки. Мурёныш крутился возле стола, принюхивался, умоляющими глазками поглядывал на каждого – авось перепадет кусочек.

Я поспешила отвести его в сторону, ибо еду со стола нельзя, и через арку заметила широкую спину Баса – он на кухне огромным ножом кромсал сырую говядину и скидывал куски в тарелку.

– Эй, Кот! Иди кушать, – позвал Бас Мурёныша, и тот бегом помчался. Так удивительно и непривычно. Я обычно сама кормила своего зверя. Иногда папа. Остальные побаивались давать ему еду, что говорить о тарелке сырого мяса – вдруг руку откусит? А Бас поставил блюдо на пол и еще и потрепал за ушами Мурёныша, когда тот начал с аппетитом все уплетать.

Наши взгляды встретились – и что‑то сладко дернулось в груди. Я улыбнулась с благодарностью. Надо ведь немного усыпить бдительность перед побегом?

Бас не терял возможности – в два шага преодолел между нами расстояние, запустил пальцы в мои волосы на затылке, склонился и смял мои губы коротким, но требовательным поцелуем. Меня будто связали по рукам и ногам и окунули в горячий источник с головой – ни вздохнуть, ни всплыть. И вдруг выдернули обратно, в прохладную свободу – это Бас отстранился и, приобняв за талию, повел к столу. Он меня до безумия доведет. Я беспощадно рвала на мелкие кусочки грусть оттого, что поцелуй так быстро закончился.

Глаза Якоба убежали в сторону за миллисекунду после того, как я заметила его внимательный взгляд. Другие ребята поглощали еду, Ник одновременно с этим умудрялся бурно жестикулировать и травить анекдоты.

– А где Афина?

– Спит. Мы подремлем завтра в самолете, а у нее такой возможности не будет, – хмыкнул Бас и выдвинул мне стул. Затем принялся за мной ухаживать так, что у меня едва не перекосило от недоумения. Это точно тот мерзавец, который угрожал придумать что‑нибудь изысканнее, чем дуло у виска моей матери?

Что я буду кушать? Рагу из мидий и овощей, тефтели из трески или мясо? Может, мне в тарелку положить тот салат из разноцветных перцев, который парни утащили на другой конец стола? Буду я сидр или ликер? Хотелось ему бокал в лицо плеснуть, но я мило улыбалась и просила всего понемножку. Все же блюда были такими вкусными, что я чуть язык не проглотила.

И не забывала ловить каждое слово. Наконец‑то передо мной немного открылась причина загадочного путешествия. Басу нужно встретиться с несколькими важными людьми и договориться с ними о каком‑то сотрудничестве. Я должна быть рядом во время разговоров, чтобы Бас ненароком ничего и никого не поджег.

– Что будешь делать, если Командир не согласится? – спросил мрачный брюнет. Кажется, именно он выполнял приказ Баса и держал на мушке мою мать. Герман его зовут?

– По ситуации. – Тиран доел и принялся покачивать в правой руке бокал с сидром, а левую просунул между моей спиной и стулом. – Мне не нужно, чтобы через минуту после разговора он побежал звонить в Апексориум.

Наглые пальцы прокрались под край свитшота, пересчитали позвонки до самой застежки лифчика и скользнули на талию. Я вытянулась струной, с трудом проглатывая последние ложки рагу из морепродуктов. Да он издевается! Дразнил своей щекотливой лаской, от которой нервные окончания искрили и трепетали.

– Такая вероятность есть даже после согласия. – Герман откинулся на стул и затянулся электронной сигаретой.