Замуж по приказу

Глупости… Так не будет. Он планирует вооруженный захват какого‑то Апексориума – он хочет вернуть трон. Мне не посоревноваться с жаждой власти.

Завибрировал смартфон в его кармане, и Бас взял меня за руку, пошел вперед, дальше по аллее, на ходу поднося трубку к уху.

– Отлично, – кивнул через секунд десять. – Езжайте в дом. Пуму уложите на кровати в одной из спален на втором этаже. Мы сейчас будем, – сказал он и нажал отбой.

– С Мурёнышем все в порядке?

– Он даже не проснулся. Герман с Кальвином нашли джип на окраине города в гараже. Угонщик еще не успел багаж разобрать, как Герман его… – Бас запнулся. – Вырубил. – Он переплел свои пальцы с моими и ускорил шаг. – Жучки Ника везде. Далеко тебе не убежать. А полиция… Ты зря надеялась, что она тебе поможет. Мы выше полиции. Поначалу они бы, конечно, прониклись твоей историей, но позже стерли бы все сведения о тебе и сами отдали тебя в мои руки.

Но враги у него точно есть. Я не сдамся. В следующий раз просто приложу больше сил и времени, тщательнее продумаю план побега, не буду действовать на эмоциях. Ответила же я совершенно другое.

– Это было ошибкой. Простите меня, – пробормотала я, склонив голову. – Я больше не буду.

– Конечно, не будешь. Потому что после наказания у тебя отпадет всякое желание что‑то делать мне наперекор.

Холодок пробежался мокрыми лапками по спине. Не пожалею ли о побеге? Молить теперь о пощаде? Он бездушная сволочь, пошел к черту… Только унижусь. Выдернуть бы руку из его пальцев, она зудела, горела, будто я кулак в улей засунула. Лучше бы я ощущала отвращение или равнодушие. Но нет. Мне нравилось, когда он ко мне прикасался. В итоге отвращение появлялось, только к себе. И в такие моменты казалось, нервные окончания уничтожают сами себя, сгорают заживо.

Как пережить эту ночь? Бас не спешил озвучивать наказание, отчего я не находила себе места. Елозила на сидении такси, пока мы ехали в арендованный дом.

То есть, конечно же, шикарный особняк с мраморными грифонами на въезде. Боюсь представить, сколько стоит аренда этого великолепия. Бас привык себя окружать только лучшим, только роскошью – а я не понимала, зачем выбрасывать столько денег ради остановки на пару дней.

Нет, мы совершенно разные. Нам точно не по пути дольше, чем на месяц. И отчего я так рьяно убеждаю себя в этом? Неужели где‑то мелькнуло желание о другом?

Явно. Потому что я расстроилась, когда в спальне обнаружила только свой чемодан. Похоже, босс решил ночью справляться без меня.

 

Глава 10

 

Бас не появился на ужине, как и Афина. В животе будто перекатывались колючие шарики – как впихнуть в себя роллы с лососем? Кальвин в этот раз заказал японскую кухню, объясняя тем, что английская все равно невкусная. Мне плевать… Главное, заказал Мурёнышу сырого мяса.

Лаура обходила пуму десятой дорогой. Могла бы, и по стенке пошла, чтобы не столкнуться с хищником. И когда я, в сопровождении сытого кота, собралась присесть на единственный свободный стул за столом, рядом с ней, она отскочила как ужаленная.

– Мурёныш очень воспитанный мальчик, – сказала я, не выдержав. – Он не укусит, не поцарапает. Он хорошо относится к людям.

– Это дикое животное, – фыркнула она и подняла свою тарелку. – Мало ли что ему придет в голову.

Я едва не закатила глаза. Сколько раз подобное слышала – не счесть. Предрассудки у некоторых людей бывают такие мощные, что никакими доводами не пробьешь. Но я решила попробовать. Все‑таки полчаса назад она снимала мерки, выслушала мои пожелания по поводу платья на завтра и рассказала, что будет моей стилисткой‑визажисткой на протяжении всего месяца. Лучше бы с ней подружиться.

– Я Мурёныша воспитывала с детства, – говорила я, потирая зверю шейку. – Не спорю, пумы бывают разные, не все идут на контакт. Мне, можно сказать, повезло с Мурёнышем. Его вообще хотели в зоопарке усыпить, ведь он родился слабым и мама‑пума отказалась от него. Я его сама молоком кормила. Он вырос размером меньше своих сородичей, но, к счастью, вполне здоровым. Да, малыш?

– Мряя!

Пока я говорила, Лаура поменялась местами с Ником – тот с удовольствием почесал кота под белым подбородком и вернулся к еде.

– Мурёныш… Кто так пуму называет? – хмыкнула она и отпила вина. – Ему бы более красивое имя подобрать.

И тут кольнуло понимание – дружбы не получится.

– Он по паспорту Илья Муромец, – заявила я. – Поэтому Мур. Мурёныш.

Герман прыснул в кулак, едва не подавившись. Кальвин вскинул брови. Остальные с удивлением переглянулись. Лаура, явно не знакомая с русскими былинами, пожала плечами и подцепила палочками ролл.

– Да, полное звучит неплохо.

– Его в зоопарке так назвали, – поспешила я почему‑то оправдаться. Скорее перед Германом, который с трудом сдерживал улыбку, покачивая головой.

 

Конец ознакомительного фрагмента