2121

– Иди, отдыхай, – подтолкнул Милану Родя.

– А ты?

– Буду дежурить.

– А он? – она показала на Александра, который даже не двинулся со своего места.

– И он тоже.

Девушка замешкалась. Саша не внушал ей доверия, поэтому ей не хотелось оставлять его наедине с Родионом. Помявшись еще немного, она предложила:

– Хочешь, составлю тебе компанию?

Родион покачал головой и снова настойчиво попросил ее войти под навес. Милана чувствовала себя здесь, среди незнакомых людей, неуютно. Она много лет жила в одиночестве и уже не представляла, как это – спать, находясь рядом с другими людьми.

Она сняла сумку, защитный костюм и сама устроилась в уголке. Через несколько минут ее укрыло что‑то не очень приятно пахнущее, но мягкое и теплое. Она приоткрыла глаза и увидела Яну, заботливо укрывающую ее старым одеялом.

– Спасибо, – прошептала Милана.

Женщина улыбнулась и вернулась к мужу. Еще мгновение, и Милана погрузилась в крепкий сон, а когда открыла глаза, увидела мирно сопящего рядом Родю. Интересно, сколько сейчас времени?

Сев, она огляделась и заметила, что здесь остались только Боря, Родя, Саша и она. Снаружи доносились тихие голоса и запах еды. Живот заурчал. От этого звука проснулся и Родя.

– Выспалась? – спросил он сонным голосом. – М‑м‑м, пахнет вкусно! Пойдем, поедим.

Он, зевая, вывалился из‑под навеса и Милана за ним.

На улице было еще светло, а значит, день еще не кончился.

– Садитесь к столу, – пригласила Яна и быстро навалила в тарелки какое‑то варево. – Приятного аппетита!

Пахло вкусно, но выглядело ужасно. В продуктовых наборах Милана заказывала в основном полуфаб‑рикаты или что‑то готовое. Сама сварить кашу или суп, а уж тем более приготовить сложное блюдо, она не могла. Впрочем, как и большинство ее современников. Зачем тратить время на готовку, когда можно приобрести уже приготовленное?

Каша, которую предложила женщина, была странной на вкус. Здесь не было никаких добавок, усиливающих вкус, поэтому она казалась совсем пресной. Но Милана съела все, что ей предложили.

– Давайте сюда руки, – сказал старик.

– Дамы вперед, – ответил Родя.

Не понимая, что происходит, Милана протянула им левую руку.

– Правую, пожалуйста, – сказал Петр Савельевич.

Милана дала ему правую руку. Пожилой человек сверкнул ножом, и, не успела она ахнуть, как быстрым и ловким движением он вырезал мелкий датчик вместе с кусочком кожи. Девушка вскрикнула.

Аля шлепнула ей на руку готовую повязку с антисептиком. В глазах потемнело от новой жгучей боли, и Милана потеряла сознание.

 

Глава 5

 

– Кажется, она приходит в себя, – прозвучал рядом взволнованный мужской голос.

Милана еще не открыла глаза, но была уверена, что говорит не Родя, и даже не Петр Савельевич. Она попыталась вспомнить голос Сергея, но не смогла, а потому решила, что говорит именно он.

– Побрызгай ей на лицо, – произнесла Аля. – Почему она сознание потеряла? Может, я что‑то не то в повязку налила? Она умрет из‑за меня?

В ее голосе было столько неподдельного ужаса, что Милана решила «очнуться».

– Все в порядке, – пробормотала она, открывая глаза. – Я уже снова здесь.

– Вот и отлично! – обрадовано выдохнул Родя. – Не знал, что ты такая чувствительная.

– Чувствительная? – взорвалась Милана. – Он, – она указала на Петра Савельича, – мне только что руку порезал! И датчик, наверное, уже вышел из строя!

– Да, мы позаботились о том, чтобы он больше не подавал признаков жизни, – сказал Сергей.

«Так, волновался не Сергей, – подумала Милана, услышав его голос, – но остается только… Александр!»

– Зачем?

– Родя, твоя спутница хотя бы о чем‑нибудь знает? – спросил Александр.

– Я не успел рассказать, – спокойно произнес Родион. – Желание прихватить ее с собой возникло внезапно. Но ты не сомневайся, она полностью наш человек.

Саша хмыкнул с недоверием и внимательно посмотрел на Милану. Ей поведение молодого человека показалось странным: в лицо он вел себя по‑хамски, а когда думал, что она без сознания, проявлял тревогу за ее здоровье.

«Может, он и не такой плохой, каким хочет казаться, – подумала Милана. – Нужно к нему внимательно приглядеться, но только осторожно».

– Как рука? – участливо спросила Яна. – Сильно болит?

Милана прислушалась к себе и только потом ответила:

– Вроде нет. Только пульсирует. Так зачем вы мне датчик вытащили?

– Чтобы нас не могли отследить, – лениво протянул Родя. – В каждом датчике есть чип слежения. Разве ты не знала?

– Нет…

– Рафинированная какая, – сказал Петр Савельевич. – И тебя не смутило, что Родион блокировал его у тебя?

– Я не успела об этом подумать, – ответила Милана со вздохом. – Все произошло слишком быстро. Утром я проснулась как обычно, посмотрела фильм, получила доставку, а потом Родя предложил бежать с ним. А то, что он мне на руку что‑то налепил, и вовсе ускользнуло от моего внимания.

– И ты сразу согласилась бежать с ним? – с какой‑то неясной девушке интонацией проговорил Александр.

– Не сразу, – ответила она ему, – у меня был час на размышления. За час мне светлая мысль в голову не пришла, но я решила согласиться. Родя – единственный живой человек, с которым мне было приятно общаться. Если бы он исчез, то я постепенно сошла бы с ума.

В наступившей тишине все услышали шорохи со стороны навеса. Через несколько секунд перед ними появился заспанный Боря. Яна кинулась кормить сына, и разговор сам собой перешел на другие темы. Милана подсела поближе к своему соседу и только сейчас заметила у него на руке такую же, как у нее повязку.

– И тебе? – спросила она.

Родя кивнул.

– Но когда?

– Ты долго была без сознания.

Помолчав, Милана выдавила из себя новый вопрос: