Айн из Охотии. Сборник боевой фантастики
Сан‑унтара и его военачальники тревожно взглянули на вверх, разглядывая яркий зеленоватый диск второй луны, висящий в вечернем летнем небе. Во время похода с этим знамением молодой айн связывал многочисленные неудачи и опасности, которые постоянно сопровождали его войско: то земля уходила из под ног, то целые сопки срывались со своих мест, и словно огромные мамонты бродили в поисках подходящей лежки, то крутые берега рек обрушивались под копытами лошадей, то бешенные грязевые потоки появлялись ниоткуда, сокрушая все на своем пути. Молодому сегуну порой казалось, что недовольные духи мстят ему за то, что он поклялся служить чуждому народу.
Вот и сейчас, устремив взор на зеленоватый диск величиной с тыкву, Сан‑унтара почувствовал, что битва с хунну не принесет ему победы, и многие его воины сложат головы в неравной борьбе. Однако в уголке его мятежной души все еще теплилась надежда на счастливый исход сражения. Порой повелитель ловил косые взгляды военачальников и простых воинов, осуждающих его за то, что он не поставил тысячи воинов‑айнов и десятки великанов в свои ряды, а позволил им мирно нежиться на прибрежных землях и островах. По его приказу, флот тэнно уже начал переброску войск, женщин, стариков и детей на огромный архипелаг в стороне восходящего солнца, разбитый на несколько больших островов. В случае военного поражения это был единственный выход для сохранения народа тэнно.
Ранним утром, когда густой туман стелился над водой, хунну начали торопливо грузиться на плоты, которые оборудовали стенками из досок для защиты от стрел. Преодолевая стремительное течение могучей реки, тысячи плотов двинулись на берег, занятый воинами Сан‑унтары. Стрелы лучников дождем падали на переправляющихся хунну, но особых потерь они не несли. Настоящая битва разгорелась на мелководье. Воины народа тэнно сражались храбро, но врагов было намного больше, и они стали теснить воителей великого сегуна. Айн приказал войскам отступить и тут враги поняли, что попали в ловушку. Их передовые полки напоролись на множество малых и больших острых бамбуковых кольев, глубоко закопанных в песок. Их круглые щиты не спасали от ядовитых стрел, летящих как с фронта, так и с флангов. Свирепые кони хунну на всем скаку напарывались на колья и бились на песке, сокрушая все вокруг.
Сан‑унтара уже был готов ввести в бой конницу резерва, чтобы добить противника, но вовремя остановился. Разведчики сообщили, что основные вражеские силы переправились выше по течению и спешно направляются к месту битвы. Айн повелел поднять красный флаг и послать вестовых с приказом о срочном отступлении. Сам же выстроил свой резерв в каре, приготовился встретить войска хунну и помешать им окружить основные силы тэнно. В этот момент к Сан‑унтаре на взмыленном коне подскакал сегун северных земель и, поклонившись, стал возмущенно высказывать:
– О, великий! Почему надо срочно отступать? Ведь до полной победы нам уже рукой подать!
Великий сегун сверкнув глазами, укоризненно посмотрел на недовольного военачальника и пояснил:
– Мой верный Того! Враг переправил свои основные силы выше по течению реки. Тебе надлежит срочно отвести наших воинов в сопки, укрепить проход в ущельях ловушками и замаскированными ямами и не дать его отрядам вторгнуться в наши южные земли. Своим резервом я буду сдерживать хунну как можно дольше, чтобы дать время нашим воинам отступить и укрепиться. В случае моей гибели повелеваю тебе возглавить народ. А вот и враги! Поспеши!
Да, они появились, словно бесчисленные муравьи на песке. Сан‑унтара понял, что в середине войска хунну находится повелитель этого народа. Поэтому айн быстро перестроил своих конников в плотную колонну, чтобы протаранить каре противника в центре, прорваться к его военному руководству и обезглавить управление войсками хунну. Великий сегун понимал, что этот рейд для него самого и его резерва может быть последним, но чувство долга перед народом тэнно ослабило его внутреннее волнение перед смертельным боем.
Колонна пришла в движение, когда каре конников противника приблизилось на расстояние полета стрелы. Прикрывшись легкими щитами, плетеными из бамбука, конники тэнно сразу пустили коней в галоп, выдвинув перед собой длинные копья. Смяв передние ряды врагов, змея колонны воинов Сан‑унтары легко вошла, словно нож в свиной жир, в тело войска захватчиков. Паника в рядах хунну быстро охватила все передовые отряды и враги даже стали поворачивать коней, чтобы бежать под прикрытие основного ядра своих сил, но по мере продвижения осыпаемой дождем стрел змеи колонны конников тэнно к командному центру, ее ударная мощь таяла. И все же Сан‑унтаре удалось добиться своей цели и достичь повелителя народа хунну. Он его распознал среди оградивших своего военачальника врагов по богатой одежде и сверкающим бронзовым доспехам. Ловко увернувшись от выставленных копий, великий сегун натянул свой верный лук и выпустил отравленную стрелу в область сердца повелителя хунну. К его разочарованию, стрела отскочила от бронзовой пластины, защищающей торс цели. Последнее, что увидел Сан‑унтара, вторгшись в гущу телохранителей и получив сильный удар дубиной по голове – разноцветные всполохи в вечернем небе и огромный сияющий диск новой луны.
Глава четвертая
Очнувшись от сильной головной боли, Сан‑унтара понял, что лежит на мягкой теплой шкуре какого‑то зверя, и его душа ощутила, что все это уже происходило с ним после битвы с народом тэнно. Над ним склонилась девушка, одетая в странные одежды. Ее смуглое лицо, нос с горбинкой и большие миндалевидные глаза подсказали молодому айну, что такого типа людей он пока не встречал. Его голова была перебинтована мягкой белой тканью, а когда он огляделся, понял, что лежит в большом круглом шатре, покрытом шкурами. Увидев, что раненый открыл глаза, девушка выбежала и вернулась в сопровождении двух высоких смуглых воинов в странных доспехах. Бронзовые пластины прикрывали не только их торс, но и ноги и руки, а на головах красовались остроконечные сверкающие бронзовые шлемы. В голове у Сан‑унтары пронеслась нелепая мысль о том, сколько это великолепие может стоить.
Слегка поклонившись, воины жестом пригласили пленника следовать за ними и вышли из шатра. Пошатываясь от слабости, молодой айн поднялся и, опираясь на руку девушки, побрел вслед за мужами хунну. Он обратил внимание на туманную липкую темень, покрывшую все вокруг. В воздухе стоял едкий запах, который был знаком всем родичам айна – запах серы огнедышащих гор. Воины привели Сан‑унтару к большому круглому шатру, который хунну называли «юрта». Вход в него охранялся десятком вооруженных до зубов ратников, и сопровождающие жестом предложили пленнику войти.
Юрта повелителя хунну была ярко освещена огоньками множества глиняных светильников. Высокий смуглый бородатый человек восседал на ворохе шкур и что‑то говорил на своем языке. Перед ним, прямо на земляном полу скрестив ноги, полукругом сидело несколько ратников, судя по богатым доспехам – военачальников войска хунну. Все присутствующие держали в руках странные жуткие сосуды, в которых Сан‑унтара узнал хорошо выделанные человеческие черепа и отхлебывали какой‑то белый напиток. Среди сановников молодой айн заметил того самого толмача‑китайца, который рассказывал ему о завоевателях. Скорее всего, китаец был лазутчиком хунну и, притворяясь беженцем, вызнал много того, что было полезно знать повелителю врагов об особенностях армии тэнно.
Глядя на вошедшего пленника своими черными пронзительными глазами, повелитель жестом предложил ему сесть на пол и что‑то сказал на своем незнаемом языке. Китаец тут же бойко перевел:
– Повелитель Салтан‑бей приветствует храброго повелителя огня и спрашивает: зачем он воевал в армии чуждого луннолицего желтокожего народа? А еще он хочет узнать, много ли повелителей огня живут на самом краю земли у бескрайнего моря?
Сан‑унтара криво улыбнулся в усы и ответил:
