Академия Нави. Лучше стыдно, чем никогда!
– Хи‑хи! – послышался игривый и беззаботный ответ. «Ой, не толкайся!», – пискнул кто‑то. «Я соскальзываю!», – ответил такой же звенящий голосок.
– А мы что? А мы ничего! – послышался еще один голос.
Опять этот Змий! Он что? Маньяк тут какой‑то? Потрошитель кошельков? Кто это вообще такой? Тут одного кота вполне достаточно, чтобы у моего психолога появилась вилла и яхта!
Соседка снова вздохнула. Я посмотрела на нее и поняла, что все очень грустно.
– А теперь вы должны отправиться в лес и собрать цветы для венка, сплести его и сдать в конце урока, – послышался плеск огромного хвоста.
Все стали погружаться в воду. Сначала исчезла одна голова, потом вторая. С ивы бултыхнулось сразу три тела. А я осталась в пруду одна, вцепившись в корягу, не зная, что делать.
– Ныряй! – послышался голос под водой.
Меня потянули меня за ноги.
– Не‑а! – подняла брови я, пытаясь грести к берегу вместе с «партой». В следующий раз пусть мне спасательный круг выдают! Я буду русалкой со спасательным кругом! Такие же тоже в природе должны встречаться, не так ли?
– А! – икнула я, когда меня дернули за ногу так резко, что я не успела набрать воздуха в грудь. Ой… Я что? Дышу под водой? Ничего себе!
– Брр! – вынырнула я, барахтаясь и осматривая красивый сумрачный лес. Мы вынырнули совсем в другом месте. Здесь был пологий берег, усыпанный цветочным ковром. Холодный туман цеплялся за корни вековых деревьев.
– А теперь красиво выходим на берег! – послышался голос водяного. – Первая пошла!
Красавица с мокрыми волосами, в рубахе, облепившей тело, изящно скользнула на траву ногой.
– Отлично, но над взглядом нужно поработать. Следующая!
Я пока что держалась за трухлявый пень, осторожно опуская голову в воду. Невероятно! Я дышу под водой! Вы можете себе это представить? Ух‑ты! Рыбки! И, главное, все видно! Как интересно! Может, это действительно сон?
Ого! Какая большая рыба! Интересно, как она назы…
Ой!
Передо мной были зеленющие глаза. А то, что я приняла за рыбу…. Ну, короче, это продолжение мужика.
– Бррр! – вынырнула я, хватая рукой венок на голове.
– На берег, – холодно произнес водяной. Я стала грести, опираясь на пень, как на надувной матрас.
Итак, сейчас будет явление Афродиты из пены морской! Приготовьтесь! Расправив плечи, я ступила на мель. Где‑то в глубине души я чувствовала, что шутить с водяным не стоит.
– Ай! – скривилась я, падая в воду. Надо же! Наступила на что‑то острое!
Я плескалась, пытаясь схватиться за траву.
– Уф! – выползла я на четвереньках, роняя с головы венок. – Тьфу!
Покачиваясь, я встала и одернула рубаху, прилипшую к белью. Мне стало немного неловко. Вода стекала с меня ручьями. Она текла с волос, рубахи и из носа. Так, любители сопливых русалок! Налетай!
– Вы не переживайте. Если надо, я где‑нибудь в кустах выползать буду… – утешила я водяного.
Он смотрел на меня пристальным взглядом.
– Или буду русалкой под пиво на любителя, – неловко пожала я плечами, отбрасывая мокрые волосы и роняя венок.
Венок я тут же подобрала, отряхивая его от воды, словно бубен.
– Далеко не уходить. Держаться вместе, – послышался голос в спину. – Если что – звать меня. Понятно? Венки сдать через три часа!
Я обернулась, видя, как водяной выпустил из рук окровавленный венок. С его волос текла вода на лицо. Дорожки воды на щеках были похожи на слезы. Венок поплыл в мутный омут и стал тонуть.
Я поджала губы, чувствуя, словно видела то, чего не должна была видеть. И кот вроде бы не очень виноват. Он себя цепью привязывает… Или виноват? Есть у меня предчувствие, что нервная система взяла ипотеку. И теперь отдает нервными клетками.
– Венок, венок, – ковыляла я, видя, как другие девушки обрывают цветы и что‑то плетут. – Венок!
– Дай сюда! Я его первая нашла! – послышался писк. Две девицы с галерки стали толкаться возле красивого алого цветка. – Это – мой! Прочь, мокрица! Сама ты – мокрица!
– Венок! – икнула я, вытряхивая воду их уха.
Лес казался чарующим и немного страшным. Темная, густая зелень, почти не пропускала свет. И если смотреть за деревья, то казалось, что там темным‑темно. Было в этом что‑то древнее, пугающее и завораживающее.
– Зачем мы это делаем? – шепотом спросила я у своей влюбленной соседик, которая ловко сплела уже половину венка. Она примерила его на свою голову, сидя возле дерева.
– Чтобы заманивать людей в озера, – промурлыкала она, что‑то отмеряя и ловко вплетая следующий цветок.
– А зачем? Это что за игра в Мойдодыра? – прошептала я, срывая парочку цветов. Я честно попыталась сплести их друг с другом.
– Нам нужны души, – прошептала влюбленная соседка, глядя на мои потуги с тяжким вздохом. – Неужели тебя никто никогда не обижал? И тебе не хотелось утащить его под воду и утопить?
Ее глаза сверкнули и обожгли меня зловещими огоньками обиды. Обиды на весь мир.
– Тот, кто меня обижал, купается на Карибах! – ответила я, присаживаясь рядом. – Или моется раз в две недели, когда носками можно дерево рубить.
Я поглядывала в сторону дремучего леса. «Может, дернем?», – предложила я себе, пока не решаясь на побег.
– Души делают нас сильнее. Мы питаемся ими, – продолжила соседка по парте. Я пыталась завязать узелок из стеблей. – В Нави все так делают! Ты теперь тоже – навка!
– Ясненько – понятненько, – пожала плечами я, снова поглядывая в лес. Сколько фотографа не корми, все равно в лес смотрит!
Мой взгляд скользнул по девушкам, которые усердно вплетали в венки травы и цветы. Кто‑то из них тихо пел, кто‑то хихикал. «Змий, ага, прилетит за тобой! Прилетит, ужаснется и обратно вернется!», – послышался тихий смешок.
Глава третья. Не раз очаруй меня!
– А Огненный Змий это вообще кто? – спросила я. Соседка подняла на меня ясные глаза с поволокой несбыточной мечты.
– Лучше не спрашивай, – прошептала соседка. – Еще ни одна девушка не устояла перед ним.
– А что? Все резко «улежали»? – спросила я, поднимая глаза и видя, как шелестят исполинские деревья.
