Арский. Доктор без имени. Книга первая

– Объяснение заключается в том, что ты искал признания и понимания в реакции окружающих. Тебе казалось, что ты их смущаешь своим ростом, именно поэтому хотел подстроиться под них, под их рост и угодить им, деформируя свою осанку таким образом. При этом твое здоровье со временем ухудшалось, твоя жертва для людей оказалась выше твоего здоровья.

– Понимаю твое объяснение. Принесенная мною жертва сказалась на мне. До сих пор я чувствую себя тем, кто не может держать голову прямо и смотреть уверенно.

– Это пройдет со временем, если ты поймешь, что происходит вокруг тебя.

– А как же отношение людей ко мне, что с этим делать?

– Существует два способа принять их отношение. Первый – не принимать их отношения дальше тобою выставленного барьера. Предоставь их самим себе, делая допустимое ограничение, повлиять на тебя простые люди тогда будут уже не в силах, потому что тебе станет все равно на них. Ты сам решаешь, как тебе ставить допустимый барьер для них. Второй – верить их чувствам и их характеру, перенимать их идеи, независимо какими эти идеи являются, правильными или ошибочными. Перед ними ты человек, из которого они могут вить веревки. Если они захотят сделать что‑то, чтобы проверить тебя, каков ты есть на самом деле. Они спросят, как тебе больше нравится быть ими, понимаешь? И найдут множество способов, чтобы сделать тебя для этого мягким – таким, каким им нужно.

Я молчал. Посланник оставил серию импульсов, после которых я почувствовал себя в глубокой задумчивости относительно своей жизни. Задумавшись, я спросил посланника:

– Почему второй способ такой бесчувственный?

– Потому что для тебя существует только один способ, как вести себя с людьми – это первый способ. Второй способ ограничивает тебя как личность самостоятельную и независимую. Ты вынужден забыть себя благодаря этому способу и стать чужим даже для себя самого, понимаешь? Ведь ты становишься кем‑то другим. Согласись, ведь по большому счету тебе нет дела до людей. Ты их никогда не сможешь в состоянии полностью узнать, кто они и что из себя представляют. Для чего они тебе нужны?

– Ну а как же люди, которым я могу доверять, как мне быть с ними? – посланник одновременно бросил взгляд с моим куда‑то выше лба, сказав мне, что это последний вопрос от меня на сегодня, так как дальше нас ждет дело, которое я собирался сделать до его призыва.

– Если в твоей жизни существуют такие люди, то ты должен их научить первому способу, потому что второй способ не годится для жизни настоящей. Если бы кто‑нибудь смог действовать исходя из первого способа, он бы наблюдал за тем, как человек, который собрался вить веревки из тебя, был бы подобен дыму для тебя, потому что он разговаривает только сам с собой: себя же обольщает, себя же обманывает.

Твоя задача – лишь дать ему, такому человеку, оказавшемуся перед тобой, на время уверенность, что он все делает правильно, подкидывая ему чувства и объяснения из одной из надетых тобой масок. Если человек, которому ты доверяешь, знает о первом способе, то он станет для тебя твоим другом или кем‑то больше, настоящим, живым, – посланник сделал очередь из мысле‑импульсов, напоминающих мне и объясняющих о том, как это происходит, и что моя задача – усвоить это и применять. Сделав паузу, посланник сообщил, что после следующего его призыва он объяснит, что значит быть настоящим, живым.

Оставив меня одного на какое‑то время наедине со своими мыслями, он сказал, что времени осталось маловато для уроков на сегодня, поэтому мне нужно поспешить со своими перевязками пациентов. Вернувшись в коридор, я пошел в хирургическое отделение, в палату, куда после реанимационной переводят пациентов. Зайдя в палату, поздоровался с пациентом, мужчиной средних лет.

– Здравствуйте, Сергей Борисович, как себя чувствуете? Беспокоят ли вас какие‑нибудь боли? – мужчина посмотрел на меня и ответил, что чувствует себя некомфортно и устал, что хотел бы сходить в душ.

Спросив мысленно посланника, что он об этом думает, ответил:

– У людей чудесный организм, он восстанавливается гораздо быстрей, чем, скажем, у животных или других млекопитающих, напоминающих человека. Знал ли ты, что человеческий организм после серьезной операции, или скажем, травмы, нуждается в восстановлении гораздо больше, чем человек, не имеющий травм, потому что его организм требует больших ресурсов для заживления? Представь губку, которая впитывает воду. Организм действует подобно губке, впитывая каждый шанс выздороветь, он ищет возможность это сделать. Подбодри этого мужчину, его организм в этом нуждается, в нем есть силы сопротивляться, он молодец.

– Сергей Борисович, вы молодец. Сейчас я вас осмотрю более детально для смены повязки.

– Скажите, когда я смогу принять душ, здесь ведь есть душ?

– Да, конечно есть, но только пока, Сергей Борисович, вам положено обтирание. Пройдет несколько дней и, вы обязательно примите душ.

– Эх, понятно, могу я еще кое‑что спросить?

– Что?

– Еда, она на вкус кажется странной и вязкой. Почему так? Приходится ее есть через силу.

Посланник порекомендовал мне рассказать ему про свойство человеческого организма восстанавливаться со временем благодаря эффекту накопления. Сила жизни берет верх и восстановление требует большего приема пищи, а это значит, что энергия, которая будет поступать с приемом пищи, впоследствии расходуется на восстановление с удвоенной скоростью. Поначалу его организму тяжело бороться после операции, каждое его усилие дается ему с трудом, организму необходимо как восстановление, так и правильное перераспределение ресурсов.

– Скажи ему, если он будет кушать через силу, то через несколько дней, возможно, не только примет душ, но и будет передвигаться самостоятельно.

Мне это и так известно, изучая курс по методичке в медуниверситете много лет тому назад, но то, как видит происходящее посланник, я не смог понять бы, так как раньше понимал это.

Я обратился к пациенту:

– Сергей Борисович, кушайте понемногу. У вас не простое питание, а диетическое, организму сейчас нужно восстанавливаться. Поэтому, если будете кушать через силу, то удивитесь, как через несколько дней сможете даже принять душ. В еде есть нужное количество полезных веществ и к тому же энергия.

– Ну хорошо, ради душа я буду кушать.

– Сейчас мне нужно сделать перевязку вам. Сняв повязку, я сменю ее. Если где‑то будут чувствоваться неприятные боли, говорите, – оттянув немного кожу в районе крепления пластыря, я начал снимать полоски пластыря. После увидел присохшую старую повязку, состоящую из марли под антисептиком.

Обработав антисептиком рану, я спросил посланника мысленно, какого ему наблюдать за людьми в таком необычном месте для него? Посланник молчал и дал сигнал, что пристально наблюдает за моими действиями.

Я спросил Сергея Борисовича, аккуратно снимая повязку:

– Не обижаю, Сергей Борисович?

– Да нет, вы что, неприятно только, когда пластырь отдирается, и немного щекотно от этой жидкости.

– Понятно, сейчас сменю вам марлю и после закреплю ее на пластырь, и можете продолжать заниматься вашими делами.