Бескостный. Книга 2. Путь войны

– За что?

– Если бы не я, вы с Ари уже давно бы добрались до мирных мест, и ничего этого бы не было. Из‑за меня ты оказался в рабстве, которое в итоге ни к чему не привело, а ей пришлось одолеть долгий путь, чтобы вытащить тебя. И теперь вы оба втянуты в чужую войну. Подобные поступки не делают чести мне, как воину.

– Ты ошибаешься, – спокойно возразил Шейл. – Да, все мы пережили лишения и были на грани, но, не окажись я в яме, то не встретил бы мастера Дейфа и не познал древнее искусство. К тому же, в моей жизни и без того не было значимой цели. Сперва я хотел отомстить тем, кто загнал меня на арену, но после понял, что это ничего не решит. И отказался от мести. Взамен зла я ведь могу помогать нуждающимся? Лейнор попросил меня о помощи, и я согласился. Сам. Добровольно. Никто меня не заставлял. Так что это не чужая война, Фаэтин. Теперь она и наша тоже.

Эльф вздохнул, чуть качнул головой. Некоторое время они шли молча, каждый думал о своем. Затем Фаэтин вдруг сказал:

– Путь Далькара.

– Что?

– Школа, запретные техники клинка которой ты изучил, называлась Путь Далькара. Её основали жрецы бога огня и неба, – Далькара, – чтобы искоренять тьму и зло. Маги древности были теми еще могучими идиотами. С почти бесконечным запасом сил, они учиняли катаклизмы и истребляли целые цивилизации. Требовались особые люди, воины, которые могли бы усмирить колдунов. Говорят, в одну из ночей Далькар самолично явился жрецам в своем храме и поведал им об уникальном искусстве боя. Один из жрецов не выдержал тяжести знания и покончил с собой, но другой сумел выслушать и принять науку бога. И стал основателем новой школы меча. Возможно, ты сейчас последний носитель древнего знания, Шейл.

– Мастер Дейф говорил о том же, – прошептал юноша, глянув на небо. Ему показалось, будто одна из звезд на мгновение ярко сверкнула, а затем погасла. Словно бы покойный учитель подал ему знак.

– И все же я не верю, что моих навыков сейчас достаточно, чтобы одолеть даже слабого мага, – признался он. – У одаренных ведь огромный запас сил, а методы нашей школы основаны на другом подходе. Как простой смертный может убить того, кто повелевает огнем или водой? Даже если прибегнуть к запретным техникам – я, скорее, убью себя раньше, чем доберусь до мага.

– Не знаю, – пожал плечами Фаэтин. – Возможно, ответ на этот вопрос тебе придется искать самому.

Шейл тихо фыркнул. Верно. Жизнь не собирается преподносить ему готовое орудие. Мастер Дейф многое рассказывал о подготовке магоубийц, и придется покопаться в памяти, чтобы вспомнить и заново переосмыслить его слова. Затем потребуются годы тренировок на отработку уже изученных приемов. Хорошо бы этим заняться в спокойной обстановке, но увы, здесь он бессилен.

Придется снова учиться на ходу. Впрочем, в этом ведь и есть его лучшая сторона. Не зря же еще жители Лекрона прозвали его демоном арены.

Способность адаптироваться у него в крови.

 

Глава 3. Опасный лес

 

Легкий холодок заполз под плащ, коснулся обнаженной кожи, заставил поежиться – и проснуться. Шейл открыл глаза и с минуту молча глядел в предутренний сумрак, пытаясь осознать случившееся. Затем память подкинула фрагменты вчерашней ночи, побега из города, сборов и перехода, продлившегося до тех пор, пока путники не выбились из сил. В качестве ночлега избрали небольшую поляну в стороне от старого тракта. С двух сторон она была укрыта зарослями, а на свободном пространстве находились двое часовых.

Шейл сел, тряхнул головой и не удержал вырвавшийся зевок. В общей сложности он спал всего несколько часов, и этого явно было мало, учитывая, сколько сил пришлось потратить на схватку и спасение Зеи.

Он выпрямился, чувствуя слабость в конечностях, чуть подвигался, разгоняя кровь. Стало теплее, хотя изо рта все равно вырывались облачка пара, – близился конец лета. Скоро ночевать в лесу станет не очень комфортно, и к тому времени им лучше бы найти постоянное место жительства. Желательно, где‑нибудь под крышей.

– Не спится? – к нему шел улыбающийся Фаэтин, на лице которого не было видно ни капли усталости, хоть отдыхал эльф ровно столько же, сколько сам Шейл. Юноша всегда удивлялся этой особенности длинноухих – они в любой ситуации выглядели хорошо. Вероятно, даже если избить какого‑нибудь эльфа до полусмерти и оставить на ночь, утром он очнется исцелившимся и красивым.

Шейл тихонько фыркнул, взял протянутый товарищем мех с водой, сбрызнул на лицо, умылся, сделал пару глотков.

– Спасибо, – он вернул мех обратно, стянул растрепавшиеся за ночь волосы в воинский хвост. – Как обстановка?

– Тихо, хвала Семерым. Сегодня нам предстоит тяжелый дневной переход. Справишься?

В глазах Фаэтина виднелось сомнение, смешанное с беспокойством. Шейл почувствовал укол совести за ночной разговор, когда он вынудил эльфа откровенничать. Друзья не должны так поступать.

Хотя, способен ли он сам быть хорошим другом?

– Постараюсь, – Шейл кивнул товарищу, и тот, хлопнув его по плечу, отправился к Лейну. Юноша же присел возле мешка, чувствуя разливающуюся по телу боль. Проклятье, когда уже он восстановится достаточно, чтобы не рассыпаться каждое утро? Даже самые зверские тренировки на арене не приводили к такому состоянию, неужели и правда – во всем виновато искусство мастера Дейфа?

Шейл скривился, сплюнул в сторону. Придется временно отказаться от изученных техник боя. Хотя бы до тех пор, пока он не сможет их применять без вреда для здоровья.

Иначе и впрямь не доживет до зимы.

Дорога проходила весьма спокойно, единственным, что омрачало настроение путешественников, был зарядивший на третьи сутки дождь. И отсутствие нормального пути под ногами – старый тракт потому и был старым, что им не пользовались много лет. Земля под ногами размокла от дождя, превращая жизнь пеших путников в кромешный ад. Да и подводы часто вязли, приходилось всем миром выталкивать их из колей. Грязные, мокрые и уставшие, повстанцы готовы были грызться друг с другом, лишь бы найти, наконец, хоть что‑то, похожее на укрытие.

Но вокруг был только лес, с каждой милей становившийся все гуще и гуще, будто кто‑то нарочно выпускал деревья из невидимого кармана. Глядя на обилие зелени, Шейл подумал, что в древности, возможно, здесь все было иначе. Но годы запустения сделали свое черное дело, и теперь тракт выглядел жутко. Подсознательно Шейл ожидал нападения разбойников или призраков, про которых рассказывал Фаэтин, но отряд никто не трогал.

И это вызывало тревогу.

На одном из ночных привалов к Шейлу подошел Лейнор, задумчиво постоял рядом, глядя, как бывший гладиатор чистит меч, затем присел на потрепанное покрывало, со вздохом вытянул ноги.

– Меня беспокоит это затишье, – негромко пожаловался вожак отряда, и Шейл согласно кивнул в ответ. – Про эту дорогу мне столько всяких ужасов рассказывали, сулили едва ли не мгновенную смерть, но вот они мы – третьи сутки по ней плетемся, и ничего. Подозрительно, не находишь?