Академия ходящих за грань. Без права выбора

Я затравленно смотрела в его зеленые глаза, яркие, словно сочная трава по весне, в глубине которых плясали смешинки. Отметила мужественный подбородок с ямочкой, высокие скулы и правильные черты лица. Подняв руку, мужчина погладил меня нежно по щеке, затем пропустил прядь моих длинных черных волос между пальцами. И тут с меня спало оцепенение. Я отшатнулась назад. Чувствовала всеми фибрами души, что мужчина был опасен. Я это четко ощущала. От его взгляда и подавляющей ауры словно иглы впивались глубоко под кожу, нервы звенели, как натянутые струны гитары, и хотелось бежать без оглядки. Я попыталась сделать еще один шаг назад, но мужчина схватил меня за предплечье и дернул на себя, отчего я впечаталась в его твердую грудь. Попыталась отодвинуться, но безуспешно. Меня держали, словно в тисках, его сильные руки.

Резким голосом он что‑то рыкнул и потащил куда‑то. Я даже не пыталась вырываться, понимая, что мои жалкие попытки не приведут ни к чему. Слишком сильным был мужчина. Не особо церемонясь, он вел меня по темным коридорам, освещенными какими‑то странными шарами, истончающими приглушенный свет, вроде плафонов для лампочек. Гулким эхом отдавались звуки шагов по неровному каменному полу. Ничего примечательного вокруг я не заметила, лишь ответвления в другие такие же мрачные коридоры.

Мой пленитель остановился перед массивной деревянной дверью, достал из кармана брюк резной ключ и открыл ее. Затем грубо втолкнул меня внутрь. Я пролетела вперед, чуть не пробороздив носом пол, но чудом удержалась на ногах. Грубиян меня обошел и что‑то опять резко произнес на незнакомом языке, как будто ругаясь на меня. Я вся сжалась, не зная, что делать. Происходящее со мной напоминало сюрреалистичную картину. Мужчина, не церемонясь, схватил меня за запястье и бросил на кровать. Я только сейчас заметила ее. С резной спинкой, деревянную, большую, стоявшую посередине комнаты. Матрас, куда я упала, был жесткий, а простыни блеклого серого цвета в тон мрачным стенам. Я задрожала, когда мужчина с грозным видом двинулся на меня. Попробовала отползти, но он дернул меня за ногу. Я закричала, пыталась вырваться, но он пригвоздил меня к матрасу и, сев сверху, привязал к спинке кровати мои запястья. Я безумно испугалась и хотела опять закричать, но не смогла выдавить из себя ни звука. Только захрипела. От страха опять пропал голос. Ужас происходящего сковал все мое существо, я не могла сделать ровным счетом ничего.

Мужчина вытащил из кармана что‑то похожее на маленькое складное зеркало с узором в виде свернутой змеи, кусающей себя за хвост, с ярко зелеными камнями вместо глаз. Взял щепотку какого‑то порошка цвета охры и бросил его мне прямо в лицо! Я от неожиданности вдохнула сухую смесь, закашлялась, из глаз побежали слезы. Изверг пристально наблюдал за мной колючим взглядом. Вся картинка перед глазами расплылась, и я погрузилась словно на дно мутного болота. Мозг окутало вязкое марево. Я утопала в нем и не могла сосредоточиться, мысли текли вяло. Казалось, меня подвесили в воздухе, не ощущалось, где верх, где низ. Мышцы превращались в расплавленный металл, а тело как будто распадалось на молекулы.

Мучитель что‑то грубо бросил мне, и тяжесть его тела исчезла. Словно через вату я услышала звук захлопнувшейся тяжелой двери и скрежет ключа, что запирал меня в темнице, оставляя наедине со своим мыслями, которые показывали самые страшные картины моего будущего.

 

ГЛАВА 2

Туман в голове, комната кружится, предметы вокруг не имеют четких очертаний. Я словно нахожусь в воде во время шторма, меня подбрасывает то вверх, то вниз, накрывает волнами с головой, и, нахлебавшись воды, я не могу дышать. Иногда все окрашивается багряными красками и покрывается рябью. Я полностью растворилась в липкой массе, в которую превратился воздух, и он с таким трудом просачивался в легкие. Рваное дыхание и невозможность сказать ни слова.

Чьи‑то руки ощупывают меня, скользят по телу, горячее дыхание на коже и на губах. Вижу только через муть болота сверкающие глаза зеленого цвета и ощущаю тяжесть чужого тела на себе. Мне это кажется? Но резкая боль и толчки внутри меня говорят, что я не грежу. Нет ни сил, ни возможности сопротивляться. Казалось, и способность говорить я утратила навсегда. Низкий вкрадчивый голос мне что‑то шепчет, и я опять не могу понять, о чем идет речь.

Мне кажется, проходит уже несколько дней, но мое состояние не улучшается. Мне снова и снова дают вдыхать порошок, после которого сознание угасает. Но из забытья выводят касания грубых рук, которые не церемонятся и вызывают отвращение. Болезненные толчки внутри меня вырывают из черного забытья. И это происходит часто… Боль и жжение… Я ничего не могу поделать.

В какой‑то момент мое сознание начинает проясняться. И я все чаще выхожу из забытья. Дыхание становится ровнее и спокойнее. Окружающее пространство приобретает четкость. Но иногда все тело выгибалось в судорогах, и это длилось несколько минут, что сейчас и случилось вновь. После долгого спазма я обессиленно рухнула на матрас, свернулась в клубок и зарыдала. Мое тело представляло собой один сплошной синяк. Я почувствовала озноб и натянула одеяло до подбородка. На мне не было никакой одежды, я лежала совершенно голой.

– Ну что ты, моя девочка, так убиваешься? Все уже хорошо, не правда ли?

Я опешила, взглянув сквозь слезы на нежеланного посетителя, который незаметно для меня вошел в комнату. Проморгавшись, увидела поднятый иронично уголок рта и жесткий взгляд изумрудных глаз блондина. Это он! Та тварь, которая надо мной издевалась!

Его рука погладила меня по волосам и спустилась ниже, по‑хозяйски оглаживая тело. Я вздрогнула и попыталась отползти от ненавистного мне мужчины. Но тело было настолько непослушным, что я еле только поднялась на руках. И все, сил больше не осталось.

– А ты красавица, – усмешка на губах блондина, а в глазах жестокость. – Хорошо, что я именно такую девочку заполучил, а не какого‑нибудь плюгавого мальчишку с прыщами. Теперь ты мне поможешь, сладкая.

– Что происходит? Где я? Зачем я вам? – просипела в ответ, засыпав вопросами этого ублюдка.

– А ты не заметила, что теперь можешь понимать моею речь? Этот мир принял тебя. Ты адаптировалась, но понадобилось некоторое время для этого.

– Какой мир? Я… не понимаю! – мне казалось, что я попала в дурдом и меня накачали сильными успокоительными, мутившими разум.

Жуткий мужчина вдруг хлопнул меня по попке, причем не очень ласково, и заявил:

– У нас с тобой впереди много дел. Да‑а, у меня большие планы на тебя, солнышко.

Всхлипнув, я заплакала. Горькие слезы полились из глаз. Слезы бессилия. Блондин с интересом наблюдал за мной, смотрел как на букашку, под микроскопом, которую собираются препарировать.

– Отпустите меня!

– О, у малышки прорезался голос? – усмехнулся мужчина. – Ты аккуратнее со своими истериками. Будешь раздражать меня – накажу.

Я перестала дышать и замерла. Внезапно мужчина хлопнул по кровати ладонями и встал.

– Ну что же, я объясню тебе самое основное. Никуда уйти ты не сможешь, потому что нужна мне для одного дела. И ты больше не в своем мире. Я забрал тебя оттуда, и ты никогда не сможешь вернуться обратно. Уясни это раз и навсегда. Твое здоровье и благополучие теперь зависит от меня и от твоего послушания. Ты поняла меня? – прищурился он, обдав холодным взглядом, казалось, что сосульки впились в тело и вгрызлись в нутро.

– Как я не в своем мире? Это же шутка, да? – тихо выдавила я.