Быть женой Владыки хаоса
Две мощные лапы уперлись в камни пола, монстр встал на дыбы, заскребли когти по полу. Он возвышался надо мной, казалось, что на меня хватит и одного укуса – я полностью помещусь в этой пасти. Или длинные когти нарежут меня на оливье. Или хвост сделает из меня отбивную… котлету…
Будто в насмешку мой живот жалобно забурчал, намекая, что котлету он бы сейчас с удовольствием встретил. Бурчание показалось мне оглушительно громким. Монстр заметил меня, повернул морду в мою сторону и издал странный звук – это было больше похоже на вибрацию. От нее я в один миг покрылась мурашками. Пальцы онемели, и трость тут же выпала из руки. Корона сдавила в то же мгновение голову так, что у меня перед глазами все поплыло – и четыре мелких глаза пустого, и его раскрывающаяся пасть, и блики на серой коже.
Мог ли этот день закончиться хуже?
А потом мгновение тишины и едва слышное шуршание кожи пустого о камень – все разбилось высоким свистящим звуком. Вжих – белая вспышка вонзилась чуть выше тела пустого. Тот взвился в воздух, замахиваясь хвостом, лязгая пастью. Вжих – вспышка прочертила темную полосу вдоль тела монстра, тяжелые капли его крови разлетелись по сторонам, мгновенно пропитывая оставшийся густой воздух в коридоре тошнотворным запахом. Я не удержалась на ногах, неуклюже завалилась назад, едва успела чуть сгруппироваться, чтобы не разбить себе голову. А когда обернулась, то рядом с пустым появился еще кто‑то.
Хаотик, конечно, но почему такой огромный? Он был даже больше Дары на голову или даже выше, рога вились и раздваивались, лицо белело маской, а громадные ладони сжимали длинный посох с затейливым навершием. Возле навершия горел белый огонь, так что это был явно какой‑то анордский артефакт. Но использовать его по простому – шарахнуть пустого по черепу – тоже можно было. Силы хаотику было не занимать, а потом он и вовсе отбросил посох и руками заломал монстра, скручивая его в баранку, выламывая ему конечности. Полетел по коридору – хорошо, что не в мою сторону – оторванный хвост. Трещали кости пустого, да так долго, что мне казалось – это никогда не кончится. Хотя прошло, наверное, секунд десять‑пятнадцать.
А потом снова замерла тишина.
Хаотик стоял над телом пустого: жуткий, мощный, буквально придавливающий к полу одним своим присутствием. И только когда он вот так замер, я поняла, что меня еще смутило в его виде. Красная традиционная одежда едва ли не рвалась на мощном теле, а руки торчали из коротких рукавов, и я определенно видела этот узор на ткани. Всего‑то полчаса или даже меньше назад. Но тогда с размерами у хаотика все было нормально. Неужели так проявляется его сила? Никогда о таком не слышала…
Наверное, я выдала себя. Шевельнулась или икнула. Нечеловеческим движением хаотик повернул в мою сторону голову и странной дерганой походкой двинулся ко мне. Я бы и встала, я бы и побежала отсюда, ведь страшно же! Но как?
Да он еще страннее, чем пустой! Вон глаза какие несоображающие и весь в крови пустого!
Но не успела я моргнуть, как бешеный хаотик подхватил меня своими огромными ручищами и поднял. Так легко, будто я ничего не весила! И мне бы возмутиться. Но голова вдруг стала тяжелая‑тяжелая. Так что не оставалось ничего, кроме как положить ее на плечо хаотику и расслабиться. И сразу стало не страшно и сердце успокоилось. Странный эффект так‑то… Что за ерунда?!
Глава 10
Ехать на хаотике было даже комфортно, не было ощущения, что меня сейчас упустят, хотя, по сути, держал он меня одной рукой. Большое тело двигалось ровно, с нечеловеческой грацией, и меня даже не трясло. Моего веса для него будто и вовсе не существовало. Хаотик остановился только один раз, повернулся, вытянул руку – и в нее влетел откуда‑то со стороны дыры в стене школы длинный посох. Мне на мгновение показалось, что я увидела дымный след, который потянулся от руки к посоху и поднял его в воздух.
Но все‑таки мне не до взглядов вокруг было, померещиться сейчас могло что угодно: перед глазами все еще торчала раззявленная пасть пустого. Нет, я изображения, конечно, видела по новостям и в документальных фильмах, а двоюродный брат мне даже фотографию показывал. Снять пустого ему удалось издали, да и ближе никто, даже самый отчаянный человек, подходить не стремился. Да что там, даже хаотики, если обучение специальное не прошли, предпочитали не соваться в место прорыва…
Ужас! Меня же сожрать могли!
Даже того самого ощущения безопасности, которое на меня наползло, стоило оказаться на чужих руках, не хватало.
В общем, трясти меня стало крупной дрожью – вот такая вот запоздалая реакция. Головой понимала, что спасена, опасности в данный момент нет, а тело уже трясло и даже из глаз слезы посыпались.
– Блистательный фэр, эта нэан ранена? – услышала я вопрос, но повернуться и посмотреть, кто такой заботливый, не смогла. Тактика остановки истерики была простой – впериться взглядом в какую‑то загогулину на одежде хаотика, который меня нес, и старательно повторять таблицу умножения. Но мысли то и дело сбивались в сторону. Грызло, что я имя спасшего меня вспомнить не могла, а ведь Дара его произнес. Злило, что я не послушалась ректора и не осталась в секретарской. Ну и что, что неудобно и людей много? Пугало, что корона на моей голове могла быть связана с неожиданным прорывом пустых.
Да, это, конечно, догадка из пальца высосанная, но слишком много уже накрутилось в этой ситуации, чтобы не допустить еще и такого. За все годы, что я работала в Высшей школе, прорыв был только один раз. И то крошечный. Пустой не успел и морды высунуть, как от него остались рожки да ножки. Я сама не видела, но школяры рассказывали о бое с подробностями. Некоторым классам повезло, так сказать, наблюдать пустого из окон.
А тут внезапно столько пустых, причем еще и голубые ленты здесь же…
– Нет, – вдруг удивительно мелодичным голосом ответил несший меня хаотик. Я даже покосилась с удивлением: он это сказал или нет. Но выходило, что он. А когда выглядел как человек – относительно, конечно, говорил более обычно.
– Но она, кажется, плачет…
Вот что за глазастые такие? Я быстренько попыталась утереть выступившие слезы, очки, правда, мешали. Но тут хаотик каким‑то странным жестом уменьшил свой посох, чтобы тот можно было на пояс повесить, и перехватил меня обеими руками, да еще так, чтобы мне в лицо смотреть.
– Здрасте, – просипела я, совершенно забыв, как нужно обращаться к высоким по рангу гостям. Меня на стажировке вроде бы учили, но потом я почти все благополучно забыла. Ну правда, какие‑такие высокоранговые в библиотеке? Такая же вероятность, как если бы ко мне на чай президент заглянул!
– Плачет? – повторил хаотик этим своим голосом и посмотрел прямо мне в лицо, не моргая.
Вот все‑таки страшный он! Хотя нет, не страшный, а такой… непривычного вида. Лицо неестественное, глаза красные горели, благо клыки никакие не торчали, и так рогов огромных достаточно было.
