Чернокнижец. Зеркальные врата теней

Денис медленно сел, выпутался из складок плаща, прислушался к собственным ощущениям. Почему‑то было очень темно, но он тут же сообразил, что капюшон плаща упал ему на лицо. И как люди раньше это носили? Это же все равно что таскать на себе целую брезентовую палатку.

Откинув капюшон, Чернокнижец внимательно огляделся по сторонам, знакомясь с неведомым миром, в который его вышвырнуло из магического портала. Здесь хорошо дышалось, воздух был чистый, свежий и холодный, словно вода в горном ручье. Денис с наслаждением сделал глубокий вдох. Рядом барахталась в своем плаще Агата.

Чернокнижец поднял глаза и остолбенел: высоко в пасмурном небе над острыми вершинами гор висели сразу три светила. Самое большое солнце – или это была луна? – располагалось меж двух поменьше.

– Господи, посмотри! – потрясенно воскликнул Денис, ткнув посохом вверх.

Эта картина потрясала и завораживала. Где еще увидишь подобное? Чернокнижец пожалел, что не захватил с собой альбом для зарисовок. И сфотографировать нечем, телефон‑то остался на Земле! Хотя электроника здесь не работает! Денис чертыхнулся.

– Три луны, – мрачно кивнула Агата. – Пемфредо, Энио и Дейно…

– Ого! Их назвали в честь трех сестер‑грай из древнегреческой мифологии?

– Тебе виднее. Я понятия не имею, о чем идет речь.

– Они просто чертовски красивы! – Денис проворно вскочил на ноги.

– Прости, что не разделяю твоего щенячьего восторга, – устало вздохнула Агата. – Я с детства на них вдоволь насмотрелась. Конечно, давненько я их не видела… Но не видеть бы еще столько же!

– Но их три! – не унимался Чернокнижец, задрав голову. – Три луны в небе!

– И что с того? Здесь вообще многое устроено не так, как в привычном тебе мире, – хмуро сообщила Агата. – Эти три светила сияют круглосуточно, просто ночью их свет становится совсем тусклым, примерно как у вашей земной луны. Ну а днем, сам видишь. – Девушка поднялась с земли и отряхнула плащ.

Денис разглядывал изумрудно‑зеленые леса, над которыми торчали острые вершины гор. Красота этого мира очаровывала. Она была какой‑то дикой, первозданной, напоминала природу Земли, но в то же время и сильно от нее отличалась. Какие картины здесь можно было бы рисовать! Но наброски делать нечем, придется просто держать все в голове до возвращения домой.

Денис и Агата находились сейчас на каменистом склоне горы. За их спинами возвышалось большое круглое зеркало, примерно двух с половиной метров в диаметре, в его глубине все еще мерцали, постепенно затухая, огненные сполохи магического портала. Зеркало было закреплено в массивной каменной раме, которая, казалось, произрастала прямо из горы. Рама была украшена резными изображениями диковинных зверей, оскаленными мордами неведомых чудовищ. Кроме того, с двух сторон ее поддерживали два человеческих скелета, также высеченные из серого камня. Зеркало было покрыто толстым слоем пыли и опутано паутиной, в которой застряли сухие листья и травинки.

– Зюйд‑Алистер, – сказала вдруг Агата. – Очень удачно мы попали, похоже, я не ошиблась с выбором направления.

Денис поначалу не понял, о чем она говорит, но затем проследил за ее взглядом. Девушка смотрела вниз с горного склона. Далеко внизу, в живописной зеленой долине, виднелись крыши небольшого городка, напоминавшего горную альпийскую деревушку.

Небольшие, двух‑ и трехэтажные домики с черепичными крышами утопали в зелени. В центре городка располагалась круглая площадь. За городком весело бежала извилистая горная речка, а сразу за ней поднималась еще одна гора, на склоне которой стоял высокий старинный замок – гигантское строение, окруженное неприступной каменной стеной. Поблизости от замка шумел и пенился романтического вида водопад, который и давал начало извилистой речке.

– Это ты сейчас название города сказала? – на всякий случай уточнил Чернокнижец.

– Да. Зюйд‑Алистер, та еще глухая деревня… А замок, на который ты сейчас пялишься, – Экзистернат. Это нечто вроде интерната для одаренных детей. Его как раз и содержат Созерцатели. Помнишь, нам рассказывали о них Бестужев и его воскресшая княгиня?

– Помню, – кивнул Денис. – Но я все равно не совсем понял, кто они такие, эти Созерцатели.

– Особая каста, – подумав, сообщила Агата. – Даже не знаю, как тебе объяснить попонятнее. Ученые, маги, алхимики, воины… Они сейчас составляют руководящую партию нашего мира. А их верховный Магистр правит вместо Императора. Что ни делается, скажу я тебе, все к лучшему. Прежние правители Зерцалии сплошь были черными колдунами и ведьмами, они творили жуткие вещи. Так что, когда к власти пришли Созерцатели, народ вздохнул с облегчением. Эти, по крайней мере, правят по справедливости, стараются всегда и везде поддерживать мир и благополучие.

– Бестужев отзывался о них иначе. Это ведь они стащили обскурум у него из‑под носа?

– А ты ожидал услышать от него о ком‑то хоть что‑то хорошее? – хохотнула Агата. – Ипполит Германович – далеко не образец добродетели. Если сравнивать его с Созерцателями, то он, скорее, злодей. Как и мы, кстати, раз работаем на него.

Не найдя, что ответить, Денис снова взглянул на гигантский замок, возвышающийся над Зюйд‑Алистером. Верхушки его массивных каменных башен терялись в облаках.

– Так это Экзис… – Он запнулся.

– Экзистернат, – подсказала Агата.

– И все Созерцатели живут в нем?

– Нет, лишь небольшая часть Ордена. Все тут не поместились бы. Сам Магистр живет в Столице, как и большинство его приближенных. А этот замок – лишь школа, где учатся ребята со сверхспособностями. Из таких как раз и выращивают будущих членов Ордена. Конкретно этим Экзистернатом управляет Корнелиус Гельбедэр – жуткий старикашка‑колдун со стеклянным телом…

– Как это, со стеклянным? – вытаращил глаза Денис.

– Всех подробностей я не знаю… В общем, когда старику пришло время помирать, он создал себе искусственное тело из стекла. А затем умудрился вдохнуть в него свой разум, свою память. Говорят, некоторые древние колдуны были на такое способны. Вся их сила была сосредоточена в особом медальоне – зерцекликоне. Когда колдун умирал, зерцекликон надевали на шею его статуе, и она оживала, уже обладая его разумом, знаниями и всеми воспоминаниями до момента смерти. Таким образом, колдун продолжал жить дальше… Насколько мне известно, колдунов подобного уровня осталось очень мало, и Корнелиус – один из них. Один из самых древних. И один из обскурумов, что нам нужен, точно сейчас хранится у него.

– Откуда тебе все это известно? – изумленно спросил Чернокнижец. – Как давно ты покинула Зерцалию?

– Уже несколько месяцев прошло.

– И все это время ты каким‑то образом поддерживала связь с этим миром?

– Скажем так, следила за происходящим со стороны, – мрачно подтвердила Агата. – Приходилось. На меня тут охотятся, знаешь ли… Поэтому я и не хотела сюда возвращаться. Но пришлось, как видишь.

– Охотятся? – вскинул брови Денис. – И кто же?