Демон. Том 4

– Я хотел бы еще раз поблагодарить наших военных за победу в битвах с Великим лесом. И этот праздник. Этот пир в вашу честь! – ему тут же поднесли бокал с вином, как и позади стоявшим помощникам.

Дариус вознес хрустальный бокал ввысь и с улыбкой громко воскликнул:

– За Нефердорс!

Ответом ему были сотни голосов:

– За Нефердорс!

Вновь заиграла музыка, и Дариус направился по залу, приветствуя особо значимых гостей. Пока он проводил беседы, к Луизе подошел высокий черноволосый мужчина. Он отличался от всех не только нарядом, но и внешностью – ярко‑голубые глаза, густые длинные волосы, заплетенные в косу, у щеки рубец. В кожаной легкой куртке, напоминавшей и сорочку, и кафтан, в тканевых серых штанах. Пусть он и выделялся, однако одежда ему определенно была к лицу, да и сам он был обворожителен. Его голубые глаза, напоминавшие волчьи, внимательно смотрели на профиль Луизы. Даже в какой‑то степени жадно, но при этом не вызывающе. Нельзя было взглянуть на него стороны и понять, что его одолевала похоть.

Он подошел к ней ближе и с ухмылкой прошептал:

– Такая прекрасная леди и в одиночестве. Ваш партнер умер от столь невероятной красоты? Или же ослеп от вашего блеска и не отыскал дороги на пир? – после взял ягоду шиповника из подноса проходившего мимо слуги и закинул в рот.

Луиза взглянула на него, после чего снова уставилась в сторону входа, при этом ответила:

– Он настолько волен, что может игнорировать его высочество. А мой блеск… – она улыбнулась, – давно поглощен его тенью.

Мужчина хмыкнул.

– И всё же он глуп, решив оставить вас даже на миг.

– О, боюсь, он слишком хорош, и лишь не дает мне задохнуться от вечного взора.

– Значит, он не так и хорош, раз вы задыхаетесь от его присутствия.

– Отнюдь нет. Он понимает то, чего другие понять не в силах. Хорошего вам вечера, – кивнула Луиза и направилась ближе к оркестру.

– Скажите свое имя, – послышалось ей в спину. – Мое Бальтор. Принц Скольдзе.

Но Луиза не остановилась, продолжив путь. Ей было неинтересно. Даже если бы не роман с Аполлоном, у этого мужчины всё равно не было бы и шанса. Еще один наместник, павший перед ее красотой.

– Не вижу Фозаха, – настороженным взглядом наблюдал Эршаль, пока Дариус вел беседу с очередным аристо.

– Не пришел. Испугался, – хмыкнул Гронов.

– Ванштейн поступил мудро, не явившись, – решил Александр не осуждать молодого наследника.

Всё же, как бы там ни было, Фозах являлся частью элиты, и не раз делил с ним один стол. Пусть они никогда не были друзьями и всё же неприязни друг к другу не имели.

– Трусливо, – хмыкнул Гронов и пригубил вино.

Уж его Ванштейн бесил, особенно когда тому позволяли вести армию в бой.

Где справедливость? Чёртов Лэнделл! Продвигал сынка, как мог!

Дариус вернулся от одной из компаний аристократов с бокалом обновленного белого сухого и с улыбкой заметил:

– Чего такие хмурые? Веселитесь! – хлопнул он по плечу старика Эршаля и засмеялся.

– Действительно, – согласился Александр. – И давайте уже закроем тему Ванштейна.

– Так вы его обсуждали, – улыбнулся Дариус. – То‑то на вас двоих лица нет, – взглянул он на старика Эршаля, у которого был конфликт с Лэнделлом на почве торговых контрактов, а после на Гронова, ну со вторым и так было понятно. – Наслаждайтесь пиром. Впереди нас ждут более великие свершения! – усмехнулся Дариус. – Я пока отойду.

Он направился в гущу людей, отыскивая глазами одну особу.

– Снова пошел к ней? – предположил Гронов.

– Прошел слух, что Луиза закрутила роман с молодым лейтенантом, – шепнул Эршаль, – прямо на поле битвы.

– Я тоже слышал, – кивнул Александр. – Может, стоит рассказать его высочеству? Но оговорюсь сразу, я этого делать не буду.

Старик Эршаль усмехнулся.

– Пожалуй, и я не стану. Закрадывается догадка, что его высочество и сам давно в курсе. Да и лейтенант этот, не мальчишка ли, получивший полковника?

Гронов сморщил рот, словно хватанул кисляка.

– Тс. Полковник. Одно это уже смешно. Я, вообще, сомневаюсь во всех этих рапортах! – он хмыкнул и пригубил вино.

При этом он и впрямь думал об Аполлоне, как о каком‑то выскочке, не заслужившем не то что звание полковника, но и лейтенанта! Наверняка очередной сынок какого‑то герцога. Выяснять кто – он, Гронову было попросту некогда.

Тем временем Дариус отыскал глазами стоявшую чуть в стороне от массы гостей Луизу.

Чёрт побери, как же она была прекрасна. Но почему же ее сердце так холодно!

Как же хотелось наместнику окунуться в копну ее златых волос, надышаться их запахом. Как хотелось погладить ее плечи, талию, прильнуть губами к белокожей шее.

Женщина мечты. Женщина, забравшая его сердце.

Он перебирал пальцами кольцо, всё еще стоя на перепутье, – стоит ли завладеть Луизой таким мерзким способом? Подчинить насильно, как бездушную куклу? Разве не исчезнет весь ее шарм? И будет ли во всём этом смысл?

«Ты посмела открыть свое сердце другому после всего, что я сделал… Прости, Луиза, но сегодня ты станешь моей. Жаль, что именно так… – Дариус вздохнул, затем улыбнулся. – Плевать на чувства. Если она будет ублажать его в дни одиночества, в холодные ночи согревать постель, разве не стоит оно того? Пусть ее сердце и станет, словно у марионетки».

Сделав глоток шампанского, он уверенно направился к блондинке, по пути кивая и улыбаясь гостям.

Луиза боковым зрением заметила его силуэт и сделала глоток вина. За этот непродолжительный вечер Дариус был седьмой, кто подходил к ней побеседовать. И если сравнивать Аполлона с ними остальными – тот внаглую поцеловал ее прямо у таверны. Он напрямую сказал о своих чувствах перед всем офицерским составом, не боялся получить от нее и прямой отказ. И чтобы юноша хоть раз пытался унизить своих соперников? Как только что принц Бальтор, к примеру, того же капитана Борека, чтобы выглядеть статуснее – нет. Всё это и отличало его от остальных.

– Добрый вечер, – произнес Дариус, представ перед блондинкой со своей одной из лучших улыбок. – Выглядишь, как лучшая женщина королевства.

– Почему не Средиземья? – хмыкнула с легкой полуулыбкой Луиза. – Или не дотягиваю?

– Ты, как всегда, не даешь даже сделать комплимент, – натянул улыбку Дариус. – Я, вообще‑то, соскучился. Рад, что война завершена, и ты вернулась в целости. Да еще и такой изменившейся.

– Изменившейся? – приподняла она бровь. В ее голосе проскользнуло искреннее удивление. Да и по тону голоса фон Шиллер общалась без флирта и заигрываний.

Для нее Дариус был как сосед, притом надоедливый.

– Мне показалось, у тебя роман, – сделал он глоток вина.