Доминион
Он затушил окурок. В это воскресенье ему предстояло скопировать кое‑какие документы для следующего совещания верховных комиссаров, касавшиеся возможной военной поддержки Южной Африки в Кении. Потом сфотографировать секретную бумагу – Дэвид слышал о ней, но ни разу ее не видел – о канадских поставках урана в Соединенные Штаты для программы создания атомного оружия. Было известно, что немцы тоже работают над атомной бомбой, но без особого успеха. Помимо прочего, им мешал недостаток урана. Они добывали его в Бельгийском Конго, но упустили большую партию сырья, которую бельгийцы отгрузили в Америку как раз перед тем, как колония была аннексирована Германией по условиям мирного договора 1940 года с Бельгией. Еще нужно было разыскать что‑нибудь об угрозах Новой Зеландии выйти из состава империи. Это навело его на мысль об отце: он счастлив там и постоянно просит Дэвида с Сарой переехать к нему. Дэвид со вздохом сунул камеру в карман, взял пухлую папку для верховных комиссаров и вышел.
Он шел по коридору, ступая тихо. Папку можно было переснять и в своем кабинете, но лучше фотографировать документы при искусственном освещении, а в секретном архиве имелась настольная лампа «Энглпойз». Войдя в канцелярию, Дэвид открыл дверцу стойки и прошел к столу Кэрол. В переполненной пепельнице высилась гора окурков. Он подошел к двери с матовым стеклом, достал дубликат ключа и открыл замок.
Комната была совсем небольшой, со столом в середине и папками на полках. Дэвид успел прекрасно изучить маршрут через стеллажи. На столе стоял «Энглпойз» с мощной лампой.
Он положил папку для верховных комиссаров на стол и принялся извлекать из ячеек коричневые конверты с диагональным красным крестом. У него ушел час на то, чтобы найти необходимые документы, наскоро определить их ценность, затем извлечь из конверта и аккуратно разложить на столе вместе с нужными ему бумагами из папки для верховных комиссаров. Работал он сноровисто, спокойно и очень тихо, постоянно прислушиваясь к звукам снаружи. Потом включил настольную лампу и тщательно сфотографировал документы, один за одним. Закончив, Дэвид погасил свет, сунул камеру обратно в карман пиджака и начал убирать секретные бумаги в папки, быстро затягивая завязки.
Он наполовину закончил, когда кто‑то за дверью громко произнес его имя. Дэвид замер, стоя с секретной папкой в руке.
– Фицджеральда в его кабинете нет. – Бас принадлежал его начальнику, Арчи Хабболду. – Я спустился в канцелярию, вы же знаете, что в моем кабинете телефон не работает. Я об этом говорил.
Дэвид сообразил, что Хабболд общается с вахтером по телефону канцелярии и, как всегда обстояло дело с обслуживающим персоналом, говорил, словно обращался к неразумному младенцу.
– Вы точно видели, что он пришел? – Начальник пару раз сказал «угу» и наконец закончил разговор: – Ну ладно. До свидания.
Последовала мучительная тишина длиной в несколько секунд, потом послышались удалявшиеся шаги Хабболда.
Рядом со столом был стул. Дэвид опустился на него, стараясь взять себя в руки. Хабболд иногда заходил на работу по выходным, и вахтер наверняка сообщил ему, что Дэвид здесь. Он заглянул в кабинет Дэвида, потом зашел в канцелярию, чтобы позвонить.
Нужно скорее вернуться в свой кабинет, – обнаружив его отсутствие, Хабболд наверняка оставил записку. Можно будет сказать, что ходил в туалет, – начальник слишком брезглив, чтобы разыскивать его там. Дэвид со всей возможной быстротой вернул оставшиеся бумаги на место. Он всегда старался лишний раз проверить, все ли в порядке, но в этот день времени не было. Он положил на место документы из папки верховных комиссаров, сделал глубокий вдох, отпер дверь, вышел наружу и снова запер замок.
Вернувшись в кабинет, Дэвид обнаружил, что Хабболд действительно оставил записку. «Сказали, что вы здесь. Хотелось бы в последний раз проглядеть папку ВК. А.Х.». Дэвид снова сунул папку под мышку и поспешил вверх по лестнице, в расположенный этажом выше кабинет Хабболда.
Арчи Хабболд был невысоким, плотным мужчиной с редеющими белыми волосами. Толстые стекла очков увеличивали глаза, мешая считывать выражение лица. Они с Дэвидом пришли в политический отдел одновременно, три года назад. Для Дэвида это было горизонтальным перемещением, хотя его давно следовало повысить. Однако он знал, что его считают надежным и старательным, но одновременно подозревают в недостатке амбиций. А вот Хабболд упивался своим назначением на должность помощника заместителя министра. Тщеславный, важный и привередливый, он был при этом умным и наблюдательным человеком. Когда обсуждались вопросы политики, Хабболд, подобно многим чиновникам, любил прибегать к парадоксам, сталкивая одну точку зрения с другой.
Дэвид постучал в дверь Хабболда.
– Войдите, – ответил бас.
Шагнув через порог, Дэвид постарался нацепить непринужденную улыбку. Начальник небрежно махнул, указывая на стул:
– Вы, значит, тоже работаете сверхурочно.
– Да, мистер Хабболд. Просто хотел проверить, все ли в порядке с протоколом. Увидел вашу записку. Прошу прощения, ходил в туалет. – Дэвид похлопал по папке под мышкой. – Желаете просмотреть?
Хабболд великодушно улыбнулся:
– Раз вы ее проверили, я не сомневаюсь, что все в порядке.
Он сунул руку в карман, извлек маленькую серебряную табакерку и высыпал на тыльную сторону ладони две щепотки коричневого порошка. Многие высокопоставленные государственные служащие охотно приобретали эксцентричные привычки. Хабболд, к примеру, нюхал табак, точно какой‑нибудь джентльмен из XVIII века. Он быстро втянул в ноздри порошок, затем блаженно вздохнул и посмотрел на Дэвида.
– Не надо, чтобы работа по выходным входила в обычай, Фицджеральд. Что подумает о нас ваша жена, видя, что мы не даем вам передышки?
– Она не против отпускать меня время от времени.
Хабболд встречался с Сарой пару раз на корпоративах. Он приходил со своей супругой – резкой и бестактной особой, всегда норовящей влезть в разговор, к явной досаде мужа.
– Совместное времяпрепровождение – это основа de bene esse[1] удачного брака, знаете ли.
Опять же, как многие чиновники, Хабболд любил приправить фразу латинским выражением.
– Да, сэр, – ответил Дэвид, и в голосе его проскользнула ненамеренная холодность.
– Нас попросили организовать совещание, – продолжил Хабболд более официальным тоном. – Предмет довольно деликатный. Некие члены СС из германского посольства хотят встретиться с чиновниками департамента Южной Африки, чтобы понять, нельзя ли применить некоторые приемы апартеида к населению России. Хотел спросить, не получился ли у вас устроить все завтра? На этом этапе будет просто встреча двух сторон, рабочее совещание. Но никому ни слова, ладно?
[1] Благополучие (лат.).
