Эра Огня 4. Костёр в ночи

– На мели мы налима лениво ловили! Обалдеть! Тридцать три корабля лавировали, лавировали… Опа… А как мне с вами теперь разговаривать?

Изменить локализацию?

Конечно, меняй. Потом переключимся обратно, если захочется.

– Всё нормально, я живой! – сказал я с улыбкой, уже на местном наречии, доставшемся мне от Ардока.

Натсэ и Авелла выдохнули в унисон. А женщина чорр улыбнулась:

– Ну, вот и харашо. Я убирацца.

И поплелась к лестнице. Я проводил её взглядом. Как только она ушла, на меня налетели с двух сторон.

– Морт, что это такое было?

– Мортегар, ты говорил очень странно! Это твой родной язык?

– Ты что, вспомнил свой язык? Но ты же говорил, что языковая база перезаписана!

– Стоп, стоп! – Я поднял руки, отгораживаясь от этой атаки. – Вы так спрашиваете, как будто я сам понимаю, что у меня в башке творится. Я просто пытался извлечь микроэлементы из гречки. Некоторые не получилось проименовать, потому что в этом мире их ещё не открыли, и Магическое сознание предложило восстановить исходную базу. Теперь всё хорошо. Наслаждайтесь, я принёс вам такие слова, как кобальт, молибден и кремний.

Звучали слова совершенно инородно.

– Ко‑бальт, – ошеломлённо повторила Натсэ. – И… Что это?

– Неважно. – Я схватил её за руку. – Помнишь, ты спрашивала моё настоящее имя? Я могу его произнести теперь.

И, переключившись, я сказал:

– Дмитрий.

Пришлось повторить несколько раз, прежде чем до Натсэ дошло. И она медленно, неуверенно попыталась повторить. Вышло примерно то же, что и у Талли в своё время:

– Диа‑мити…

Я покачал головой и упростил задачу:

– Дима. Ди‑ма.

– Дима, – повторила Натсэ и улыбнулась.

– Ну, вот и познакомились, – сказал я, вернув местную локализацию.

– Ди‑и‑има, – протянула Авелла. – Это как‑то очень странно звучит. Можно я буду называть тебя Мортегаром?

Я был только за. К этому имени уже привык. Только вот одно хотелось ещё зачем‑то прояснить.

Я посмотрел в глаза Натсэ и сказал:

– Мою сестру, которая теперь живёт в теле Талли, звали почти как тебя: Настя. Мы тогда пришли на рынок рабов, чтобы найти подходящую жертву, и когда я услышал твоё имя, подумал, что это знак… Это и вправду был знак, только не того, о чём я подумал.

Внезапно Натсэ смутилась. Щёки порозовели, она отвела взгляд…

– Ладно… Давайте уже сходим в город и купим какой‑нибудь одежды, – пробормотала она.

– А мне это нравится. Красивое, – легкомысленно сказала Авелла, встряхнув на себе розовое платьице.

– Ты в окошко выгляни, – посоветовала Натсэ. – Осень. А следом – зима. По улице в чём ходить будешь? Ладно ещё сегодня распогодилось.

И вправду – солнце сияло не по‑осеннему ярко и складывалось впечатление, что в город возвращается лето.

– Точно, – согласилась Авелла. – Пошли?

Но прежде чем мы пошли, во входную дверь громко и требовательно постучали.

 

Глава 19

 

Человек, стоявший на крыльце, никакой опасности очевидно не представлял, и потому я убрал меч, а он перестал бледнеть и потеть.

– Д‑д‑добрый д‑д‑день, – пролепетал он, еле ворочая языком.

– Ага, привет, – вмешалась Натсэ, бесцеремонно оттирая меня плечом. – Ты кто такой и зачем нам нужен?

– Я?! – Простолюдин удивился так, будто мы с такими вопросами вломились к нему домой в три часа ночи.

Ему было лет сорок, он носил потрёпанную фуфайку, замызганные штаны и драную шапку. Невысокий, на полголовы ниже меня, он к тому же сильно горбился. Какой‑то типичный «маленький человек» из русской классики. Или типичный бомж… Хотя, честно сказать, моё облачение выглядело ничуть не лучше.

– Ты, ты! – Натсэ, сложив на груди руки, приподнялась на цыпочки, чтобы хоть чуть‑чуть возвышаться над незваным гостем. – У меня впервые за пятнадцать лет, если не больше, появилось какое‑то подобие собственного жилища, и первым же утром в дверь стучится человек, которого я вообще не знаю. Представляешь, как мне хочется изрубить тебя в куски?

Между мной и Натсэ просунула голову Авелла. Она окинула взглядом трясущегося от ужаса мужичка и радостно ему улыбнулась. Он перестал трястись.

– Здравствуйте, – прощебетала Авелла. – Чем мы можем быть вам полезны?

Простолюдин неуверенно улыбнулся в ответ и даже немного выпрямил спину. Откашлялся и доложил:

– Господин Асзар, начальник магической стражи Дирна, просит вас, всех троих, зайти к нему в отделение для дачи показаний сегодня в течение дня, когда вам будет удобно.

– Начальник магической стражи? – фыркнула Натсэ. – Это самого себя, что ли?

Мужичок опять понурился.

– Спасибо большое за столь ценные сведения! – обдала его волной доброты Авелла. – Можете передать господину Асзару, что мы его поняли и придём сразу же, как только закончим некоторые дела.

Я только кивнул в подтверждение, и незваный визитёр пополз улиткой вниз по холму.

– Нам надо будет как‑то разделить обязанности, или типа того, – сказал я, глядя ему вслед. – Например, Авелла лучше всех общается с людьми.

Тут я вспомнил, как она очаровала трактирщика, чтобы тот позволил нам пройти в комнату с котом и факелом.

– Я нормально общаюсь с людьми! – насупилась Натсэ. – Просто они меня бесят, и я хочу, чтобы они все сдохли. А чем «разделять обязанности», давайте лучше подумаем, что делать, когда кого‑то из нас арестуют.

– За что нас арестовывать? – изумилась Авелла.

– За убийство мага. Надо же кого‑то арестовать. В общем, наша задача – решить, держимся мы за этот город, или же нет. Если держимся – ведём себя тихо и стараемся помогать следствию. Если нет – при малейшей опасности всех убиваем и бежим.

«Сдохли», «убиваем»… Интересно, это в ней так тоска по профессии проявляется? Лишь бы она из ностальгии «подрабатывать» не начала…

– Там, в лесу, в яме скелеты детей! – сказала Авелла таким тоном, что все вопросы отпали.

– Морт? – Натсэ посмотрела на меня.