Эти проклятые жизни

– Спасибо за чай, папа, но боюсь уже слишком поздно. Эйли очень устала с дороги и, наверняка, очень хочет отдохнуть. Давай завтра ещё поболтаем?

– Конечно, конечно. Вот только завтра я уезжаю. Я же говорил, утром у меня поезд в Оксфорд. Вернусь через пару дней. Надеюсь, что вы ещё будете у нас, когда я вернусь, Эйли?

– Возможно. – Я не знала, что сказать. Совесть медленно съедала меня изнутри.

– Конечно, папа. Она погостит у нас около недели, так что можешь не переживать. Вы непременно ещё увидитесь.

– В таком случае, я очень рад. – Он опустил пса на пол. – Я принесу ещё одеяла в твою спальню, Аарон.

– Нет. То есть, да. Я постелю ей в гостиной, – озадачено протянул Аарон.

– Ну что ты за жених такой? Мы не в средневековье. Как можно устроить свою девушку на диване, Тем более это место занимает наш пёс. Чипи ужасно храпит по ночам, – посмеялся мистер Перчи и подмигнул мне. – Идите, идите. Внизу слишком холодно по ночам. И да, – он взял мою ладонь, – Было очень приятно познакомится, добрых снов.

– И вам… Добрых снов, мистер Перчи. – Я побежала наверх, пока мужчина не заметил, как я густо покраснела. Мне ещё не приходилось знакомиться с родителями парня, даже если он не по‑настоящему мой парень. Ещё мне предстояло спать в комнате с Аароном, от чего я занервничала и ненароком вспомнила ту ночь в лесу. По телу прошлись приятные мурашки, но я старалась их отогнать. Как же глупо, как маленькая девчонка. Наверняка, Аарон даже не думает обо мне как о девушке. Скорее, я просто друг, за которым нужно приглядывать, как за младшей сестрёнкой.

В след за Аароном я вошла в небольшую темную спальню. Потолок состоял их деревянных балок, а сама комната была скорее чердаком, но очень уютно обставленным. Небольшая кровать расположилась напротив крохотного круглого окна из витражного стекла. Свет проникал в комнату и освещал деревянный пол в центе спальни. Цветной луч напоминал круглый коврик и светится всеми цветами радуги.

– Почему ты сказал, что я погощу у вас недельку? – спросила я, как только дверь в комнату закрылась.

– Какая разница? Завтра нас здесь уже не будет, – напомнил Аарон.

Я осознала, какой глупый задала вопрос, но расстроилась вовсе не из‑за этого. Мне так хотелось остаться в этом месте чуточку подольше.

– Я хочу принять душ. Не поделишься полотенцем?

– Нужно поискать. – Он начал рыться в шкафу. – Нашёл. И вот ещё. – Аарон достал серое худи и кинул его мне.

– Спасибо.

Я закрылась в ванной и включила горячий душ. Старые трубы издали глухое бульканье, и из крана полилась живительная тёплая вода. Я наконец сняла одежду и встала под душ. Только сейчас заметила, насколько сильно замёрзла. Ополоснув тело, я использовала мятный мужской шампунь и быстро натянула худи, пока тело снова не начало мерзнуть. Тихо приоткрыв дверь, я заметила, что Аарон уже уснул. Он снял с себя свитер и прилёг на кровать, все еще опираясь ногами о пол. Судя по его позе, он не собирался засыпать.

Наверняка он ждал, когда я выйду из ванной, а потом, как в прошлый раз планировал перелечь на пол. Я решила, что в этот раз моя очередь спать на полу. Расстелив у кровати одеяло, что любезно предоставил хозяин дома, я улеглась, потянув худи вниз, в попытке сильнее прикрыть бёдра. Мокрые волосы притягивали холодок, что сквозняком гулял по полу. Я поёжилась.

– Давай меняться, – сонным голосом прошептал сосед по комнате. Он поднялся с кровати и присел рядом на колени, намереваясь перелечь на мое место. На его голой груди виднелось ещё одно изображение. Высеченная на теле тонкими чернилами, красовалась голубка. Я занервничала, от того, как заметила, что долго пялюсь на его грудь, но ничего не могла с собой поделать. Он тоже это заметил. Приподняв бровь, он уставился на меня и хитро улыбнулся:

– Как вам не стыдно, юная леди? – прошептал он. – Ну так что? Меняемся?

Какой позор. Я была готова выпрыгнуть из своего же тела. Обычно я могла бы ответить что‑то колкое, но именно с Аароном я чувствовала себя робкой и чересчур застенчивой. Я быстро подскочила с пола и хотела шагнуть, но, как неуклюжая корова, споткнулась. Аарон поймал меня одной рукой и дернул на себя, отчего мы оба повалились на пол. Я оказалась на нем, но вместо того, чтобы встать и извиниться, я смотрела в его изумрудные глаза и жадно оглядывала его лицо, стараясь запомнить каждую деталь. Мне казалось, словно это жизненно необходимо. Он не скинул меня, тоже продолжая прытко оглядывать мое лицо. Его рука перехватила мою талию, и он потянул меня ближе. Губы Аарона страстно накрыли мои. Он приподнялся, чтобы присесть, пока мои ноги покоились на его бёдрах. Я обхватила его шею и прильнула в нему. Короткая щетина нежно царапала нижнюю губу. Он зарылся рукой в моих волосах и углубил поцелуй, больше не спрашивая разрешения. Я закрыла глаза, готовая раствориться в моменте. Он кусал мою шею и просунул горячую руку под мою кофту. Тело залилось жаром. В ответ я прикусила его нижнюю губу, а после, прошлась по ней языком, в качестве извинения. Наше дыхание сбилось, и он резко отстранился. – Прости… Я… Нам нужно поспать, сейчас не время.

Мне будто дали пощечину. Я медленно поднялась, ощущая безумный стыд. Всего минуту назад мне было так хорошо, так тепло, а сейчас, тело моментально заледенело. Не в состоянии что‑то ответить, я легла на кровать и уткнулась лицом в подушку. Отвернувшись от него спиной, я услышала, как он выругался и вышел из комнаты. Нарастающий ком в горле давил с такой тяжестью, словно я проглотила огромный булыжник. Горячие слезы смочили подушку, все ещё пахнущую им. Запах мятной карамели впитывался в мои волосы. Я старалась не всхлипывать, тихо проглотить всю боль и не моргая, смотреть в окно.

Цветные стёклышки размылись и двигались в такт трепетания мокрых ресниц.

 

 

Я открыла глаза в надежде оказаться дома и рассказать Рони о моём путешествии. Но что‑то пошло не так, я все ещё видела то витражное круглое оконце, из которого сочился дневной свет. Я вскочила с кровати и огляделась. Одеяло на полу так и лежало скомкано, каким мы и оставили его ночью. Аарона нигде не было. Я подумала, что, возможно, он перенесся в реальность, а со мной что‑ то не так. Быстро натянув вчерашние брюки, я с топотом спустилась вниз. Чипи подбежал ко мне и принялся тереться о ногу, требуя ласки. Я взяла пса на руки и вышла на улицу.

Аарон расхаживал по двору взад и вперёд, как заведённый:

– Как же ты долго спишь! Вообще‑то у нас проблемы, – со злостью в голосе заговорил он и подошёл ближе, желая сказать что‑то ещё, но резко передумал и отвёл взгляд.