Если ведьме нужен муж

Вскинутая ладонь, и ближайшее стекло с оглушительным звоном взорвалось, но острые осколки не упали на пол и на улицу, а взлетели и рванули ко мне!

И тут главное швырнуть посильнее и в последний момент магию убрать, чтобы прямой попытки убить ведьму не случилось. Вот Эритара так и сделала!

Я оцепенела! Знала, что Эри гадина и мерзавка, но не до такой же степени! Неужели она в самом деле пошла на убийство той, кого знала с раннего детства, с кем росла на соседних улицах, с кем враждовала дольше, чем себя помнила? Неужели она правда попыталась меня убить?!

Я была настолько потрясена, что не сумела даже попытаться увернуться или отразить летящие осколки. И это могло бы стать моей самой последней в жизни глупостью, но тут в шаге передо мной вспыхнула полукруглая серо‑голубая стена. Стеклянные снаряды, не сбавляя скорости, как один вонзились в выставленный щит, а через секунду со звоном обрушились на пол, стираясь в безвредную пыль.

Исчез и купол.

И в опустившейся тишине прямо за моей спиной раздалось ледяное:

– Надеюсь, вы осознаёте, что собираетесь взять в жёны несостоявшуюся убийцу, ваше высочество?

Шаг, я его почему‑то отчётливо расслышала, и по правую сторону от меня встал даже не взглянувший на меня Кьярт.

Высокий, прямой, суровый. Полный силы, достоинства и холодной ярости. Жуткий, опасный, пугающий…

Но я почему‑то не испугалась, я посмотрела на белую от ярости и изумления Эритару. Ведьма моего взгляда не выдержала и отвернулась, а вот её жених на меня и не посмотрел, и в целом складывалось впечатление, что его и мой труп не сильно опечалил бы.

Принц ответил архимагу злым и отрывистым:

– Это не ваше дело, лорд Арнар.

– Пока не моё, – покорно согласился мужчина, выделив первое слово интонацией, – но станет моим, когда придётся разбираться с вашей преждевременной кончиной. Всего доброго. Леди Мидас, мы уходим.

О, я бы поспорила, но распахнувшийся в шаге портал и подтолкнувший меня в спину маг не оставили такой возможности.

Переносились мы недолго, да и перенеслись недалеко – на уже известную вымощенную камнем круглую площадь с бесподобным видом на Ишэраль.

Едва портал исчез, а ноги ощутили твёрдую поверхность, я отошла на самый край и направила задумчивый взор на зелёный травяной океан. Обняла себя руками за плечи и погрузилась в неприятные размышления.

Кьярт подошёл неслышно, остановился рядом, постоял в молчании какое‑то время, а затем негромко серьёзно спросил:

– Тебе сожжение требовалось для безопасности от этой?

Я не сразу осознала его слова. Моргнула, затем ещё раз, подняла и повернула голову и снизу вверх посмотрела в серьёзно‑сосредоточенное лицо мага.

И вот просто не поверила:

– Раскаяние?

Кьярт ответил мне хмурым взглядом и вдруг улыбнулся, чтобы насмешливо исправить:

– Попытка сохранить собственную жизнь.

А‑а, точно, у нас же жизни теперь связаны…

Досадливо скривившись, кивнула и отвернулась, ничего не ответив.

Ему ответ не требовался, он и сам всё понял:

– Ты уже забыла, да? – уточнил с укором. – Настолько часто портишь людям жизни, что всех и не упомнишь.

– А как же, – даже спорить не стала. – А ты думал, что ведьмам жить легко?

Теперь не ответил мужик, мрачно разглядывая открывающиеся с этой высоты красоты и едва ли видя их.

Тишина висела долго, и нарушил её снова Кьярт:

– Ты снимешь с меня проклятье?

М‑м‑м… как бы так сказать «не могу», не говоря «не могу»? Решила не говорить вообще ничего.

Архимаг помолчал, наивно ожидая ответа. Вздохнул, смиряясь с его отсутствием, и очень устало, а вместе с тем и недовольно спросил:

– Что помимо тринадцатого сожжения тебе требуется для вступления в Ковен?

Странный вопрос, но я ничего не теряла, так что:

– Муж, – ответила просто.

– Высокопоставленный, чтобы утереть нос этой? – проявил лорд поразительные чудеса сообразительности.

Я покосилась на него впервые с одобрением и уважением. Он, бросив на меня взгляд, хмыкнул, криво улыбнулся и вновь устремил взор на холмы и горы.

– Да, – а вот я на красоты больше не смотрела, заподозрив неладное и всем телом повернувшись к Кьярту. – А ты что задумал?

Он попытался изобразить невинность, но очень быстро оставил эту затею, тоже встал так, чтобы всем телом быть повёрнутым ко мне, сложил руки на груди, мигом став каким‑то грозным и внушительным, сверху вниз заглянул в мои зелёные глаза своими сине‑фиолетовыми, вздохнул, словно уже заранее обо всём этом жалея, но всё же высказал:

– Я помогаю тебе с поиском мужа и даю слово, что через год лично отыщу и притащу священника для твоего сожжения, а ты взамен снимаешь с меня все свои проклятья. Идёт?

Что, правда? Вот прямо правда‑правда? И, надо же, сам предложил! И вид такой серьёзный и решительный, что сразу понятно – не пытался обмануть, честное дело предлагал.

А я… я не знала, как снять с него проклятье. Я даже примерно не представляла, что это за проклятье такое. Но тут такое дело, что его всё равно как‑то снимать придётся, а архимаг повторно помощи может и не предложить, так что выбора у меня по сути и не было.

– Идёт, – улыбнулась ведьма, решительно протягивая ладонь.

Кьярт глянул на мою ручку и осторожно сжал её своей громадной лапищей. Моя улыбка стала широкой и довольной, и это каким‑то странным образом повлияло на архимага, потому что он посмотрел на мои губы с каким‑то лёгким недоумением и… улыбнулся в ответ. Без яда и насмешки, а так тепло, по‑доброму, ну совсем как человек.

И от этой улыбки у меня внутри что‑то дрогнуло…

Очень странное, необычное и нетипичное чувство.

Я тряхнула головой, прогоняя его прочь, выдернула руку из мужской лапы и перешла к действительно важным вещам:

– Так, архимаг, ты у нас где живёшь?

В этот момент переставший улыбаться Кьярт мрачно осознал, что не зря ему заранее всё это не нравилось, ох и не зря.