Гиперборы. Тисульская принцесса

– О, Марта Сергеевна, – продолжил профессор. – Ради науки приходится идти на жертвы, так сказать. Это была особь мужского пола. Когда он остался без «Амбры», сразу начал чернеть, пошел необратимый процесс разложения, настолько быстрый, что всего за полчаса он исчез, превратился в пыль. Мы даже не успели взять образцы ДНК. Изучение пыли его тела тем не менее принесло небольшие результаты. Выяснилось, что возраст составляет не миллионы лет, как мы считали изначально, а гораздо меньше, приблизительно три‑пять тысяч лет. Также удалось выяснить, что эти люди проживали на севере современной России. Сопоставив эти и другие факты, ученые пришли к выводу, что в саркофагах находятся жители древней Гипербореи.

Марта осушила весь стакан полностью. Они рассказывают ей о древних людях, пролежавших пять тысяч лет под землей, в гробах, в чудо‑жидкости, которая не имеет аналогов в современном мире. Интересно, что будет дальше? Они окажутся пришельцами с другой планеты? Они точно здоровы? Или я попала в сумасшедший дом?

– Первый случай погружения современного человека в «Амбру» был почти пятьдесят лет назад. И он, безусловно, поразил всех присутствующих в то время и имеющих доступ к данной информации. После того как испытуемый полностью погрузился и пролежал в «Амбре», задержав дыхание, насколько он мог, началась новая эра развития научной генетики. Правда, пока все находится до сих пор под грифом секретности.

– Почему? – вдруг неожиданно для себя самой спросила Марта, она так увлеклась этой историей, что, кажется, перестала бояться происходящего вокруг.

– А вот вы‑то нам и нужны, дорогая, чтоб разобраться в этом до конца, – с энтузиазмом ответил ученый.

– Первый испытуемый, – продолжил профессор, – через некоторое время начал «обновляться» прямо у всех на глазах. На тот момент ему было примерно шестьдесят лет, на следующий день, после погружения в «Амбру», он выглядел лет на тридцать! Вы можете себе представить?! Его тело обновилось как внешне, так и внутренне. Кожа стала идеальной, пропали все возрастные морщины, дряблости, волосы, ногти, зубы – все стало в идеальном состоянии. Отмечу, что перед погружением мы собрали у него все анализы, изучили все заболевания и тому подобное. И вот перед нами абсолютно здоровый молодой человек, а не старик с циррозом печени, полуслепой, с артритом, артрозом, сколиозом, которому оставалось жить не больше года. Марта Сергеевна! Вы понимаете, о чем я говорю? Это была сенсация! «Эликсир вечной жизни найден!

Далее профессор сделал паузу.

– Но, как говорится, рано радовались, – с грустью в голосе снова продолжил он. – Это была научная сенсация, приезжали различные профессора, доктора наук со всего Советского Союза изучать этот феномен.

Профессор снова сделал паузу.

– Месяц, первый испытуемый прожил только месяц, – снова с грустью в голосе продолжил он. – Через месяц начались обратные процессы, он резко начал стареть, все его заболевания возвращались, и в итоге сердце не выдержало стремительного старения тела. Вот так… Далее ученые начали искать причину произошедшего, на это ушло еще почти сорок лет, и вот сейчас, как мы думаем, у нас есть разгадка, почему люди не могут перенести погружение в «Амбру» и остаться здоровыми и молодыми на долгие года.

– И почему же, профессор? – снова как‑то само собой вырвалось у Марты.

– Все дело в генетике! – ответил доктор. – Мы предполагаем, что только настоящие предки тех людей обладают возможностью к «вечной молодости», только те люди, у которых есть определенный набор ДНК, заложенный в генетическом типе. За пятьдесят лет изучения мы перепробовали многие варианты, но только с приходом века цифровых технологий истина начала приближаться. Сейчас, когда многое компьютеризировано и можно задать любой алгоритм поиска нужных тебе данных, мы составили приближенный ДНК‑код Принцессы, добавили к нему характерные черты лица тех людей из саркофагов и запустили программу поиска совпадений. Я вам покажу наглядно, как это выглядит.

Профессор включил один из мониторов, на нем справа была фотография женщины, а с другой стороны быстро‑быстро мелькали фотографии других людей.

– Справа на фотографии – это наша Принцесса, – пояснил ученый, – а слева программа ищет совпадение по лицам всех людей, которые есть в цифровом пространстве, фотографии из социальных сетей, мессенджеров, фотографии паспортов, людей, попавших хоть раз в объектив уличных камер видеонаблюдения. Отовсюду программа сопоставляет идентичные черты лица и, если находит, то мы переходим ко второму этапу – это анализ схожести ДНК. Как случилось, Марта Сергеевна, и с вами.

И тут на экране рядом с фото Принцессы появилась ее. Это была фотография из паспорта.

« А фото получше нельзя было выбрать! – со смущением подумала Марта. – Паспорт, что, серьезно? Там же самая страшная фотка в ее жизни!»

– Присмотритесь, Марта Сергеевна, – продолжал профессор, – вы видите у вас сходство с Принцессой?

Марта очень пристально стала рассматривать обе фотографии.

– Ну да, что‑то есть, но как понять наверняка? – пробормотала девушка.

– Смотрите, программа сама ниже выдает перечень идентичности. У вас практически одинаковая форма черепа, форма носа, ушей, расположение глаз, цвет волос, лобная часть, форма губ. Очень большая вероятность, что вы являетесь дальними родственниками. После того как программа определила схожесть по внешним признакам, нам необходимо было получить вашу ДНК, для этого две недели назад к вам были направлены майор Рюмин и доктор Сечин.

«Ага, понятно, значит второй в этой комнате, который тоже в белом халате – это доктор „Зло“, который отрезал ей волосы, ногти, и часть зуба», – для себя выяснила Марта.

– Анализ вашей ДНК и ДНК Принцессы совпадает на ноль целых двенадцать тысячных процентов сантиморган.

Марта застыла. Она не расслышала процент совпадения, вернее расслышала, и он очень мал, он вообще почти нулевой!

– Простите профессор, я вас перебью, – сказала она, – на сколько у нас совпадение? На ноль целых двенадцать тысячных процентов чего‑то там? Это же ноль фактически! Не понимаю, почему вы так радуетесь?

– Марта Сергеевна, понимаете, тут же минимум три тысячи лет плюс‑минус прошло, если у близких родственников процент совпадения может быть и девяносто девять, и девяносто, и восемьдесят процентов, то в восьмом поколении родства он уже равен всего трем процентам сантиморган, и найти хотя бы что‑то больше ноль целых одной тысячной спустя столько лет и поколений – это успех!

– Простите, но за пятьдесят лет исследований у кого‑то еще было совпадение больше, как вы там сказали, на ноль целых одной тысячной процента? – уточнила девушка.

– ДНК‑экспертизы в современной России начали проводить только с начала девяностых годов прошлого века, и таких баз данных было очень мало. По сути только последние тридцать лет мы ищем потомков таким методом. И нет, ни у кого не было хотя бы приближенного значения. Ваш случай уникальный! И такой долгожданный! – снова с большим оптимизмом ответил профессор.

– Может, вы не там искали? Не у тех людей сравнивали ДНК? Вы сказали, что считаете, Принцесса жила в Гиперборее? Где эта страна располагалась? На севере? Может, нужно у коренных жителей севера искать совпадения? – на одном дыхании выпалила Марта. Просто ей совсем не хотелось быть одной такой «уникальной». Она начала догадываться, к чему ее хотят подвести.