Как (пере)воспитать злодея за 10 дней

Нужно было видеть его взгляд в этот момент. В бирюзовых глазах можно было заметить и глубочайшее недоумение, и просто вселенскую тоску.

– Какая же ты шумная, – простонал Рэнар и, сделав шаг, резко сократив между нами расстояние, просто положил большие пальцы мне на верхние веки, закрывая глаза.

– Я… хорошая! – я безуспешно дернулась. Но мужчина лишь крепче сжал мою голову, и я уже который раз за этот день смиренно притихла, готовясь к худшему. Я так за сегодняшний, слишком насыщенный на события день от всего устала, что и не думала сопротивляться и вырываться.

Подушечки его пальцев сильно нагрелись, я тихонько всхлипнула, представляя, как сейчас расплавятся мои, некогда прелестные, карие глазки…

– Всё будет хорошо, Ната’шша, – со вздохом, без привычного недовольства произнес мужчина. – Не плачь…

– Как я могу не плакать? – мои губы задрожали, а жгучий жар уже распространился до висков. – Вы ведь…

Он внезапно отпустил мою голову, и я сразу распахнула глаза. И едва не ослепла от обилия ярких цветов вокруг. Всё было таким четким, будто я надела новенькие очки! И слезы всё‑таки потекли по щекам. Однако теперь не от страха и даже не от радости, а от того, что глаза начало нестерпимо резать.

– Да б… разбери всех драконов изжога! – выругался Рэнар. – Что не так‑то, горе ты ходячее?

– Я не плачу! Глаза боля‑ят! – я потерла их, но боль не унималась, и слезы ручьями изливались из глаз.

– Скоро пройдет, – схватив мою руку, мужчина потянул меня на противоположную сторону.

– Это магия, да? Вы вылечили меня? Исправили мне зрение?

– Да. На твоё счастье, я ещё помню простейшие заклинания с первого курса.

– Спасибо!

– Взамен прошу только одного.

– Что угодно!

– Помолчи…

И я послушала его, дабы более не злить. Плюс в благодарность за то, что исправил мне зрение.

Всю дорогу до его дома я молчала, разглядывая во все глаза город, напоминавший старую часть Петербурга – красивые, большие особняки, украшенные барельефами, гипсовыми фигурами, лепниной. Судя по всему, мужчина не торопился, конь шел медленно, едва переставляя длинные ноги, а Рэнар задумчиво глядел вдаль. Даже на меня ни разу не взглянул, хотя я сидела прямо перед ним.

Не произнесла ни слова, кроме: «Спасибо», когда он помог мне спуститься с коня. Лишь когда мы поднялись на последний, третий этаж его огромного особняка, скрытого за высоким забором в глубине настоящего парка, я робко спросила, идя по длинному коридору:

– А почему у вас комната на последнем этаже и в самом конце?

– Мне так нравится.

А я не могла этого понять. Коридор только в одну сторону длиной больше ста метров, я тогда как раз практически у лестницы Áш’тайрин’Рэнару под ноги прилетела. И он мог выбрать любую из десятка комнат поближе. Но нет. Именно на его коридор и заканчивался.

Любопытство буквально душило  меня, поэтому я рискнула задать ещё вопрос:

– Там не так солнечно? Вид лучше? – хотела один, а получилось два. И это я ещё вовремя прикусила язык, чтобы не закидать его догадками.

Мужчина остановился, не дойдя до двери метров пять. Повернулся лицом ко мне. Склонился, ярко сверкая бирюзовыми глазищами.

– Тут самое тихое место. А я ненавижу шум. Ненавижу суету.

– Да тут везде тихо… – вжав голову в плечи, прошептала и сжалась ещё больше, когда он поморщился.

– Тебе, может, и тихо. А у меня слух куда лучше твоего.

Буквально за пару шагов он преодолел расстояние до комнаты, влетел внутрь и с громким треском закрыл за собой дверь.

– Простите! – подойдя к двери, я поскреблась. – А мне‑то что делать?

– Не мешать! Молчать! – рявкнул Рэнар раздраженно.

– Это я сделаю, не буду мешаться больше сегодня. Но… я не хочу жить под дверью!

– Сегодня? – за дверью всё затихло, словно перед бурей.

– Сегодня я точно постараюсь, – ответила уклончиво и повела плечами.

– А ты точно не знаешь, как называется то заклинание, что на тебя наложили? Может, символы какие‑то видела?

– Говорю же, я в этой магии не разбираюсь, нет её на нашей планете, – а сама поглубже кулон запихнула на всякий случай.

– Да б… бесов чтобы всех икота одолела! – снова витиевато выругался он после недолгой паузы. – Ладно, можешь поселиться в любой комнате. Только максимально далеко, чтобы не так мне мешаться! И через пару часов ко мне приедут… гости. Будь готова.

– Мне надо одеться в вечерний наряд?

– Хоть в белье иди, мне всё равно. Ты будешь сидеть в другой комнате… У тебя всё?

– Да!

– Тогда иди уже отсюда, а то ты даже сопишь громко.

– Спасибо! – выкрикнула я, а мужчина почему‑то застонал.

– Интересно, и как он до этого в замке с родителями жил… Ещё и учился где‑то. Он в подвале обитал, что ли? – себе под нос, едва слышно зашептала я.

Дойдя до двери комнаты, находящейся через одну от хозяйской, приоткрыла её и заглянула. Вся мебель была аккуратно укрыта белыми чехлами, чтобы ничего не пылилось, и мало что можно было разобрать, но сам цвет стен: зеленовато‑желтый, мне не приглянулся. И я подошла к двери напротив:

– Наверное, поэтому он и такой недовольный постоянно… – пробормотала ещё одно предположение.

– Я всё слышу. Ната’шша! – злой рык, напоминающий рев огромного разозленного хищника, разнесся по замку.

– Всё‑всё! – покрываясь испариной, произнесла вообще беззвучно.

– Что «всё‑всё»?!

– Молчу, – поскольку мне уже было всё равно на цвет стен, лишь бы побыстрее скрыться, я, громко звеня монетами, влетела в ту комнату не глядя. Аккуратно, чтобы не издавать лишних звуков, прикрыла дверь.

Скинув опостылевший тяжелый рюкзак с плеч на пол, устало прислонилась к стене. Закрыв глаза, я глубоко, мерно задышала, успокаиваясь. И отрешаясь от реальности, которая была так похожа на сказочный сон с принцами, замками, магией, однако из которого мне было не выбраться, просто проснувшись.

Приведя сердцебиение в норму, подняла рюкзак, вытащила смартфон из внутреннего кармана и завела будильник через два часа. В белье по замку расхаживать я не собиралась.

Аккуратно сняв платье, повесила его на вешалку в гардеробной, скинула туфли, развесила сексуальные комплекты и, вернувшись в спальню, уперев руки в боки, оглядела фронт работ.