Как разговаривать по-драконьи
– Тсс, – перебил его Иккинг, в девятый раз меняя направление. – Может, я хоть что‑нибудь услышу…
Но вокруг по‑прежнему стояла мертвая тишина, вот только волна, захлестнувшая Иккингову лодыжку, была определенно теплой.
– Есть х‑хоч’чу, – раздался вдруг тоненький голосок, и мальчишки от неожиданности подскочили как ужаленные.
Из‑за шиворота Иккинговой рубашки высунулся крошечный зелененький носик. Беззубик, маленький непослушный дракончик, сонно вскарабкался по хозяйской шее и расположился на верхушке шлема, где привык устраивать себе насест. Там он расправил крылышки, ловко выловил надоедливую блоху и душераздирающе зевнул, продемонстрировав ярко‑розовый язычок и беззубые десны, за которые и получил свое имя.
Хоть Беззубик и принадлежал к породе простых садовых, самых заурядных из всех драконов, он был очарователен. Изумрудно‑зеленая шкурка на брюшке переливалась перламутром, как у сардинки, и была присыпана изящными коричневатыми веснушками. Из‑под несусветно длинных ресниц невинно взирали громадные, зеленые, как свежая весенняя травка, глазищи.
Однако внешность, как известно, обманчива, ибо драконы – самые эгоистичные существа на всем белом свете, и Беззубика можно назвать акулой в тюленьей шкуре.
– Беззубик, ты не мог бы нам помочь? – поинтересовался Иккинг. – Это ОЧЕНЬ ВАЖНО. Нам надо вернуться в бухту. Кажется, мы нечаянно попали в Летнее течение, и нам очень не хотелось бы повстречаться с акулогадами. А тебе? – Иккинг нервно хихикнул. – Так что будь добр, взлети повыше и поищи другие лодки, чтобы мы смогли взять верный курс.
– П‑п‑попр’си Жутьзд’рову. Б’бе‑беззубик ку‑ушать хоч’чет, – капризно отозвался дракончик.
Он явно поднялся не с той ноги.
Иккинг возвел глаза к небу и принялся терпеливо объяснять Беззубику, что Жутьздорова уснула и разбудить ее нет никакой возможности.
Жутьздоровой звали дракониху Рыбьенога. Она была довольно милой скотинкой, но почти все время спала. Вот и сейчас она, вытянувшись во весь рост, лежала под скамейкой. Рыбьеног заботливо подложил ей куртку под голову, чтобы дракониха не захлебнулась в постепенно углубляющейся луже.
– Б’бе‑беззубик не сд’двинется с места, – возмущенно заявил зеленый дракончик. – Н‑н‑не покормишь – н‑н‑не полеч’чу. Б’бе‑беззубик об’являет забассстовку! Иккинг ра‑раскомандовался! Сд’делай то! Сд’делай сё! Б’бе‑беззубик дракон, а не ра‑раб. Б’бе‑бедный Б’бе‑беззубик только и делает, что ра‑работает.
– Беззубик, ты с самого завтрака спишь без просыпу! – возразил Иккинг. – В жизни не слышал такой бессовестной лжи! Ты же знаешь, я с тебя пылинки сдуваю, целыми днями кормлю, рассказываю анекдоты, таскаю на руках…
– У Б’бе‑беззубика крылышки сла‑абые, – пожаловался Беззубик.
– Сегодня ночью ты меня ЧЕТЫРЕ РАЗА будил…
– Б’бе‑беззубику приснился оч’ плохой сон. – Дракончик еще шире распахнул зеленые глазищи. – Б’бо‑большие страшшшные дяд’дьки с ОГРОМНЫМИ ЗУБИЩАМИ гонялись за б’бе‑бедным Б’бе‑беззубиком по всей кроват’ти, х’хотели поймать б’бе‑бедного Б’бе‑беззубика, потому что он такой хopoшшший…
– Дa ты просто УСТРИЦ захотел! – заорал Иккинг. – Устриц! В три часа ночи!
– Устр’цы п’по‑помогают от кошшшмаров, – возразил Беззубик.
У Иккинга лопнуло терпение:
– Не говори глупостей! Ты взгромоздился на папину кровать и сказал, что закричишь ему в ухо, если я их тебе не принесу! И я встал, оделся и потащился к Устричным Садкам в Хулиганской гавани, а когда вернулся, ты есть не стал, потому что устрицы, видите ли, были не того цвета!
– Аг’га, с ч’черными пятнышшшками, – оскорбленно заявил Беззубик. – Б’бе‑беззубик не любит ч’черные пятнышшшки, они б’бя‑бяка…
– А ну, прекрати капризничать, не младенец, – рявкнул Иккинг. – Это были не пятнышки, а всего лишь водоросли, а когда я их все счистил, ты ВСЕ РАВНО есть не стал!
– Извините, что перебиваю, – нервно проговорил Рыбьеног, – но мне кажется, что во‑о‑он там мелькнул плавник акулогада…
Но Беззубик и Иккинг были поглощены ссорой. Они стояли нос к носу, испепеляя друг друга яростными взглядами. Беззубик раздулся вдвое против своих обычных размеров и окрасился в неприятный красновато‑горчичный цвет. Иккинг же совсем позабыл, что нельзя долго смотреть драконам в глаза, потому что драконий взгляд, как известно, обладает гипнотической силой. У него начала кружиться голова, но от злости он не обращал на это внимания.
