Красная книга магических животных

Девочки из приюта… У меня мелькала подлая мысль, что я и в самом деле знала не все, но я гнала ее. Не хотела об этом думать. Все равно здание принадлежало муниципалитету и полиция вместе с пожарными расследовала причину пожара. Правда, меня особо не трогали, потому что в в ожоговое неохотно пускали, и еще потому, что я не имела отношения ни к чему, кроме прогулок, социализации, размещения, кормежки… самой нелюбимой работы.

За которую не получала, конечно же, ни гроша. Степка еще говорил, что я зря трачу время на волонтерство. Что достаточно денег кинуть на счет, а не заниматься ерундой.

Но как вышло – так вышло…

Я стояла на углу своего дома и ловила на закрытое маской лицо крупный снег. Где‑то было открыто окно и жалобно плакал ребенок. Я слышала это безнадежное «уа‑а». Эх, милый, я очень надеюсь, что у тебя мать не такая, как у меня…

Нет! Я встрепенулась. «Уа‑а» доносилось не из окна, и меня прошибло холодным потом.

Я слышала о таком, разумеется. И читала. Но чтобы вот так, взять и найти ребенка на улице, в сугробе, зимой? Как назло, никого не было рядом, ни одного прохожего, что мне делать, звонить в полицию? Я крутила головой, пытаясь определить, откуда идет звук, когда вдруг поняла, что это никакой не ребенок.

С одной стороны – наступило облегчение. С другой – нет, только не снова, у меня уже были животные в доме, и хозяин квартиры, дядечка добрый, держать их не то чтобы не разрешал, но не в таком же количестве и не постоянно, и я замучилась с пристройством, потом – с тоской по ним… Но ночью обещали минус двадцать, а кошь, судя по писку, совсем маленькая. Она погибнет, если я оставлю ее!

Я знала, где искать этих бестий, все же коты были мне привычней, чем дети. Где‑то там, под капотом машины, наверняка. Я заглянула под одну, потом под вторую. Третью. Есть! Я увидела часть кудлатого бока.

Я приготовилась к уговорам, попыткам просунуть две руки в теплое еще нутро машины и возможным разборкам с хозяином. Где его еще искать… Но нет, зверек пошел на мое «кис‑кис». Буквально выпал в снег. Я схватила грязное, дрожащее тельце. Совсем маленький, и как он оказался на улице?

Теперь я уже не жевала сопли, а кинулась домой. Девчонки мне прикупили еды, за это я не волновалась, положиться на них в принципе было можно. Кошь в моих руках притихла, поняв, что никто ее умирать не бросит. А я подумала, что она прислана мне откуда‑то сверху. Неважно, откуда, просто чтобы меня спасти от падения в бездну отчаяния.

Швырнув рюкзак и куртку с шапкой, кое‑как сбросив сапоги, я бросилась в ванную. Ребенка надо отогреть и отмыть! Пока неясно, с каким потерями, но опыт купания котов у меня был большой, и шрамы были и до пожара… только те шрамы меня не портили, подумала я, но тут же забила эту мысль другими. Об этом думать не стоит. А вот о том, что сейчас будет!..

Но воды животинка не боялась, поставить себя в ванну дала спокойно. Но какая же кудлатая! Мех сбился, свалялся, торчал клочьями и кусками. Так и не догадаешься, что это кошь… Только по мяуканью. Надо было бы сначала срезать свалявшуюся шерсть, но я опасалась, что мелочь слишком замерзла. Так что первым делом пустила теплую воду, чтобы животное привыкло.

Лапки смешно переступали по ванне. А я осторожно опустила ладонь на спину животному. Хорошая какая котейка, не шипит и не дергается. Может, просто устала и замерзла. Но мне даже это было на руку. Постепенно вода стала горячее. Я осторожно включила душ в стороне, чтобы не испугать животное, и поднесла лейку к мордочке, чтобы показать.

– Все хорошо, я тебя отогрею, вымою и вычешу, – ласково говорила я. – И кем бы ты ни был под этими колтунами, ты – счастливчик.

Они все были счастливчиками – те животные, которых я достала из огня. Да, шрамы теперь со мной надолго. Человеческая реакция сломила меня, растоптала. Но вот я снова бережно касалась дрожащего тельца и понимала: брошусь в огонь еще раз. Потому что не могу бросить их. Они‑то не виноваты.

Котейка принял поливания из душа с одобрением. Наверное, понравилось тепло. Шерстка у него была очень мягкой, и к моему удивлению некоторые колтуны просто распались, стоило чуть вымыть из них грязь и песок. Чернющая вода утекала в слив, кот теперь напоминал болонку, очень нескладную, худую, но с толстым мехом. Обычно шерсть плотно прилегала к телу, стоило котейку намочить, а тут – нет. Может, порода какая‑то особая.

Мордочка вытянутая и крупная, но толком понять пока было сложно. Еще и уши были прижаты, а глазищи – закрыты. Скорее всего, из‑за стресса. Толстый хвост я пока не трогала, чтобы не нервировать зверька еще больше, и сначала взяла шампунь – вот что‑что, а запас шампуней разных видов для собак и кошек у меня имелся всегда – и намылила спину и бока.

Лапы были большими для такой мелочи, но рассматривать котейка их не дал, так что я просто хорошенько, до скрипа, прошлась по шерсти, вымыла между подушечками, стараясь не думать, что где‑то там скрываются когти. Не понравится что‑то – и меня оцарапают.

После очередного поливания кошь вдруг отстранилась и совсем по‑собачьи встряхнулась, разбрызгивая воду и остатки грязи в разные стороны. Глаза я закрыть успела, а рот нет. А когда проплевалась, то чуть не села прямо на пол в ванной.

Ушки у котика – правда, котика ли? – были с тремя кончиками, будто резные. И если это еще можно было списать на извращение со стороны бывших хозяев. То два хвоста?.. Или раздвоившийся хвост? Я даже не знала, как правильно это назвать.

Может, у меня галлюцинации? Из больницы ведь только‑только вышла.

Да, я схватилась за эти хвосты: правой рукой – за правый, левой – за левый. Чтобы уж точно не ошибиться. Нет, мне не кажется. Два хвоста. Действительно два.

Животное вдруг брякнулось на спину и заворчало недовольно. Длинные загнутые когтищи – да я таких и у мейнкунов не видела! – выдвинулись из напряженных лап, но очень медленно спрятались обратно. И животное замерло, только бока ходили ходуном, и хвосты в моих руках подергивались. Это кто? Это что?

– Ты меня не укусишь? – зачем‑то спросила я. Непонятный зверь фыркнул, приоткрыл глазищи – кошачьи, но очень светлые, серые, внимательно посмотрел на меня, а потом отвернулся.

– Ладно, буду считать это согласием на дальнейшие действия, – я была в полном шоке, но все‑таки опять потянулась за шампунем. Нужно было домыть это странное нечто. Глаза боятся, а руки делают, кажется, так говорят? Интересно, а на фен он зашипит как кот или проигнорирует? Я нервно захихикала. Что же это я нашла…

 

Глава вторая

 

– Что бы ты ни было, я тебя вымою, – сказала я зверю деревянным голосом. Мне было страшно. Но не выбрасывать же его на улицу? Это совсем глупость!

Ладно, успокоила я себя. В городе уже бобры, лоси, еноты и кого только нет. Крокодилов и тех держат. Всякие изуверы покупают на черном рынке редких животных, а потом они убегают. Я не знаю, кот это или нет… конечно, не кот, но вполне может быть, кто‑то привез это чудо из дальних стран. И не уследил. Или избавился. Надо домыть зверька, а потом попробовать сфотографировать и поискать по картинке в гугле. Гугл не может не знать, что я обнаружила на самой обычной улице.