Кречет

Часа через три пути показался мост, загроможденный брошенными автомобилями. Перекинувшись через небольшую речушку, он сгорбился под тяжестью раскиданных запыленных авто. Микроавтобус осторожно продирался сквозь пробку, маневрируя и царапая бока, пока не уперся в рефрижератор‑большегруз, напрочь перегородивший проезд.

– Приехали! – с досадой плюнул Хан в открытое окно.

Я вылез и осмотрелся.

– Фура здесь недавно – раньше там стояла, – махнул я рукой на единственную пустую площадку на подступах к мосту, контуры которой совпадали с размерами грузовика. – Кто‑то перетащил грузовик сюда и намеренно заблокировал проезд.

– Апостолы знают, что мы идем следом? – брови Полковника приподнялись.

– Чуют гады… А может пленных разговорили, – сказал я. – Не просто так мост перекрыли.

– Дальше как? Пешком? – развел руками Кузнец.

– Постараемся фуру оттащить, – ответил Хан, залезая в кабину грузовика, – Я «нейтралку» поставил, попробуйте назад дернуть.

Десятиметровый грузовик с облезлым фургоном странно качнулся, в фургоне послышались глухие стуки.

– Внутри кто‑то есть, – я осмотрел замки рефрижератора и подергал поручни дверей, – Странно… Как‑будто изнутри заперто… В любом случае, открывать не стоит. Внутри может быть сюрприз. Чертовы Апостолы хоть и тупые, но предводитель у них зверь. Хитрый и изворотливый падла, называет себя Мясником. Любит демонстрировать свою жестокость на публике. Встречался я с ним всего раз, и теперь самым большим моим желанием является перерезать ему горло, а усы забрать в качестве трофея. Усищи у него, как у Бармалея. Наверное, он ими очень гордится…

– Он самый главный у них? – поинтересовался Полковник.

– Кто его знает, – пожал я плечами. – Мясник водит отряды по добыче рабов и припасов, врядли глава клана этим бы занимался. Наверное, есть тварь рангом повыше него…

Порывшись в брошенных автомобилях, я нашел буксировочный трос и сцепил проушину под передним бампером микроавтобуса с фаркопом грузовика.

Хан завел микрик, хрустнул рычагом передачи и подал машину назад. Трос натянулся в струну и микрик резко встал, словно уткнулся в невидимую стену. Хан поддал газку. Все четыре колеса минивэна завизжали. Они прокручивались на месте, черня асфальт и наполняя воздух запахом жжёной резины.

– Стой, – замахал руками я, – Толкнем!

Уперевшись в передний бампер грузовика, мы надавили на него, что есть сил. Кузнец даже заревел от натуги. Судя мо его массе и силе толкал он явно за двоих.

Выбрасывая клубы едкого дыма, микроавтобус отчаянно визжал бешено вертевшимися клоесами. Рефрижератор, наконец, покачнулся и нехотя откатился на полметра. Бух! Раздался хлопок и под большегрузом, что‑то звякнуло об асфальт.

– Стой! – махнул я Хану и заглянул под фуру.

Из‑под автомобиля вывалился металлический штырь, прицепленный к соседней малолитражке веревкой, которую раньше никто не замечал.

– Что там? – крикнул Хан.

– Похоже, что мы выдернули какую‑то хрень из‑под фуры, которая… Э‑э… – задумчиво проговорил я, но тут до меня все дошло. – Бл*ть! Это ловушка!!!

Штырь освободил внутренние запоры рефрижератора и, в то же мгновение задние створки его кузова распахнулись. Из фургона повалили ожившие. Они вывалились гурьбой прямо на асфальт гнилым копошащимся клубком. Пытались подняться, но мешали друг другу и спотыкались. Это дало нам пару секунд.

– Уходим! – заорал я и рванул прочь.

Полковник и Кузнец побежали следом, Хан не успел выбраться из микрика, и стая отрезала его от нас. Минивэн оставался прицепленным к фуре и не мог уехать. Хан дал газу и, рванув вперед, закатал в асфальт пяток тварей, а троих припечатал бампером к задней раме грузовика. Бум! Микрик врезался в фуру. От удара брызнул пар из радиатора, а новые зомби высыпали из фургона прямо на замятый капот микроавтобуса. Они раздавили лобовое стекло в мелкую сетку и вот вот грозились прорваться внутрь салона. Стекло вогнулось, еще мгновение и твари сметут его.

Хан распахнул дверь и выпрыгнул наружу, выхватив на ходу лук. Двое мертвецов, тут же, повисли на концах лука, пытаясь вцепиться в человека. Хан с силой толкнул лук от себя и отшвырнул его вместе с зомби. Мертвецы упали навзничь, вцепившись в оружие. Хан выхватил нож и всадил клинок в глаз ближайшей твари, но бежать некуда! Он был окружен, скрюченные пальцы тянулись к нему со всех сторон.

Двоих мертвецов, подбиравшихся сзади, скосила кувалда. Кузнец разметал еще троих, пока Полковник и я пробивали дорогу сквозь кольцо. Мы вернулись.

Хруст костей под взмахами кувалды, хлюпанье гниющей плоти от ударов ножей и мачете смешались с яростным хрипом и клацаньем зубов. Я кромсал тварей направо и налево и, наконец, пробил их стену. Схватил Хана за ворот, дернул его на себя:

– Уходи‑им!!!

Выскользнув из гущи зомби, мы рванули прочь. Увидев, что Хан свободен, Полковник и Кузнец побежали следом. Мы петляли между железными остовами машин. Сзади, толкаясь и падая, спешили ожившие. Узкие проходы не давали протиснуться большому потоку. Мертвецы мешали друг другу, застревали между машинами и заваливались на землю. На них накатывали задние ряды и втаптывали упавших в асфальт.

Слава богу, что они такие тупые и не уступали друг другу. Мы смогли оторваться и после пятиминутного бега по лабиринту из брошенных авто мы остановились, чтобы перевести дух. Обливаясь потом и шумно дыша, Кузнец рухнул на асфальт, привалившись к ржавому Москвичу. Как с его массой он еще поспевал за нами? Хан недовольно скрежетал, досадуя по поводу утраченного лука.

Полковник белый, как гипс, вдруг, потерял равновесие и грохнулся на асфальт. Я кинулся к нему, но не успел подхватить. Лежа на земле он на мгновение он закрыл глаза и вырубился. Сквозь его рубаху проступила кровь. Пятна расплывались и залили живот. Твою ж мать!

 

Глава 7

 

Я упал перед неподвижным телом Полковника на колени и подложил ему под голову рюкзак. Аккуратно задрал кровавый подол рубахи. Черт! Рваная рана обильно кровоточила, фрагмент кожи на животе был вырван с мясом. Края раны уже почернели и подернулись мертвой корочкой, словно повреждение было получено не пять минут назад, а несколько дней. Ядовитая слюна зомби сделала свое дело. Вот блин, даже если срочно сделать операцию, от инфекции уже ничего не поможет.

– Плохо дело, – пробормотал я. – Его укусили…