Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

Глава 11

Странное знакомство с таинственным зверем

 

– Я наступил на что‑то ослизлое! – Джим вдруг так завопил, будто пришёл конец света. – Я падаю!!! – поскользнувшись, он кубарем полетел вниз.

Вор лежал на влажном полу вверх лицом с раскинутыми в стороны руками. Под ногами, которые заплелись, он чувствовал бойкое движение холодного и скользкого змееподобного тела. Последнее обстоятельство его привело в неописуемый ужас.

– Что происходит? – Джину застала врасплох внезапно сгустившаяся тьма, причина которой погасшая зажигалка. Замерев, она вращала головой, силясь хоть что‑то рассмотреть в кромешной темноте

Латиноамериканец, не смел, даже сделать вдох. Им овладел панический страх. По его телу бежали зябкие мурашки. А когда он около лица ощутил смрадное дыхание таинственной твари, то подумал, что это пришёл его смертный час. Мысленно прощаясь с жизнью, он неожиданно почувствовал ласковое влажное прикосновение к щеке, будто лизнул пёс. Затем из окружающего мрака, пугающего неизвестностью, заставив содрогнуться, появился длинный язык, раздвоенный на конце.

– Три тысячи триста тридцать три голодных мамонтов, меня ест какая‑то змеящаяся гадина, – тихим голосом больше похожим на мышиный писк простонал вор.

Крассотка, пока Гарри продолжал искать зажигалку, по интонации голоса Ловкача, поняла, что с ним случилось что‑то серьёзное. Она поспешила к нему на помощь. В застилающей глаза темноте осторожно делая каждый шаг, она на ощупь шла в ту сторону, где только что слышала его встревоженный и в тоже время жалобный голос.

Лауллер под ногой вдруг почувствовала что‑то мягкое и скользкое. С криком она отпрянула назад. Ещё больше её напугал резкий пронзительный жалобный стон. Он был похож на нечто среднее между скулящей дворовой собачонкой и грозным рыком льва. Не успел он стихнуть, как её ослепила и шокировала вспышка золотого пламени, которое мощной струёй врезалось в свод коридора. Разум пронзило понимание того, что огонь вырвался из пасти таинственного и возможно опасного зверя.

Нет худа без добра. Заполнивший подземный коридор яркий свет помог Пистолету найти зажигалку. Он её снова чуть не выронил, когда за его спиной с громким топотом пронеслось какое‑то существо. Удаляющийся во мглу неистовый бег твари сопровождал истошный крик Джима, становясь всё тише.

– Трезубец Сатаны, мне всё‑таки кто‑то ответит, что, в конце концов, происходит?! – возмущалась Джина, дезориентированная стремительностью неожиданных событий.

Крассотка после того, как была ослеплена струёй пламени и оглушена душераздирающим воем неизвестного существа застыла на месте с беспомощно вытянутой вперёд рукой. Некоторое время она даже боялась пошевелиться. Её взгляд бесцельно метался из стороны в сторону. Единственное, что она помнила из того, что произошло это как каблуком ковбойского сапога наступила на кого‑то, а потом… Она вспомнила!.. Этот кто‑то и устроил переполох, так испугавший её.

– Джим, где ты? Отзовись??? – флоридка придя в себя, охваченная тревогой, звала авантюриста. В ответ, к своему ужасу, она услышала, что голос того становится тише и дальше.

Ловкач, испугано крича во всю мощь лёгких, тащимый кем‑то в недра мглистого мрака, стремительно удалялся от своих друзей. Подчиняясь грубой силе существа волокущего за собой в неизвестность со скоростью болида формулы‑1, получая болезненные удары, он на спине скользил по утыканному острыми камнями полу.

Экстремальное скольжение началось в тот момент, когда ноги латиноамериканца каким‑то образом переплелись, сцепившись намертво, со змееподобным хвостом сильного неведомого зверя. А тот напуганный не меньше, чем его вопящий наездник пытался как можно быстрей убежать в темноту.

Вор через минуту полёта на пятой точке в неизвестность, показавшейся ему из‑за адской боли вечностью, впереди увидел неясный свет. Тонким лучиком тот пробивался в окружающую кромешную тьму. Тварь с гребенчатой спиной, которая тащила его, неистово с удесятерённой силой устремилась к светлому пятну. Благодаря подвижности и эластичности ей потребовалось ничтожно мало времени, чтобы через узкое отверстие выбраться из катакомб.

Джим ощутил себя пробкой, плотно закупорившей винную бутылку: он намертво застрял в тесном проёме небольшого с острыми краями крысиного хода, выводящего из затхлого мрачного подземелья. Сцепленный ногами с огнедышащим зверем, да к тому же разрываемый острой болью от того, что бёдра сплющиваются, он оказался зажатым между краёв отверстия в стене. Он был не в силах протиснуться вперёд ни на миллиметр, а тварь упорно пыталась бежать дальше.

Последнее что помнил Ловкач это то, что покрытая плотной чешуйчатой кожей зелёная тварь, не меньше его охваченная ужасом, изо всех сил резко рванулась вперёд. Её хвост, закрученный в какой‑то невероятный узел, наконец, расцепился с его ногой.

Огнедышащий зверь, оставив позади себя верещащее ужасное чудовище, которое с упрямой назойливостью преследовало его по пятам, наконец, мог вздохнуть свободно. Его хвост освободился от вцепившихся в него жутких челюстей, как он думал.

 

По сплетению коридоров подземного уровня королевского дворца Конора шаркающей походкой шёл бородатый здоровяк, выполняющий функции тюремщика. Его грузное тело шириной не меньше, чем два пивных бочонка качало из стороны в сторону. Не подозревая о происходящих рядом драматических событиях, он не спеша переваливался с одной ноги на другую. Яркий пляшущий свет факелов подчёркивал его заплывшие жиром формы. Его выступающий вперёд волосатый живот был такой необъятный, что не умещался под облегающей торс серой рубахой с коротким рукавом.

Косматая не расчёсанная голова здоровяка похожа на тыкву. Его приплюснутый нос от выпитой лошадиной порции вина насыщено бордовый, будто горит огнём.

– Спирта мне в глотку! – оторопев от неожиданности, басисто пророкотал верзила, вышедший из‑за угла коридора, шокированный выскользнувшим из дыры у пола животным со змеящимся телом, которое тёмно‑зелёной молнией бросилось ему под ноги.

Здоровяк выпучил красные поросячьи глаза. В голове его мелькнуло: «Надо немедленно остановиться». Но было уже поздно. Левая нога уже была занесена вперёд и, подчиняясь первоначальному импульсу мозга, опускалась.

Бегущий на тюремщика маленький дракон почти прошмыгнул под кожаным сапогом с рифлёной подошвой, обвалом опускающимся. Тем не менее, верзила наступил на кончик хвоста. Поджав его, он с визгом отскочил к стене. Но всё же, он отделался легко.

Совсем не так хорошо дела обстояли у латиноамериканца, выдернутого таинственным зверем из узкого отверстия в стене. В тот момент, когда его ноги расцепились с хвостом зелёного существа, он пробкой шампанского вылетел из стены. Не в силах что‑либо сделать, оглашая воздух отчаянным криком, он летел ногами вперёд в тюремщика.