Любимый паж Его Величества или Как достать дракона?
И лежу я значит на белоснежном песчаном пляже. Солнце палит в глаза, едва не ослепляя, а вдалеке слышится шум прибоя. Мечта!
В руке у меня такое красивое пестрое мороженько, будто сошедшее с иллюстраций к детским книжкам.
Боже, как есть‑то хочется! А оно еще как назло, тааак аппетитно выглядит.
Не задумываясь вгрызаюсь зубами в розовый шарик, который на пробу оказывается каким‑то подозрительно упругим, несмотря на то, что выглядел вполне подтаявшим на солнце. Да еще и слишком большим, чтобы влезть мне в рот целиком, может хоть рассосать его получилось бы.
Прикладываю еще немного усилий. Зубы кажется, того и гляди, раскрошатся от напруги и холода. Но чертово морожко совершенно не желает поддаваться. Мало того! еще и будто норовит ускользнуть у меня изо рта. Вот зараза, я ж так из‑за тебя совсем голодной останусь! Дай хоть лизну…
Открываю глаза, намереваясь разобраться с непослушным яством. И непонимающе пялюсь перед собой, лежа на животе в сырой листве.
Так, чет я не поняла… А где мой пляж?!
Перед глазами опять лес. Туман уже начал рассеиваться. Вокруг серо, очевидно потому что солнце еще не выглянуло из‑за горизонта, но очевидно вот‑вот намеревается. Приснилось походу.
Однако мороженое все еще холодит губы… Эээ…
Опускаю взгляд и понимаю, нааасколько я обозналась.
Передо мной огроменная нога Морозки, вернее его мощное бедро. От шока даже не сразу додумываюсь разжать челюсти. Однако когда догадываюсь, что это уже, пожалуй, перебор, то отваливаюсь, и отползаю в направлении все еще полыхающего за спиной пламени.
Мамочки‑Верочки!
Бросаю боязливый взгляд на Морозку, и с облегчением понимаю, что соколик мой спит сном богатырским, еще и привычно мычит что‑то неразборчивое, вяло отмахиваясь рукой, будто не я норовила ему отгрызть филейную часть ляжки, а назойливый комар к нему присосался. Это ж надо? Тут уж кто для кого теперь опасней? Потому что голодная я готова на страшные вещи…
Осматриваю свою добычу, и понимаю, что кажется теперь‑то точно пришло время бежать поскорее. В наколдованной великаном морозной ткани будто пропалина от моего рта… И ладно бы, если бы это было все! Так нет же! Даже в скудном свете сереющего неба я могу углядеть точный слепок моих зубов, в центре которого торжественно зияет… засос!!! Батюшки…
Пытаясь не застонать от отчаяния, шлепаю себя в лоб ладонью. Уму не постижимо! Я пометила волшебного придворного!
Так это еще хорошо, что за бедро! Всего маленько не дотянулась до… этих… Фаберже его. Не‑то того и гляди, скорлупку бы пожеванной оставила. Такого он бы точно не проспал, и с рук мне бы не спустил. Точно жениться бы заставил!
А с другой стороны, чего он вот это приполз ко мне так близко? Так и запишем: самооборона!
Неловко озираюсь по сторонам, и понимаю, что и тут я вся в косяках. Ой, блииин. Это не он ко мне приполз…
Судя по расположению наших тел относительно кострища, это Я к нему подползла. Вот же черт! Я конечно в курсе, что кручусь во сне, не раз случалось и с кровати падать, но чтобы настолько!
Видать я действительно слишком голодна, и на полном серьезе намеревалась его сожрать.
Что ж, вот и пришла пора расставаться, Морозушко. Так скажем, побережем твои бубенчики, а то мало ли чего мне в голову сбредет, пока мы из леса выбираться будем.
Поднимаюсь с сырой земли, и напоследок бросаю изучающий взгляд на своего первого друга в этом странном мире. Хорош, чертяка! Даже как‑то жалко такую красоту без присмотра оставлять. Уведут ведь, как пить дать, пока я остальных женихов смотреть буду. Эх, не пожалеть бы потом…
Наспех переодеваюсь, и надеваю обратно поверх своей одежды одолженный мне камзол. Надеюсь на это Морозко не слишком обидится. В конце концов, он себе и новый наколдует, и штанишки надеюсь починит. А мне в чужой мир лучше в земной одежде наверно не заявляться.
Да и потом, это явно не самый страшный мой грех перед ним. Вот сейчас не дай боже проснется, и обнаружит, за какое место я его тяпнула… Шуму будет. Так что бежать. И как можно скорее!
Конец ознакомительного фрагмента
