Любовь нечаянно нагрянет, или К демону на Новый год

Но увидев прекрасный комплект с нежно‑голубыми топазами, не устояла. Небольшие серьги тремя камешками на золотых «ниточках» приятно щекотали кожу шеи, которую мое привидение всячески расхваливала – пока не убедила поднять мои каштановые волосы в высокую прическу. Я доверилась девушке и не пожалела.

Молодая сияющая женщина в зеркале сначала показалась незнакомкой. Не верилось, что могу так выглядеть. Да лучший на свете салон красоты не превратил бы меня, заюзанную работой без выходных и нелюбимым лентяем‑мужем в такую красавицу! Так я выглядела когда‑то давно – во времена бушевавшей в крови любви.

Кожа мерцала – а ведь на ней даже косметики не имелось! Глаза тоже сияли – тем блеском, который влечет мужчин, как бабочек на огонь. Пухлые губки изогнулись в усмешку, которая свойственна особам, знающим себе цену. К их ногам мужчины кладут весь мир.

Рожки едирожки, как я стала такой?

– Нравится? – осторожно спросила Мила, с тревогой глядя на меня, замершую перед зеркалом.

– Дааа, – протянула зачарованно, не в силах отвести взгляд.

Помогите, я, кажется, сама в себя влюбилась!

– Ты волшебница, солнце! – заставила себя отвести взгляд и посмотреть на девушку. – Спасибо огромное!

– Всегда пожалуйста! – помощница тоже засияла – от удовольствия. – А теперь позволь откланяться, тебя уже ожидает господин Ятар.

– Где, кстати, ожидает? – уточнила, крутясь и любуясь собой. – Я пока что знаю только где его спальня и загон для вивернов.

Шлепнула себя по губам – как двусмысленно прозвучало!

– Нечаянно узнала, где его спальня, методом тыка, – попыталась оправдаться, но вышло еще хуже. – Вернее, никакого тыка не было! – так, это все.

Лучше бы молчала, честное слово!

– Я провожу тебя, Люба, – Мила улыбнулась. – Стол накрыт в гостиной. Там очень красиво. А от огромного камина так тепло! – Ее глаза затуманились на секунду, и в них промелькнула неуловимая, как утренний сон, печаль. – Идем, сама увидишь.

Подхватив на руки спящего Веника – ни на шаг не отпущу, я пошла следом за девушкой, думая о том, что в этом призраке куда больше жизни, чем в женщинах моего мира, помешанных на пластике лица и других мест, деньгах и возможности не работать, сидя на шее у мужа.

Да, я критична. Наверное, порой излишне. Но мы такие, какие есть, и незачем казаться тем, кем не являешься. Ведь засыпать и просыпаться все равно приходится с тем, кто ты есть на самом деле. Ведь так?

 

 

Глава 9 Обед

 

 

А каков он, этот демон, с взглядом которого я встретилась, когда Мила привела меня в гостиную? У него прозрачно‑голубые глаза, кстати, только сейчас заметила. Ему идет этот контраст – светлых глаз и черных волос. Но смотрит так холодно, что хочется набросить на плечи накидку, хотя в гостиной очень тепло.

Камин и в самом деле кочегарит, как наши одуревшие коммунальщики весной, когда за окнами шикарный плюс, и даже распахнутые окна не помогают от горяченных батарей. А что, кто не слетал в отпуске на курорт, может помирать от жары дома.

Не заметив мужского интереса в глазах демона, я обиделась, честно. Ждала другой реакции. Хотя бы маленький огонек в его взгляде зажегся! Так ведь нет, ледяной, как пейзаж за окнами замка. Не зря он так гордится своей принадлежностью к роду ледяных демонов, этих, как их там, Грэригов.

Усадив вздохнувшего Веника на пол у стула, я села за стол и задумалась, чем тут кормить мопса. Он у меня не привередливый, но вдруг в этом мире такая экзотика, что пес наотрез откажется есть? Да мне и самой боязно даже пробовать местные блюда.

Взгляд пробежался по пышно сервированному столу – тут впору самого Люцифера принимать, а не какую‑то попаданку, по ошибке украденную порталом. Сияющая белоснежная посуда, приборы, возможно, золотые, я не владелец ломбарда, чтобы навскидку определять драгметалл. Салфетки в массивных кубках свернуты такими затейливыми фигурками, что даже прикасаться к этому произведению искусства боязно.

Рожки единорожки, а я считала себя воспитанной леди, которую не смутить богатой сервировкой. Бабушка вдолбила в мою голову, какая вилка для чего, еще в трехлетнем возрасте. У нее было как в армии – могла ночью разбудить и усадить за стол. И попробуй перепутай тарелку, сразу подзатыльник прилетит!

– Не заморачивайтесь по поводу этикета, – снисходительно улыбнулся Ятар.

Как же захотелось на эту надменную рожу белопузую супницу надеть!

– Да, не буду заморачиваться, – мило улыбнулась, – в моем мире ведь все руками едят, а кости за спину выкидывают, последую примеру соотечественников! И не беспокойтесь, я прекрасно осведомлена, что в конце приема пищи полагается смачно рыгнуть, чтобы хозяин понял, что угощение пришлось по вкусу!

Вздернул бровь – опять сексуально получилось, но взгляд отвел и промолчал. Надо же, колкости кончились? Или запас издевательств иссяк? Непорядок!

 

Мне вот было, что сказать в ответ, но язык прирос к небу, когда демон позвонил в колокольчик, стоявший на столе рядом с его локтем. Из воздуха один за другим шагнули в гостиную слуги‑привидения. Неужели и их всех убили, чтобы превратить в загробных крепостных? В этом мире ужасные нравы!

 

 

 

Я опустила глаза и подняла их, только когда эти несчастные исчезли, наполнив наши тарелки и бокалы. Стараясь не думать о жестокости демонов, задалась вопросом, что же именно мне предлагается съесть? Содержимое тарелки похоже на густой суп. Но опознать точнее не выходит. Тогда спрошу.

– Что это? – посмотрела на хозяина замка.

– Беланж, – невинно улыбаясь, ответил он.

– Вы же прекрасно понимаете, что это слово мне ни о чем не говорит.

– Это курица. Или вы что‑то имеете против куриц?

Это завуалированный намек или я излишне подозрительна?

– Нет, против куриц ничего не имею, – снова просияла нежной улыбкой, – вот только надменных петухов не люблю, которые кичатся не пойми чем. Знаете таких – залезут на навозную кучу и давай глотку драть!

– Приятного аппетита, – процедил демон и схватил салфетку.