Любовник для попаданки

– Сейчас, только что‑нибудь более удобное надену! – я ничего не имела в виду, просто хотела переодеться. Но Римма все истолковала по‑своему, лукаво улыбнувшись уголками губ. Так, меня отправляют заниматься чадозачатием! Отличный повод избавиться от успевшего надоесть корсета. Я стянула платье, не дожидаясь помощи служанки, и залезла в длинную ночнушку, подкатав рукава и подпоясав ее шнурком, найденном в шкафу, чтобы было удобнее идти по коридорам.

 

Около двери к покоям, где прятали моего мужа, притормозила и уточнила у Риммы:

– Его зовут Руслан? – мне показалось, что именно так она называла его в прошлый раз. И я этому очень сильно удивилась.

– Руслан? – девушка удивленно вскинула брови. – Где вы имя такое откопали? Нет, у него прозвище Раслан. Похожее на ваше странное имя, но все‑таки другое.

– А какое имя?

– А шасс его знает! Нам, бедным служанкам, не положено знать, как господ зовут! – я не поняла, то ли она слукавила, то ли на самом деле так и было. Поэтому перевела разговор на другую тему:

– Прозвище? А кто его дал и что оно означает?

– Его так звали собутыльники! – служанка махнула рукой, выражая свое пренебрежение. А затем неожиданно сконфузилась и прижала белоснежный фартук к губам. – Простите, айра, я сболтнула лишнего.

Так! Похоже, мой благоверный в этом мире алкоголик? М‑да, грустно! Но все‑таки это не повод его убивать. Я, прищурившись, посмотрела на Римму. Но она спокойно выдержала мой взгляд и больше ничего лишнего не сказала. А жаль.

– А что означает? Почему такое странное прозвище?

– Вот это мне не ведомо. Вроде бы как на одном из древних языков это обозначает лев. Но какой он сейчас лев, вы и сами видели.

Мой тоже был лев… Но нашел лошадь и скачет на ней. Интересно, а что сейчас делает та, которая теперь живет в моем теле? Но переживать за виновницу перемещения сил нет. Или во всем опять эта самая куарта виновата?

Меня запустили внутрь и захлопнули двери, оставив один на один с сумасшедшим мужем‑алкоголиком.

– Добрый день, Раслан! – поздоровалась для приличия. Он посмотрел внимательно на меня, болезненно поморщился и демонстративно закрыл глаза. – Не беспокойся, принуждать сегодня к сексу я тебя не буду. Как понимаешь, пока не в том состоянии.

Господи, кто бы мне сказал, за что я перед незнакомым мужиком извиняться буду? Глаза открылись и с любопытством посмотрели на меня. Смоляная бровь вопросительно понялась.

Как мне нравилась эта способность, вот так выгибать одну бровь. Руся тоже умел. А я даже перед зеркалом тренировалась, но ничего не вышло. Видимо мышцы как‑то по‑другому скроены.

– Я пришла поговорить. Думаю, нам есть что обсудить. И я не враг, я друг.

Мужчина многозначительно хмыкнул в ответ на мои слова. Хотя, это было вполне понятно. Как ему верить той, из‑за которой его привязали к кровати, фактически уже сейчас лишив полноценной жизни? Потом он вытянул вперед подбородок и еще раз промычал. Я поняла, что он просил снять с него скотч, которым был залеплен рот.

– Прости, не могу, – отрицательно покачала головой. – Вдруг войдет Римма и увидит это. Поверь, что до добра это не доведет.

Затем увидела, что его подбородок сегодня был гладко выбрит. Стало видно, что лохматая борода скрывала красивую, мужскую такую нижнюю челюсть. В сочетании с синими глазами и черными бровями он когда‑то явно был неотразим для женского пола.

– Тебя накормили?

Мужчина болезненно поморщился. Я вспомнила про то, как возмущалась Римма, что за ним придется судно выносить. Похоже, голодал он преднамеренно.

– Кушать надо обязательно! Силы еще пригодятся! – мои слова сопроводились злобным фырканьем и недовольной гримасой.

– Да не только для этого! – я даже разозлилась. Как с ним говорить, если он все в штыки воспринимает? – Да, мне нужен ребенок. И ты уже понял, что я его получу в любом случае. Только объясни, зачем ты на мне женился, если я тебе так противна?

Раслан что‑то забормотал непонятное и отрицательно затряс головой.

Я это расшифровала по‑своему:

– Не сверкай на меня глазами! Я память потеряла. И ничего не помню: ни того, как замуж за тебя выходила, ни причин, почему мы поженились. Так что принимай такой, какая есть.

Он снова что‑то хмыкнул. Как хотелось снять с него эту липкую ленту! Но я пока побоялась. Все было слишком призрачно и хлипко. Вдруг отдеру, а он заорет благим матом на весь дом? И тогда сбегутся и слуги, и дядя. И бедный Порфириус будет отправлен в могилу со своим именем.

– Мне сказали, что у тебя не все в порядке с умом. Лучше скажи, ты меня хорошо слышишь и понимаешь? Моргни, если это так?

Мужчина на секунду, как мне показалось, завис, но потом медленно моргнул и посмотрел на меня в упор.

– Хорошо. Несогласие будешь выражать, моргнув два раза подряд. Все понятно? Если да, повтори пожалуйста!

Он снова посмотрел и сделал то, что я просила. Так, наш диалог хоть таким странным способом, но начал налаживаться.

– Понимаешь, как только я забеременею, дядя планирует тебя убить, – вот я это и сказала. Как ни странно, эффекта разорвавшейся бомбы мои слова не произвели. Он лишь грустно вздохнул и попытался обреченно пожать плечами.

– Тебя это устраивает? – удивилась я.

Ответом послужили два хлопка ресницами. Нет.

– Вот и я хочу, чтобы ты остался жив. Но без твоей помощи, я ничего сделать не смогу.

Один хлопок. Да.

– В следующий раз я что‑нибудь придумаю чтобы мы смогли более детально обсудить твой побег. Только не забывай, что мне нужен ребенок! – сначала один хлопок, а затем два.

– Сбежать ты согласен, а сделать мне дитя нет? Странные у вас в Элиноре мужики. Нашим только потрахаться дай. И последствия их совсем не волнуют. А вы тут все какие щепетильные! – Раслан молчал, лишь удивленно на меня таращился.

– А, забей! – выдохнула я, вспомнив сленговое слово моего старшего внука. Только это слово еще сильнее удивило айра Порфириуса.

Я поняла, что сболтнула лишнего. И стала думать, как поправиться и что ему объяснить. Но нам помешали. Как я и предполагала, в комнату ворвалась Римма, повела носом и ничего не почувствовала.

– Я что, помешала? – девушка удивленно состроила бровки домиком. – Времени для чадозачатия было достаточно.

– Иногда для этого, хм… процесса не только время нужно бывает, – усмехнулась ей в ответ.