Магические целители. Добро пожаловать в другой мир!

Дом, в который привезли девушек, не внушал доверия. Хлипкая старая развалина, когда‑то бывшая шикарным особняком с садом, который сейчас больше напоминал джунгли. Покосившаяся калитка, висящая на одной петле, забор с кучей "проплешин" и крыша, где больше отверстий, чем в швейцарском сыре. Что до цвета дома, то его попросту не было. Серая серость.

Маленький носатый человечек, которого мэр представил их куратором Валуном, оказался гоблином и сейчас пристально наблюдал за реакцией попаданок со стороны.

– Как вам новое жилье? – спросил у подруг зеленокожий мужичок.

– В каком месте оно новое? – огрызнулась Агата.

– Дом явно нуждается в капитальный ремонте, – удрученно заметила Кристина.

– Ему поможет только снос, – не сдавала позиций Боярова.

– Это особняк уважаемой семьи Морганов, который переходил по наследству сотни лет! – возмутился гоблин, недовольный подобным отношением к исторической ценности.

– Оно и видно, – поддела Агата.

– Возможно, внутри все намного лучше, – попыталась подбодрить саму себя Кристина.

– Сомневаюсь, – влезла патологоанатом.

Куратор Валун тяжело вздохнул, посмотрел на девушек снизу вверх, покачал головой и направился в дом. Калитка жалобно скрипнула и отвалилась окончательно. Попаданки переглянулись – Агата скривилась, а Кристина поникла, – но все равно последовали за гоблином. Как и предполагала Боярова, нутро ничем не отличалось по дряхлости от "лица" дома: у лестницы в холле недоставало ступенек, а те, что остались, не внушали доверия.

– Похоже, путь на второй этаж нам закрыт, – хмуро констатировала Кристина.

– Только если не против сломать себе шею, – привычно сложив руки на груди, выдала Боярова.

– Моя мне нравится, – выдохнула Зайцева и инстинктивно потерла шею.

Остальные видимые участки дома оставляли желать лучшего: захламленные, пыльные, пол с просевшими половицами, потолок с прорехами и паутина по углам. От мебели было одно название, только ее очертания давали возможность угадать, что справа была гостиная, а слева столовая. В пользу этого предположения говорили камин и большой обеденный стол.

Под ногами неожиданно что‑то прошмыгнуло, и дом заполнил визг Кристины.

– Крыса‑а!

Поправив свой пиджачок, гоблин наставительно изрек:

– Это не крыса, это мрых обыкновенный.

– Тот, который трехзадый? – уточнила Агата, опасливо косясь в сторону гостиной, куда сбежал неожиданный домочадец.

– Нет, – все еще менторским тоном ответил куратор. – Трехзадый крупнее. Это другой подвид. Крылатый.

Девушки одновременно с ужасом уставились на гоблина. Они никогда и никому не признавались в этом, но обе до жути боялись любых летающих тварей, кроме птиц.

– А можно этого, того… Вытравить его отсюда? – дрожащими губами произнесла Кристина.

– Вы что! Даже вслух подобное произносить – преступление. Это редчайший и охраняемый короной вид мрыхов. Вы должны молиться всем богам, чтобы он не покинул этот дом. Мрых приносит удачу.

– Тогда этот дом покинем мы. – И Агата решительно развернулась к двери.

– Ваше дело. Но на улицах по ночам опасно, да и спрос на черном рынке на попаданок нынче возрос, – хитренько упомянул Валун.

Боярова замерла на месте.

– Расчленяют?

– Воруют, – бросил куратор. – Увозят в рабство в менее развитые королевства на востоке.

Агата нервно кашлянула и смело шагнула в гостиную. Кристина сглотнула и неуверенно последовала за коллегой.

– А тут не так и плохо, – Зайцева рассуждала вслух. – Поставим цветочки, покрасим стены, повесим люстру.

Она потянулась к гардинам, чтобы впустить немного света в комнату, но стоило ей коснуться плотной ткани, как карниз обрушился прямо на нее. Голову не задело, боли не было, однако свет полностью исчез. Да и выпутаться из тяжелого бархата оказалось нелегко. Кристина начала барахтаться. И тут раздался приглушенный смех.

"Вот же Черная вдова веселится", – с непривычной злостью подумала Зайцева.

Запретная кличка патологоанатома внезапно всплыла в памяти. По сравнению с ней Белый кролик был безобидным прозвищем. Если Кристину так называли из‑за фамилии, блондинистой головы и мягкого характера, то у Агаты кличка была связана с определенными событиями в прошлом. В свои тридцать два Боярова была дважды вдовой. Произнести подобное ей в лицо было оскорбительно, а вот шепотом и за глаза позволяли себе многие. Кристина до сих пор не была уверена, знала ли об этом “имени” сама Агата. Однако отношение самой Зайцевой к этому прозвищу было неоднозначным и скорее негативным.

К моменту, когда Кристина, наконец, выбралась, смех затих. Ее злость тоже успела погаснуть, а мысли вернулись к их неутешительному положению.

– Скоро привезут две кровати и провизию. Советую вам лечь в столовой, она покрепче будет, – вернулся к оргвопросам гоблин. – Слышал, что граф Морган свои последние года провел именно там, поближе к еде, так как ему было тяжело ходить, а родственников не нашлось. После кончины старика дом отошел столице. Собственно, поэтому он вам и достался. Ах, и еще. – Куратор Валун закопошился в карманах. – Вам положено пособие для гостей из другого мира.

Он вытащил мешочек с монетами и положил его на ближайший столик, который тут же сложился под столь небольшим весом.

– Эм… Я посоветовал бы поскорее пройти в столовую. С целителями у нас в столице напряженка, поэтому не советую вам калечиться.

Девушек как ветром сдуло из гостиной, при этом Агата не забыла захватить с собой увесистый мешочек.

"Надеюсь, мрых не выберется", – и эта мысль принадлежала не Бояровой.

– Завтра с утра вас повезут в нашу столичную академию, где вы сможете определить свою специализацию. У нас есть как магические, так и бытовые направления. Если у вас обнаружится дар, то это отличный шанс заполучить хорошую должность и обеспечить себе безбедное будущее.

Обе девушки грустно вздохнули. У жительниц земли точно нет магии.

 

***

Места в столовой стало намного меньше, стоило девушкам поставить кровати. Даже пришлось сдвинуть их впритык друг к другу. Из‑за этого передвижение по комнате напоминало квест и здорово тренировало растяжку и мышцы. Кристина разбирала продукты, усевшись на тумбу – только так она могла добраться до холодильного шкафа, а Агата стояла почти что в идеальном поперечном шпагате и смахивала пыль с полок, буфета и кухонных шкафчиков.

– Слушай, а что это такое? – Зайцева озадаченно повертела в руках нечто овальное, черное и покрытое ворсинками размером с ладонь.