Малахитовые щиты

К сожалению, идеальных предложений по экономическому развитию от Дениса не поступало. Дельные были, как и у меня, но над всеми ними нужно хорошенько подумать. Большая проблема в том, что, когда создаёшь бизнес, ты сам должен им управлять. Полностью понимать все процессы. Для меня же гораздо важнее изгонять граймов. То есть сконцентрироваться на чём‑то одном у меня никак не получится.

Пока наши обсуждения носили слишком общий характер. Мы делились идеями, пытались нащупать направление.

– Я могу рисовать, – в один момент озвучил свою мысль Миша, – продолжу рисовать комиксы, а вы поможете мне раскрутиться. Как вам? Если всё пойдет, денег хватит для дальнейшего развития.

– Это само собой, – хмыкнул я. – Если ты сохранишь желание развиваться в этом направлении, мы займёмся твоим продвижением. Но всё же одних комиксов слишком мало.

Если бы Света осталась со мной, можно было бы создать студию дизайна, как она и хотела. Плюс производство различной сувенирной продукции, разработанной моей сестрой. Миша вполне мог помогать ей в свободное время. Но не судьба.

В общем, мы просидели пару часов, правда, так ничего толком и не решили. Но время у нас есть, не страшно.

Проводив ребят, я убрал со стола и, плюхнувшись на диван, включил телевизор. Смотреть особо было нечего, да и не интересно. Решил пораньше лечь спать, чтобы наутро с новыми силами приступить к делам.

Выключил телек и пошёл закрывать раскрытое настежь окно. Фонари у подъездов разгоняли ночную темноту мягким жёлтым светом. Во дворе было ни души, только лёгкий свежий ветерок шевелил молодую листву и обдувал моё лицо. Тихая ночь, свежий воздух… Приятно, чёрт подери!

Я улыбнулся во весь рот и вдохнул полной грудью. Внезапно в груди кольнуло и обожгло, как будто кто‑то воткнул горячую иголку. Затем ещё раз и ещё.

Мысли пустились в пляс. Осторожно перевёл взгляд вниз – моя футболка в области сердца медленно пропитывалась кровью. В следующий момент я заставил себя завалиться набок и рухнуть, изобразив безжизненное тело.

Я лежал под подоконником, вытянувшись параллельно стене, так, чтобы меня не было видно даже с крыши. Оттянул горловину футболки и увидел, как под тканью прямо на моих глазах начала уменьшаться одна из костей под черепушкой Джека, принимая привычную форму.

А с неё спадают три пробитые насквозь пули.

Снайпер стрелял в сердце, довольно кучно, три раза. И мой амулет успел насадить на кость каждую пулю. Но полностью защитить от пуль меня он не смог, так что кожа была повреждена, и возможно, немного мышцы. Отсюда и кровь.

Проклятье! А ведь самая глубокая рана осталась от первой пули. Пробив её, амулет стал действовать ещё быстрее. Это… Ну да, кровь хозяина его ускорила. Логично…

Чёрт возьми! Да нифига это не логично! Я никогда не слышал, чтобы амулеты в спящей форме действовали по собственной воле!

От удивления я даже в первое время как‑то выпустил из головы, что меня только что пытались убить. Хорошо, что я решил изобразить умирающего, надеясь, что больше выстрелов не последует. Если бы неизвестный снайпер заподозрил что‑то неладное, мог бы и продолжить стрелять. Спас бы меня амулет он пули в голову? Тот ещё вопрос. Ведь Джек висит у меня на груди, рядом с сердцем и далеко «тянуть свою руку» ему не пришлось. Смог бы он прикрыть мой череп?

Стоп, опять не о том думаю. Поверил ли снайпер? Кровь хоть и есть, но её не очень много. Хотя и в обычном случае тоже не в первое же мгновенье всё заливает. Будем надеяться, что поверил. Если так, то сейчас вражеский стрелок спешно удаляется с места преступления.

И всё же, что мне делать? Полежать так ещё?

Кровь из ран продолжала сочиться, поэтому я зажал их рукой. И пролежал в таком положении минут двадцать, затем осторожно поднялся на ноги, предварительно активировав Джека. Я оставил его под подоконником, чтобы он мог в случае необходимости защитить меня косами, так что Джек левитировал в горизонтальном положении. Ну а сам я выглянул в окно. Никого не увидел. Закрыл створку, поставил на проветривание и задёрнул шторы.

Я стянул с себя окровавленную продырявленную футболку и пошёл в ванну, прихватив с собой дорогую шкатулку с мазями, которую мне подарила Вита на «день рождения».

Чудодейственным средством, созданным обладательницей исцеляющего амулета Мариной Сергеевной Фроловой, я обработал раны, закрыл их мазью и заклеил сверху пластырем.

Стоя перед зеркалом, я попытался понять, болят ли раны?

Почти нет, мази обладали обезболивающим эффектом. Но неудобство всё‑таки доставляют.

Закончив с первой помощью самому себе, я вернулся в гостиную‑спальню и взял с дивана телефон. Несколько секунд смотрел на экран, всё ещё сомневаясь в правильности принятого решения. Затем, откинув сомнения, набрал единый номер службы спасения: «111».

– Алло, здравствуйте. На меня совершено покушение. Стрелял снайпер…

Женщина‑оператор после недолгих пререканий приняла мою заявку. Сначала в её голосе слышался скепсис, но после того как я сообщил, что являюсь свободным вайлордом, мне вроде бы даже поверили.

Теперь остаётся дождаться полицию.

Но спокойно ждать получалось не очень, нервишки пошаливали.

Я открыл бутылку вискаря, подаренную мне Дэном на день рожденья. Как быстро пригодились подарки, однако, что Добриных, что Дэна! Наполнил стакан до краёв, выпил залпом, налил ещё и снова взял в руки телефон.

«Привет. В меня стрелял снайпер. Со мной всё хорошо, вроде бы удалось обмануть стрелка. Присмотри за Светой. И не рассказывай ей, пожалуйста. Спасибо», – написал я отцу.

Он ответил почти сразу:

«Понял. Хорошо, что с тобой всё в порядке».

Снова выпил и закурил, прямо на кухне. Нужно ли сообщить ребятам? Вряд ли они могут быть целью… Но если вдруг всю нашу компанию собрались ликвидировать? Маловероятно, однако предупредить стоит.

Написать? Проще позвонить, всё равно же будут перезванивать, даже если просто напишу.

В итоге поговорил сначала с Дэном, потом с Мишей. Оба порывались ко мне приехать, но я убедил их пока остаться дома и не подходить к окнам.

Олега беспокоить не стал. На Добриных он вместе с нами не работал, вряд ли кто‑то ему будет мстить.

Душу, конечно, грыз червячок сомнения. Но если рассуждать логически, им с Таней в самом деле мало что грозит. А лишний раз волновать обоих не стоит.

Наверное.

Снова выпил, снова закурил. Где эта чёртова полиция?!

– Дилинь‑дилинь‑дилинь! – противно запел домофон.

Подорвавшись с места, я подбежал к нему и взял трубку.

– Да? – быстро ответил я.

– Ста‑сик, пойдём гулять! – пропел знакомый мужской голос.

– А? – не понял я. Кто это, чёрт подери? Точно не полиция.