Мать русалки ищет зятя
Думалось ей плохо, рассеянно. Обо всем подряд и ни о чем конкретном. В голове роились, словно назойливые осы, мысли об увольнении и о работе, о диссертации; о том, что она уже порядком проголодалась, и о том, что дома кончилось сливочное масло, мама просила купить; о том, что уже через год она закончит учебу, и надо бы найти серьезную работу, стать «большой и самостоятельной девочкой». О переезде из родного дома Марина думала – мельком, в отдаленной перспективе. Вопрос этот отпал сам собой, когда бабушка с дедушкой взяли и уехали на юг.
Глядя на темную блестящую воду, Марина задумалась: а что, если наличие свободной комнаты помешало ей сепарироваться от матери? Или «жить с родителями» все‑таки не настолько неотвратимо ставит крест на твоем взрослении и превращении в своего собственного, отдельного человека?…
Будущее пугало и тревожило. Будущее теперь, после увольнения, казалось гораздо более туманным и непредсказуемым.
Что же ей теперь делать?…
Девушка бездумно смотрела на воду, чувствуя, как вода потихоньку забирает ее тревоги. За спиной шумел город, припекало солнце, плечи обнимал прохладный ветер, и понемногу проблемы отступали. Марина уже собралась идти домой, но вдруг к воде спустилась парочка. Парень фотографировал девушку, та заливисто смеялась, принимая различные позы, и оба они излучали счастливую уверенность в себе.
Заглядевшись, Марина невольно вернулась к собственным печальным мыслям. Мама считает, что женщине нужен мужчина. Это не мешает самой маме распрекрасно жить одной и периодически намекать дочери, что ей хочется увидеть зятя и внуков.
Вот зачем Марине парень, а? Она взрослая, самостоятельная, самодостаточная (ну, была – и скоро снова станет, когда работу новую найдет), сильная и независимая женщина! Без кошки, правда, зато с рыбками! А все эти страдания и наматывания розовых соплей на кулак, обидки и ссоры, и притирание друг к другу – все, что показывают в дорамах, – это все долго, сложно и, главное – непонятно, зачем?
У Марины раньше, конечно, случались влюбленности. Растущий и развивающийся мозг прогонял свежепроложенные нейронные пути, устраивая ей неожиданные, интенсивные и непродолжительные помешательства на том или ином однокласснике, парне из бассейна, напарнике по лаборатории или случайном попутчике в метро. Но даже в моменте эти чувства не казались ей реальными и искренними.
Просто биохимия мозга, не подкрепленная воспоминаниями. Никакого совместного опыта с объектами таких влюбленностей у девушки не было. Да и откуда ему, этому опыту, взяться? Она же с парнями не дружит. Она вообще дружит с очень узким кругом людей, с одними и теми же на протяжении многих лет.
Кстати, о подругах. Они ведь даже не знают о том, что Марина русалка. Ей хотелось рассказать, конечно – но в голове эхом звучали предостерегающие слова матери, и было неловко и почему‑то очень стыдно. И никак не представлялось подходящего повода. Так что за все годы дружбы она им так и не рассказала. Делает ли это ее плохой подругой? Врать ведь действительно нехорошо. А плохим человеком?…
Марина поболтала ногами в воде, прогоняя назойливые мысли. Нет уж, не сейчас. Она пострадает по этому поводу позже.
А сейчас – встать, отряхнуть платье, обуться. И побрести обратно, к ближайшей станции метро. Может, купить мороженку по дороге для успокоения нервов.
Придя домой уже ближе к вечеру – ого, это ж сколько она просидела на том причале?! – девушка рассказала матери об увольнении. От пересказа событий расчувствовалась и снова прослезилась, обнимая маму и трясясь от горечи, обиды и страха за будущее.
Груз накопившегося стресса и утомления покидал ее тело вместе со слезами и тихими всхлипами, пока мама гладила по спине и старалась утешить.
Глава 5
Вторник протекал совершенно обыкновенно и скучно до тех пор, пока у Натальи не зазвонил телефон.
– Алло? – удивленно поприветствовала она. – Что?… Конечно, приходите, Нина! Да‑да, можем, уже ждем!
– Что такое? – слегка обеспокоенно поинтересовалась Марина, откладывая телефон в сторону.
– Помнишь Нину, которая моя знакомая с йоги? – ответила вопросом на вопрос Наталья, вскакивая с дивана и торопливо осматривая комнату на наличие пыли, разбросанных вещей или еще какого‑нибудь «неприличного» беспорядка.
– Ага. И что с ней?
– У нее есть сын, Вадик… – отозвалась Наталья, исчезая в дверях в направлении кухни. – …И этот сын как раз твой ровесник, высокий, красивый и недавно вернулся из армии. И Нина хочет вас двоих познакомить… – донесся с кухни приглушенный мамин голос.
Вот тут Марина подскочила с дивана и быстро направилась вслед за родительницей, возмущенно воскликнув:
– Мам?! Какой еще Вадик? Ты меня сосватать хочешь, что ли?
– Доча, успокойся. Не паникуй ты так, – Наталья торопливо домывала небольшое количество скопившейся в раковине посуды. – Я тебя ни к чему не принуждаю, конечно же. Просто посиди, вежливо поговори с гостями вместе со мной, хорошо? Мы с Ниной давно хотели посидеть и поболтать за чаем, но никак не получалось встретиться. Пожалуйста, доча.
– Грх… Хорошо, мам. Но никаких «заек и лужаек», договорились?
– Да! А теперь помоги мне, гости будут через час!..
Спустя обещанный час суматошной уборки, приготовления быстрых закусок и приведения себя самих в приличный вид из прихожей раздался почти уже забытый в этой квартире звук: пронзительное пиликанье домофона, а через пару минут и стук в дверь.
Марина хлопнула глазами раз, второй. Галлюцинация не развеялась, напротив, посмотрела на нее и нервно улыбнулась в ответ. Вошедший парень все еще был на полторы головы выше нее, длинный и тонкий, с ежиком ярко‑рыжих волос.
– Здравствуйте?… – растерянно произнесла Марина, переводя взгляд на Нину: крепенькую миниатюрную женщину с блондинистыми, кажется, от природы, волосами. Мать не достигала не то что до плеча сына – едва ли до подмышки. Бойкая дамочка тем временем радостно ответила:
– Здравствуй, Мариночка! Рада встрече, я о тебе слышала так много, и все только хорошее! Знакомься, это Вадим! – и широким жестом руки указала в сторону и вверх – на своего сына.
Парень натянул на лицо вежливую улыбку, сквозь которую так и сквозила неловкость.
– Ну что вы на пороге‑то стоите? Проходите, проходите! Я сейчас как раз чай принесу… – засуетилась Наталья.
Усевшись на диване и в креслах вокруг кофейного столика, компания начала светскую беседу о погоде, высоте реки и вызванных ей лодочных «пробках», и о строительстве новых станций метро. Довольно быстро, впрочем, женщины перевели беседу в более интересующее их русло:
