Медведь по завещанию

Под одеялом сделалось неудобно и жарко. Я откинула его с раздражением и прошлепала к окну. Холодок под ногами на сей раз не успокаивал, вид на цветущие деревья тоже. Я уже собиралась спуститься на кухню и налить себе воды, но тут ведьмины кристаллы вспыхнули.

И сразу же на них будто плотное покрывало из тьмы легло. Свечение осталось где‑то там, но его больше не было видно. Ни мне, ни ведьме из дома по соседству. Зато вернулось предчувствие, словно вот‑вот произойдет что‑то.

Уже происходит. В это самое мгновение.

Просто не со мной и меня как бы не касается, но я почему‑то все чувствую. Странно чувствую. Как ни разу в жизни ничего не чувствовала. Прямо скажем, размышляя о новом опыте в замужестве, я имела в виду не совсем это.

Впрочем, между «копаться в себе» и «смотреть в оба» я выбрала второй вариант. На улице происходило нечто непонятное, подозрительное, и оно точно было связано с магией. Которой во мне как бы нет, но я ее почему‑то вижу. И пустота где‑то глубоко внутри прямо сейчас ощущалась особенно пустой.

Попасться на слежке не хотелось, и я на шаг отошла от окна, а потом переместилась и встала так, чтобы от взгляда с улицы меня закрывала штора. Внимание было всецело сосредоточено на происходящем за пределами дома, но, не зная о магических штучках ровным счетом ничего, было трудно понять, что к чему.

Наша защита не реагировала. И защита вокруг ведьминого участка тоже. Лишь кристаллы сверкали, но кто‑то позаботился о маскировке.

Иных проявлений происходящего не наблюдалось. Только на уровне чего‑то внутреннего меня тревожило совершенно новое ощущение, объяснить которое я не могла. Но оно не имело ничего общего со спокойствием и безопасностью.

Вспомнились слова мэра: магия строго запрещена в историческом центре. Только мы жили в Бархатном квартале, который находился за его пределами. И здесь можно было все. В определенных рамках, разумеется.

Наконец мне удалось разглядеть еще одну ненормальность. В башенке дома ведьмы сверкали маленькие желтые огоньки. Глаза ее фамильяра.

Вспыхивали и гасли. Раз за разом.

Вроде бы ничего такого, он и при виде меня так реагировал. Но почему‑то стало страшно, и босые ноги заледенели.

Я медленно перевела дыхание.

Еле удерживалась от соблазна пойти к мужу и обратить его внимание на происходящее. Благо Никлас Алавен был в доме и не имел к этому никакого отношения – я слышала его шаги, звук открывшейся и закрывшейся двери в его комнату, потом зашумела вода. Сейчас она стихла, но я медлила. Вдруг он поднимет меня на смех? Скажет, что мне все мерещится?

В свете идущей на убыль луны показалась фигура. Обзор был таков, что из своего окна я видела лишь небольшой клочок улицы, и то ради этого требовалось вжаться в стену и выгнуть шею, но там точно кто‑то стоял. И смотрел не то на башенку, не то на прикрытые непроницаемым пологом кристаллы.

Мужчина. Худой, весь будто состоящий из резких линий.

В плаще, что не так уж и нелогично ночью.

Тянущее, царапающееся внутри меня чувство начало затихать. Перестали сверкать огни глаз в башенке, видно, фамильяра тоже отпустило. Трудно определить, что произошло раньше: кристаллы перестали мерцать или тьма вокруг них развеялась. Когда я вновь перевела взгляд на место, где стоял тип в плаще, там никого уже не было.

Ночная жизнь Глэдшира мне категорически не нравилась.

Однако еще раз смерив взглядом дверь, к мужу решила не идти. Я испугалась, но лично для себя угрозы не чувствовала. И для него тоже. Просто рядом что‑то происходило. Может, оно каждую ночь так, не спала я только сегодня. Лучше обсудить все утром. Мы с магом хоть и договаривались в самом начале свести взаимодействие к минимуму, разговаривали друг с другом каждый день. Вот я и расскажу ему при случае. Но сейчас стоит попытаться уснуть.

 

Иззи на фоне цветущей весны выглядела инородно. Тонкая, будто прозрачная, в черном платье… До того как познакомилась с ней, я понятия не имела, что черный способен быть таким насыщенным… Длинные волосы ведьмы касались места, где ее платье расширялось, намекая на все же присутствующие под ним округлости. Бледные губы и щедро подведенные глаза.

И не жарко ей там стоять?

Соседка скрестила руки на груди и, кажется, взглядом пыталась разрушить наш дом. Надеюсь, она не проклятие насылает? И лучше бы не порчу тоже.

В любом случае безопаснее будет, если с ней поговорю я, а не маг.

С этой мыслью я прикрыла салфеткой тесто, которое замешала для блинчиков, и вышла к ней.

– Где этот мерзавец? – вместо приветствия рявкнула ведьма.

– Иззи…

– Я не ради светской беседы пришла! – В ее глазах сверкали знакомые угли. – Где твой муж, Бьянка?!

– Спит еще. Рань же несусветная.

Сама я после ночных событий уснуть так и не смогла, вот и решила заняться чем‑то полезным.

– Ах, спит! – Ведьму затрясло от злости. – Умаялся, гад проклятый! Точнее, пока по какому‑то недоразумению не проклятый, но я это исправлю, как только он попадется мне на глаза.

Невежливо отвлекаться, когда рядом ведьма бесится, но мой взгляд коснулся дерева, которое скрывало чью‑то тайну, и случилось запоздалое озарение. Я ведь могла вчера сказать слова, которым меня научила Иззи, и увидеть больше! Вот бестолковая! Никак не привыкну жить в окружении магии.

– Иззи, это не он.

– А кто еще? Ты с ним заодно, что ли?! – взвилась ведьма.

Захотелось треснуть ее чем‑нибудь не слишком тяжелым. Хоть бы и порчей. Но я же не ведьма, у меня интересных вариантов не так много, вот и приходится держать себя в руках.

– Я не знаю, что именно тут происходило, но я из‑за этого всю ночь не спала, – заговорила как можно спокойнее. – И Никлас не покидал дома. Ни на миг не выходил.

– Или ты его покрываешь. – Иззи, очевидно, считала, что в Глэдшире мог быть лишь один злодей, и это звание она уже отдала моему мужу. – Ночью кто‑то пытался выманить моего фамильяра. Защита даже не дрогнула. А бедный Зефирчик будто взбесился. Я почти весь резерв истратила, чтобы удержать его. Теперь он лежит совсем без сил, даже от молока отказывается.

Картина происходящего ночью была дополнена.

Вряд ли у Иззи после всего хватит сил на приличную пакость.

– Проверь меня. – Кажется, я приняла решение мгновением позже, чем озвучила его.

– Что?.. – Ведьма удивленно распахнула черные глаза.

– Должно существовать заклинание, которое позволяло бы проверить, говорит правду человек или врет. – Не знаю, с чего я это взяла, но почему‑то была уверена, что без такого заклинания ведьме не обойтись.