Многоликий
– Эй, Киреев! Расскажи о результатах твоего расследования. Удалось ли выследить моего двойника по горячим следам?
Максим не стал рассказывать клиенту о невероятных событиях, происшедших с ним в ходе сыскных действий, опасаясь, что Ростовщиков может принять его за типа, не совсем дружащего с головой. Тогда все его усилия окажутся напрасными, и клиент может нанять другого детектива.
Поэтому выдавив из себя дежурную улыбку, он лихо доложил:
– Семен Васильевич! Все хорошо! Иду по горячему следу и уверен, что распутаю этот клубок. Мне понадобится несколько дней, чтобы я мог окончательно доложить результаты работы и представить всю информацию по вашему двойнику.
Ростовщиков недовольно буркнул:
– С этим делом не тяни! Даю только два дня. А далее, найму другого сыщика и взыщу с тебя за напрасно потерянное время. Со мной шутки плохи. Поэтому жду от тебя более результативного доклада.
На этом разговор с клиентом был окончен и Максим приуныл. В голову полезли панические мысли и сожаление о том, что он ввязался в неприятную игру, на кону которой стояла гигантская сумма в валюте. Как ему казалось поначалу, плевое дело ныне усложнилось непредсказуемо и опасно. Разочарованный, голодный и смертельно усталый, Киреев поплелся к станции метро «Фили». В вагоне электропоезда, под мерный стук колес, Максим вновь решил порассуждать:
– Итак, что я имею? Двойника, очень похожего на меня, которого отволокли в ближайший районный отдел полиции. Наверняка он прикинется мной, поскольку хозяин квартиры видел мое предъявленное удостоверение работника полиции. Ясно, что соучастник, смахивающий на меня, запомнил мои фамилию, имя и отчество, начнет плести байки, что документы у него выкрали, а ложный вызов сделали преступные элементы, с которыми он героически боролся под знаменами МВД России. Наверняка кто‑то из оперативников узнает своего бывшего коллегу и весьма вероятно, что член банды двойников уже гуляет на свободе.
Поздним вечером, добравшись до своей квартирки – студии, Киреев, с удивлением почувствовав сильный запах жареного мяса, ступил за порог и увидел Алену в банном халате, хлопочущую у плиты. Обеденный стол был уже накрыт и притянул голодный взор Максима всякими расставленными вкусностями.
– Что, не рад? Сама себя не пойму. Вроде и успешный муж есть, и детки. А все тянет и тянет к тебе – неудачнику. Видно мне на роду написано быть ветреной и похотливой. Садись за стол! Сейчас закончу жарить отбивные, посидим, поговорим, а потом в постельку на обниманцы. А пока раздевайся и марш в душ! Не забудь смазать подмышки одорантом!, – деловито возясь у плиты, скомандовала Алена.
Струя прохладной воды частично сняла усталость с Максима, и голодный желудок настоятельно потребовал насыщения. Ужинали, как часто бывало, при свечах. Смешливо глядя на жадность, с которой любовник набросился на еду, и попивая из бокала красное вино, Алена молчала, лишь легким движением откинув полу банного халата и почти обнажив полноватую грудь.
Почувствовав, что любимый мужчина насытился, подполковник полиции по связям со СМИ очаровательно улыбнулась и потребовала:
– Макс! Вижу, ты удручен и не особенно рад моему визиту. А я так мечтала о встрече с тобой, что едва дождалась, пока муж уедет в очередную командировку. Если дело в деньгах – не проблема. Мой папа может помочь. Расскажи, что тебя так встревожило?
Киреев немного расслабился, да и бокал хорошего вина развязал ему язык. Поведав Алене о своих неприятностях, он выжидательно взглянул на нее, в надежде получить если не ценный совет, то хотя – бы утешение. Алена встала из‑за стола, присела к Максиму на колени и, поглаживая его отросшую шевелюру, заявила:
– Я верю в тебя, мое солнышко! Помнишь, я предлагала использовать мои связи и авторитет мужа, чтобы тебя не увольняли? Но ты оказался тупо – гордым и отверг мою помощь. А теперь я вновь советую не пренебрегать моими возможностями. Сумма в пятьдесят тысяч евро очень значительна и ясно, что она на тебя давит чисто психологически. Я поговорю с папой, и этот банкир тут же найдет другого сыщика. Пусть тот пошевелит своими тупыми мозгами. Если тебе надоест свободное плавание на детективных волнах, проблемы восстановить тебя в должности для меня нет никакой. Однако чувствую, что ты упрям и никогда не отступишься от сложнейшей задачи поиска банды двойников. А теперь займемся любовью. В предвкушении твоих ласк я уже изнемогаю.
Наутро, проводив любимую женщину, не выспавшийся Максим пришел в ярость, увидев конверт с деньгами, лежащий на столе. Он схватил свой мобильник и, набрав номер Алены, обрушился на нее с упреками. Но ответ получил краткий и суровый:
– Макс, брось ныть! Никакой ты не альфонс! Милый мой! Вчера ты поведал о своих трудностях в расследовании ограбления банка бандой двойников. Уверена, что в ближайшее время тебе не удастся распутать этот сложный клубок. Считай, что я тебе деньги заняла и вернешь, когда получишь свой гонорар. А они могут понадобиться даже на банальный бензин, не говоря о других непредвиденных расходах. Ведь ты у меня простачок, и не удосужился потребовать с директора банка аванс на проведение следственных действий. Адью!
Проследив за отъездом крутого «мерса» Алены, Киреев поплелся к своей старушке. На этот раз дорогой внедорожник не перегородил ему выезд, а хамски закрыл проезд другой невзрачной машине. Поразмыслив немного, Максим взял курс на Горьковское шоссе и, сравнительно недолго поболтавшись в пробке, добрался до Балашихи. Там, в квартирке дома древней застройки проживала семья погибшего неделю назад в ДТП таксиста Виталия Андреевича Голоты.
Дверь открыла молодая женщина в черном платке с покрасневшими от слез глазами.
Киреев представился:
– Максим! Давний друг вашего погибшего мужа. Я был в отъезде и мне поздно сообщили об этой страшной аварии на МКАДе. Какая трагедия! Царство ему небесное! Разрешите войти и поговорить о вашем муже. Ведь я задолжал ему кое‑какие деньги и готов вручить их вам. Это дело чести. Позвольте?
В двухкомнатной квартирке было бедно, но чисто. В углу на потертом ковре девочка лет пяти возилась с куклами, а на секретере в рамке с черной лентой Максим увидел портрет усопшего таксиста.
Выложив пухлый конверт с деньгами на стол, и в упор глядя на миловидную хозяйку, Киреев начал разговор:
– Разве вам Виталик никогда не рассказывал обо мне? Очень жаль! Мы с ним прошли огонь, воду и медные трубы на суровом поприще извозчиков. Как‑то разговора по душам у нас не получалось. Он мало рассказывал о себе и своих близких, никогда не жалуясь на жизнь. Я тоже не распространялся о своем личном. Так, шутили, смеялись, помогали друг – другу, уступали клиентов. В общем, дружили. Скажите, у Виталика есть брат – близнец? Кажется, он как‑то намекал на это.
Хозяйка округлила большие глаза и удивленно ответила:
