Мой муж – Демон, или Разведите нас немедленно!

– Выметайся, – выдаёт равнодушно.

Не задумываясь, куда пойду, я дёргаю ручку на двери авто и выхожу на улицу. Стоя на снегу в носках и пижаме, которая совсем не защищает от ледяного ветра, я рискую схватить воспаление лёгких. Пусть. Эдгар умудрился парой слов так испортить мне настроение, что ни о чём другом думать я не могу.

Страшный и ужасный демон, соглядатай королевского двора, способный безнаказанно убить любого… Ха! Обычный брюзга, который лет через десять покроется плесенью, если продолжит в том же духе.

Я собираюсь подарить демону на прощанье самый «пламенный» взгляд, на который способна, и уйти эффектно.

– Всего хорошего, господин зануда, – делаю ему ручкой и иду по тротуару прочь.

– Далеко собралась? – голос мужа летит мне вдогонку.

– А это не твоё дело! – оборачиваюсь. – Ой!

Демон стоит совсем близко и держит в руке шкатулку, которую нам выдали в участке.

– Возьми, – вручает мне вещицу, – и иди домой. Весь третий этаж в твоём распоряжении. На телефонные звонки не отвечай. Всё понятно?

– Не понятно, – гну бровь в знак протеста.

– Ключ под ковриком, – демон берёт меня за плечи и разворачивает лицом к дому из красного кирпича. – До вечера, несчастье моё, – его шёпот обжигает моё ухо.

От прикосновений, голоса, запаха этого мужчины у меня голова кругом. Как ему объяснить, что прикасаться ко мне опасно для жизни? Для моей, естественно…

Очнувшись, я понимаю, что осталась одна. Шикарного ретро‑автомобиля Эдгара, как и его самого, след простыл. А вот мурашки у меня остались. Соберись, Софи!

– Вот ведь… – я качаю головой, глядя на единственное не украшенное к Рождеству крыльцо.

Даже если бы Эдгар не показал мне, где живёт, я бы догадалась. Похоже, он единственный в этом городе, кто не любит праздник. Мог хотя бы венок из еловых веток на дверь повесить. Ах, да – «В моём доме не празднуют Рождество» и бу‑бу‑бу. Зануда.

 

[1] Викунья – парнокопытное млекопитающее. Шерсть этого животного считается самой дорогой. Пряжа, сделанная из неё, в нашем мире может стоить несколько десятков тысяч рублей за сто грамм.

 

Глава 4

 

По гололёду, превышая скорость и рискуя разбиться в лепёшку, я гоню авто по узким дорогам Альвахалла. До встречи с великой и многорукой остаётся всего десять минут. Я дико опаздываю!

Чудом не вписавшись в ограждение на королевской парковке, бросаю авто и несусь во дворец. Здесь моя ненависть к ступенькам становится особенно яркой, но сегодня её можно помножить на два. Вот только Эдгар Аш никогда не опаздывал, и сейчас этого не случится.

За минуту до полудня я стою у дверей тронного зала и пытаюсь отдышаться. В мятом кашемировом пальто, в грязном шарфе, с растрёпанными волосами и капельками пота на висках. Я не готов предстать перед Её Величеством, но сделать это придётся.

– Господин Аш!

Ко мне спешит королевский церемониймейстер. Старик, как всегда, разодет – парча‑вышивка, дорого‑богато, и лицо у него крайне обеспокоенное.

– В чём дело? – я берусь за позолоченную дверную ручку, собираясь войти в зал.

– Королева отменила официальный приём, – сообщает распорядитель церемоний.

– Какого дьявола?! – разжимаю пальцы, а в груди пульсирует ярость. – Почему меня не предупредили?!

– Мы пытались, – оправдывается старик. – Вас искали по всему городу.

И, конечно, не нашли. Никому в голову не могло прийти, что я всё утро торчал в гоблинском полицейском участке. По очень личному делу.

– Я понял… – выдыхаю.

– Королева сейчас в библиотеке, и она просила вас заглянуть к ней на чашку послеобеденного чая, – шёпотом выдаёт церемониймейстер.

Вот как? Официальный приём отменён, но мне предстоит неформальная встреча. Пятой точкой чую – что‑то случилось.

– Почисть это, – я стягиваю шарф с шеи и отдаю его седовласому старику, – и пальто приведи в порядок. Сам.

Королевский церемониймейстер – не прачка, он недоволен приказом, но перечить не решается. Сдержано кланяется и идёт прочь, забрав с собой мою одежду.

А я должен спешить в библиотеку, где меня ждёт великая и многорукая королева Фретрика.

Библиотека дворца воистину великое место – как по размеру, так и по объёму книг, которые здесь собраны. Заблудиться среди величественных стеллажей из ценных пород дерева как нечего делать. Но у меня тропинка протоптана – по бордовой ковровой дорожке вдоль секции с исторической литературой, направо мимо древних гримуаров и снова прямо к огромному панорамному окну – великая и многорукая любит выпить чая, наслаждаясь видом на Альвахалл. Он прекрасен – чистая правда.

– Ваше Величество, – я встаю перед правительницей на одно колено и склоняю голову.

– Ты не ко времени, – голос у неё уставший, да и вид тоже. – Что‑то случилось?

– Прошу простить, Ваше Величество. Личные обстоятельства помешали быть вовремя. Но такое больше не повторится.

– Оставь официальный тон, Эдгар. Давай просто выпьем чаю.

– С удовольствием, – я занимаю свободное кресло рядом с королевой.

Все шесть рук правительницы заняты чайной церемонией. Любит великая и многорукая послеобеденный ритуал, и я люблю, особенно – в её компании. Это всегда захватывающее зрелище – можно вечно смотреть, как три пары королевских рук ловко управляются с чайником, чашками и ложечками.

– К слову о личном, – Её Величество протягивает мне фарфоровую чашечку, – ты просил дюжину дней отпуска, чтобы съездить к родителям, – вздыхает. – Увы, я вынуждена тебе отказать.

Это уже не важно. Я и так отменил поездку – по очень личным обстоятельствам. У этих обстоятельств безумно красивые глаза цвета неба с пушистыми ресничками. А какая у Софи фигурка! М‑м‑м… Вспоминаю, как нёс её на плече по улице, и по телу разливается приятное тепло.

– Твою королеву… – шепчу едва слышно и припадаю губами к чашке.

– Что ты сказал? – Фретрика смотрит на меня с недоумением.

– Я сказал, ничего страшного, моя королева, – достаю из своего арсенала самую очаровательную улыбку. – Нанесу визит родителям в другой раз.