Найди меня там, где все начиналось

– Это не значит, что я их любила.

– Так, стоп, – спохватилась я. – Что случилось с Ондо? И ты точно уверена, что он жив?

– Я не знаю, очень себя корю, что не стала лезть с расспросами о том, чем он так занят в последнее время. Но хочется верить, что он жив.

– Ты говорила про сундук. Где он?

– В академии, естественно, – пожала плечами Джо. – Нам нужно туда попасть.

– В академию? Серьезно? Да ее охраняют лучше, чем замок!

– Да, просто так, без приглашения в нее не попасть. Я туда слетать незаметно не смогу, еще на подлете охранительные гадатели превратят меня во что‑нибудь ужасное типа змеи или человека.

Мои брови удивленно поднялись:

– Человека? Думала, ты о нас лучшего мнения.

– Только несколько людей достойны моего общества.

– О, какая честь, – сказала я. – Так, я устала, слишком много информации за один вечер. Нужно все это обмозговать. Завтра попробуем что‑нибудь придумать. Если есть надежда спасти Ондо, надо действовать.

Мысли о друге и о том, что я как‑то могу ему помочь, долго не давали мне уснуть. Только под утро мне это удалось. Ненадолго. Разбудили крики с улицы. Наспех надев поверх сорочки мантию, я подбежала к окну и распахнула его.

Крики стали громче, казалось, они исходили со всех сторон. Но больше меня привлек шорох внизу. Пытаясь разглядеть, что там, я перевесилась через окно. В этот же момент что‑то подпрыгнуло с земли и вцепилось мне в нос. Визжа громче, чем банши, я попыталась стряхнуть с себя это. Нос уже невозможно болел, вдобавок существо отвратительно пахло. Кое‑как получилось оторвать гада. Взору предстало нечто с маленькими ручками и ножками, но совсем не милыми. Приглядевшись, я поняла, что это ожившая кукуруза.

 

Глава 4

 

 

 

Я выкинула кукурузу за окно, но тут же спохватилась, что не проверила, какого рода магия там присутствует. Пришлось лезть на подоконник. Маленькое чудовище уже бежало в сторону рынка. Судя по крикам, там орудовали ее собратья.

В комнату испуганно влетела Джо с кукурузой на крыле:

– Это что еще такое?!

– Черт его знает, что это такое, – задумчиво произнесла я и сняла мини‑чудовище с крыла горгульи.

Рисуя парализующую руну, я параллельно изучала кукурузу: присутствуют глаза, руки, ноги и очень сильная вонь болота и фиалок. Без сомнения, было использовано воскрешающее зелье.

Когда‑то живых зелье без проблем возвращает к жизни – если можно назвать жизнью полное отсутствие эмоций и чувств. На неодушевленные предметы зелье действует по‑другому: заставляет двигаться, бесцельно куда‑то идти, желательно толпой (если оживших много), кусать все, что, по их мнению, угрожает жизни.

Нужно срочно убрать это безобразие. Конечно, никакой смертельной угрозы кому‑либо нет, но неудобств ожившая кукуруза принесет массу. Обратить воскрешающее зелье можно только закатным. Готовилось оно легко и быстро. Другой вопрос, как им обрызгать всех этих существ. Я не могу бегать по улице и собирать каждого отдельно, это долго и не очень эффективно, мало ли пропущу еще кого.

Я посмотрела на небо:

– Джо, мне нужно вызвать дождь, а на небе нет ни одной тучи.

– Хм, – горгулья посмотрела по сторонам, – по‑моему, у тебя полно ковров, ты знаешь руну, преобразующую материал, и у тебя есть чудесное и милое создание с крыльями и очаровательной улыбкой, которое поможет тебе поднять что угодно в небо…

Свалив все ковры во дворе, Джо начала обливать их зельем. Я в это время рисовала целый ряд рун. Когда последняя была готова, куча начала преображаться в огромное облако.

– Я одна это не подниму, – Джо показала на свои коротенькие лапки.

Намеки я понимать умею, но летать на метлах просто ненавижу: то ворона встречного собью, то сама в дерево впечатаюсь. До сих пор не понимаю, как мне выдали разрешение на полеты.

– Полетели, – без энтузиазма согласилась я.

Сверху был виден масштаб катастрофы. Местная бабка‑повитуха залезла на позорный столб явно по своей воле. Уж не знаю, чем угрожала эта бабка их жизни, однако кукурузины настойчиво пытались в прыжке укусить женщину за пятку. Пекарь не очень успешно отбивался длиннющим багетом, который укорачивался с каждым попаданием по существам. Протодиакон церкви Святого Вездесущего размахивал портретом короля и зажигал благовония. Наверное, кукурузам не нравился запах, и они обходили стороной служителя церкви. Или боялись нашего могучего правителя – кто ж их разберет.

Одной рукой держа облако, а второй кисть, я каким‑то чудом не упала с метлы и нарисовала руну. Начался дождь. Мы плавно передвигались над деревней, стараясь намочить каждый уголок. Наконец шумы стихли, а существа стали обычными початками кукурузы. Я стерла руны, и облако сначала превратилось обратно в ковры, а потом снова в облако – из ниток и пыли. Я очень пожалела, что ни разу за все время не удосужилась выбить ковры или хотя бы нарисовать чистящую руну – сейчас бы клубы пыли не опускались и не застилали всю деревню толстым слоем сора.

Мы с Джо переглянулись и спустились вниз.

– Лиу, пожалуй, нам пора домой. Что‑то чаю так хочется. Ты не переживай, ветром это все унесет. За несколько дней. Или не унесет, – она потрогала пыль лапкой. – Не унесет. На зелье приклеилось.