Наследие зла. Герои Хаула. Книга 2

Гарэл покосился на прохожих. Он понимал, о чем те говорят – привезли новых женщин‑рабов, которых здесь использовали в публичных домах для известных целей. Правительство снабжает бойцов проститутками и получает назад жалование, которое воины получают от армии. Круговорот денег в государстве. Это было заманчиво, но стоило вспомнить реакцию сестры, как Гарэла замутило. После первого и последнего раза, когда он воспользовался женщиной, Нинель что‑то подсыпала ему в еду. Он провел пару дней в уборной, пока не извинился. Конечно, после он завалил вход в дом камнями и ушел в разведку на три дня, но Нинель пережила это стойко. Она не изменила мнения, напомнив брату, что на месте этих женщин могла быть она.

– Опять баб привезли, – произнес Радомир, видимо, тоже услышав диалог прохожих. Гарэл скривился, и тот добавил: – Да, мне от Нинель тоже досталось в свое время. Больше ей не рассказываю о подобном.

– Было глупо с твоей стороны говорить ей об этом, – продолжив путь, заметил Гарэл. – Ты же знаешь, как она относится к рабству и насилию.

– На тот момент я не знал. – Радомир опустил взгляд в землю. – Иначе бы молчал.

Радомир снимал комнату в корчме «Синий кабан» (раньше эта корчма называлась «Синяя свинья», но кто‑то смеха ради подрисовал свинье мужской орган). Бойцы седьмого отряда не жили в казармах с остальными служивыми. Так повелось с самого начала. Все они в прошлом были наемниками, кроме Эмириса и Белквиста, даже их командир – Гринмар, которому сейчас доверяли как истинному мариграндцу. Пожалуй, седьмой остался единственным отрядом, где почти не сменился состав. Во всех остальных бойцы менялись чуть ли не после каждого задания. Поэтому седьмой отряд считался элитой среди разведчиков.

Гарэл махнул Радомиру на прощание и побрел в одиночестве вниз по улице. Послышался звон колокола – вечерняя молитва окончилась. Люди просили помощи и спасения у Светлобога. Жрецы собирали силу веры, вложенную в молитвы, и укрепляли стены города. Эта сила появилась вскоре после того, как пал Виаласт. Ее называли милостью Светлобога, и она укрепляла предметы верующих. Гарэл не любил светлобожественную веру, поэтому не вникал в это странное явление.

Сумерки быстро сгущались, и орк добрался до дома уже затемно. Он оглядел невысокое строение, которое выделялось среди прочих зданий своей чудной формой. Бревенчатый дом на сваях, с покатой крышей из бамбука, весь заросший плющом. Он казался странным зеленым чудом среди каменных домов города. Многие крутили у виска, когда они построили дом. Все говорили, что первый же ураган снесет его, а в сезон дождей он развалится и уплывет. Однако дом выдержал непогоду, и в нем всегда было сухо и уютно: в жару – прохладно, в холод – тепло.

Скрипнув калиткой невысокой оградки, орк вошел в небольшой садик перед домом. Все растения в нем были ухожены и политы. Гарэл окинул взглядом дерево, росшее справа от дома и покрытое ароматными цветами. Апельсин, так полюбившийся Нинель.

Гарэл вошел во мрак прихожей и принялся снимать с себя доспехи и оружие и аккуратно складывать на стеллаж. Дома было тихо. Гарэл поставил пыльные сапоги на пол и поднялся на две ступени. Деревянные доски пола отдавали теплом.

– Нинель! – позвал он. – Ты дома?

– Да, – услышал он слабый ответ из комнаты.

Гарэл вздохнул и пошел на голос. Он нашел эльфийку сидящей в плетеном кресле возле стола. Она слабо улыбнулась ему, потянулась к глиняному кувшину и заткнула горлышко пробкой. Гарэл окинул взглядом комнату, в которой она занималась созданием эликсиров и прочих лечебных штуковин. Комната была заполнена ящиками, расставленными повсюду в несколько этажей. Возле эльфийки стоял открытый ящик, в который были составлены стеклянные флаконы с жидкостью.

– Опять заказ армии? – Гарэл заметил темные круги под глазами сестры. – Сколько дней ты не спала?

– Пару дней, не беспокойся, – отмахнулась Нинель. Окинув взглядом брата, она слабо улыбнулась: – Я рада, что ты вернулся целым.

– Ты ела что‑нибудь за это время? – орк нахмурился. За те три дня, что он не видел сестру, она заметно похудела и побледнела.

– Не помню.

– Нинель, если ты будешь постоянно сидеть в темном доме и варить зелья, ты превратишься в худосочную бабулю. Ты видела себя?

Нинель посмотрела на брата и слегка улыбнулась.

– Твои синяки под глазами можно спутать с пустыми глазницами. Пойдем, – позвал орк.

– Куда?

– Проветришься.

Нинель пожала плечами и поднялась с кресла. На ней было короткое, безрукавное платье из мягкой ткани, которое она носила только дома. Гарэл вышел на улицу, дожидаясь, когда сестра переоденется. В ветвях апельсина запела птица.

Выйдя из дома, Нинель пробормотала хвалу Акиме, за то, что уже темно. Ей явно было тяжело выходить на свет после бессонных ночей.

– Радомир позвал выпить в корчме, – рассказал Гарэл. – Говорит, соскучился.

– Ой, не смеши, – прыснула Нинель. – Мы не виделись неделю.

– Мое дело передать его слова, – пожал плечами Гарэл, глядя, как Нинель потягивается и разминается. – Запри дверь, здесь не Одрелоун!

Нинель с упреком глянула него и, заставив расти ветви апельсина, забаррикадировала ими дверь.

– Не первый год живу среди людей, – буркнула она.

Гарэл ехидно улыбнулся, хотя в его глазах было некоторое беспокойство.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, открывая калитку.

– Паршиво, – ворчливо ответила Нинель. – Но если ты о моем женском здоровье – то все в порядке. Все прошло. Я уже почти в норме.

Гарэл удовлетворенно кивнул. До корчмы была пара кварталов, Радомир словно нарочно поселился неподалеку. Гарэл и Нинель дошли до «Синего кабана» в молчании, наслаждаясь прохладой и тишиной ночного города.

Зато в корчме было довольно людно и шумно. Радомир стоял у стойки и разговаривал с хозяином.

– А вот и полукровка с чудной, – улыбаясь, воскликнул Радомир. – Не ожидал вас тут увидеть. Оу, Нинель, что с глазами?

– Решила подкрасить углем, чтобы красивее быть, – пошутила Нинель. – О боги, как я хочу жрать! Можно мне рыбки?

Хозяин рассмеялся и распорядился подать ужин для уважаемых гостей.

– Заказ от армии пришел, – начала рассказывать Нинель, когда они уселись за стол с тарелками риса, сыра, хлеба и рыбы. – Запас обеззараживающих эликсиров. Семь ящиков. Но на ящиках нет эмблемы армии Маригранда. Возможно, хотят продать в другую страну.

– Думаешь, кто‑то подкупил главного лекаря? – спросил Радомир.