Настоящая попаданка

Уже две недели я в этом странном мире, но всё никак не могу освоиться. Слишком много информации, слишком много всего. Как они здесь живут? Это же просто невозможно – одновременно столько всего держать в голове! Говорят все вроде на знакомом языке, но большинство понятий мне просто неизвестны, и даже вычитанные в словаре определения не помогают. О, на то, чтобы разобраться с письменностью, у меня ушло немало времени, но теперь я довольно бегло могла читать на местном наречии – правда, мне это мало чем помогло.

Сегодня меня ждёт встреча с психотерапевтом – так называют здесь мага‑лекаря, который лечит душевнобольных. Те добрые люди, которые называют себя моими родителями и заботятся обо мне, уверяют, что психотерапевт поможет мне вспомнить свою настоящую жизнь, в которой я – не мать семерых детей, а их родная дочь. Мои воспоминания о прошлой жизни называют ложными. Но я‑то знаю, что это не так. Я сильно заболела и, похоже, умерла? И теперь это моё посмертие?

Что же, надо сказать, что тело мне досталось молодое и красивое, даже вспомнила собственную юность. А нынешние мои родители намного больше любят меня, чем мои собственные, оставленные в другом мире. К такому легко привыкнуть. И если бы не мои детки, особенно младший, Андрюшенька – я бы ни о чем не печалилась. Что ни говори, приятно почувствовать себя вновь юной и привлекательной, вызывать восхищенные мужские взгляды – я уже и забыла, каково это. Когда не надо гнуть спину с утра до вечера, когда тебя любят, холят и лелеют – это не то что воскрешает давно забытые ощущения, а словно восполняет всё то, чего я была лишена вовсе.

Я ведь и не помню такого в своей жизни: мы в деревнях с детства приучены работать, а родители так не опекают и не балуют нас, как богатые своих детей. И всё было бы замечательно, но я не могу оставить своих детей, а потому должна найти способ вернуться обратно. Мои дети, мои кровиночки – как они там без меня? Хоть бы Настасья присмотрела за ними. Гиртан – неплохой добытчик, но нянькаться с детьми он не будет. Когда‑то он был таким красавчиком, что сразу вскружил мне голову, но, если бы не беременность, вряд ли бы я за него вышла. А потом как‑то всё пошло по накатанной: дети, работа по хозяйству, дом. Чувства давно остыли, еще после первого ребенка, но раз уж судьба объединила нас в семью, то мы и жили, как положено. Решили, что раз так получилось, то сперва родим и вырастим детей, а потом уже поживём для себя. Только вот всё надо делать вовремя.

Со временем я стала приходить в ужас от мысли, что дети вырастут, и мы останемся с Гиром вдвоём. Что мы с ним будем делать, о чем говорить? Наверное, поэтому я продолжала рожать, надеясь оттянуть тем самым момент, когда мы останемся наедине и поймём, что нас уже ничто не связывает. Да, не о такой любви я мечтала в юности, не о такой жизни.

Недавно я видела сон, как будто моё место в том мире заняла другая женщина. Вроде бы та самая девушка, в чьём теле я сейчас нахожусь. Она кормила грудью моего Андрейку, баюкала его, гладила по головке Марусю, рассказывала детям странную сказку. Возможно, мне так сильно не хотелось оставлять моих детей, вот мне и приснился сон, что у них всё хорошо? Или это не сон всё‑таки? Знать бы наверняка – тогда я бы не так волновалась за своих деток. Вроде, девушка к ним хорошо относится. Но, скорее всего, я принимаю желаемое за действительное. Хотя был еще момент, когда я вдруг увидела в зеркале себя прежнюю, правда, с незнакомым мне выражением глаз. И я подумала тогда на миг, что это она, та девушка, в моём теле! Я окликнула её, но в следующую секунду всё пропало. Может, я правда схожу с ума? Надеюсь, лекарь мне всё объяснит.

***

Влада.

 

Проснувшись посреди ночи, чтобы покормить малыша, я обнаружила себя лежащей не на краю, как обычно, а почти посередине кровати, а спящий Гиртан устроил свою руку у меня на животе. Мда… То ли я настолько расслабилась после вчерашнего разговора, то ли «муж» решил, что лёд тронулся, то ли всё вместе. Надо мне быть поосмотрительнее, чтобы не познать все радости семейной жизни в полном объёме, так сказать.

В идеале, конечно, мне бы найти себе другое спальное место, но, во‑первых, это трудноосуществимо – вторая кровать тут никак не поместится, а во‑вторых, не хочется портить с таким трудом налаженные отношения. Ведь Гиртан стопроцентно не поймёт, особенно учитывая наш продуктивный разговор вчера. Обидится. А мне нужны с ним хорошие отношения, если я всё же хочу попасть к магам. В крайнем случае, можно будет потеснить детей на печке – сделать вид, что рассказывала им сказку и не заметила, как уснула. Но места там крайне мало и вряд ли такой сон принесёт достаточный отдых.

Ладно, будем решать проблемы по мере возникновения. Всё‑таки у меня, типа, амнезия, так что могу продолжать давить на это. С такими размышлениями, я аккуратно выползла из‑под руки супруга, поднялась и прошла к хнычущему Андрейке. Я так привыкла просыпаться под эти звуки, что вставала на автомате. Мой маленький будильник, когда хотел кушать, не кричал, не плакал, а хныкал. Жалобно так, словно котёночек. А вот если он плачет, то это означает, что пора менять пелёнки.

С ума сойти, могли ли я подумать, что так неожиданно стану молодой мамой? Конечно, Андрейка – не мой сын, и нам придётся расстаться, когда я отправлюсь домой, но теперь я точно знаю, что хочу испытать это в своей настоящей жизни, хочу прижать к груди своего ребенка, зная, что его никто не заберет, что он действительно мой. Впрочем, все эти размышления не мешали мне испытывать невероятную нежность к этому маленькому человечку, и я гнала от себя мысли о том, как тяжело мне будет расстаться с ним.

А наутро я решила, что пришла пора начать новую жизнь. Пора прекращать бессмысленный и беспощадный выматывающий ручной труд, и заняться, наконец, своей внешностью. Женщина я или нет?

Первом делом после завтрака я сгоняла к Насте и договорилась, что наши мальчишки – её Авест и мой Егорка – будут по очереди пасти её и наших коров. А что? Зачем тратить лишний человеческий ресурс, когда ту же работу может выполнять один человек? Где две коровы, там и четыре. Странно, что местные до этого сами не додумались. Хотя, что‑то мне подсказывает, что таким образом детей просто хотели приучить к труду, дать им какую‑то посильную, но ответственную работу. Однако у меня для Егорки будет другая задача. Раньше прополка была всецело Лялькиной обязанностью, но я решила, что пора девочку приобщать к ведению домашнего хозяйства, а с сорняками справится и Егор. Поэтому теперь один день он полол грядки, один – пас коров. В качестве поощрения для него, я разрешила при выполнении плана по прополке, в оставшееся время гонять по улице с соседскими мальчишками и заниматься всем тем, чем занимаются мальчишки в его возрасте.

Лялька же будет помогать Даринке с организацией обедов и ужинов. Завтраки я, так и быть, оставлю за собой – всё равно вставать Андрейку кормить, а девчонки пусть подольше поспят. Думаю, вдвоём они прекрасно справятся, тем более, что Лялька уже много умеет, а Дарина всего на пару лет младше меня, но знает и умеет намного больше.

Всю уборку, мытье посуды и стирку белья я поручила Гришке. Понятное дело, что выполнял он эту работу не вручную, а с помощью своей магии. А что, ему же надо тренироваться перед поступлением? Вот пусть и тренируется с пользой. Тем более, что я даже не сильно его отрывала от основной работы в поле: на все очистные мероприятия у него уходило не более получаса. Всё‑таки магия – вещь!

Пыталась приобщить Гриньку и к уничтожению сорняков – а что, грязь и пыль он как‑то ликвидирует же, может, и сорняки так получится удалять? Но нет, сорняки оставались на месте, хотя блестели чистыми, лишенными пыли и грязи, листочками. В общем, не вариант. Но ничего страшного, зато с сорняками отлично справлялся Егорка.