Невеста с изъяном для Альфы

«Бесполезная самка…»

«Грязнокровка…»

«Смесок…»

«Надо гнать её из клана…»

«Позор…»

Каждый, кто раньше улыбался мне при встрече и заискивающе смотрел в глаза дочке Альфы клана серых волков, сейчас клеймил меня. Но что поразило больше всего, Белые молча взирали на это всё и только хмурые взгляды, говорили о том, что ситуация им не нравится от слова совсем.

– Тихо! Я требую стол переговоров… – из толпы вышел отец моего бывшего жениха и посмотрел по очереди на свою жену, сына, и моих родителей. – Думаю, Максима мы привлекать не будем – он проводит в свои комнаты Анастасию!

– Конечно! – брат оказался рядом в мгновение ока и ободряюще стиснул мою холодную ладонь в своих руках. Он мягко, но верно уводил меня в сторону от толпы, чтобы дать мне возможность высказаться.

– Что произошло? – хмуро спросил парень, смотря как первые слезинки начинаю скатываться по моим щекам. Скоро это превратиться в истерику и сдерживать её у меня нет ни сил, ни времени, ни желания.

Стиснув в руках фату, которую чудом успела подхватить, когда Андрей волоком тащил меня к костру, посмотрела на неё, как на ядовитую змею. Тотчас фата полетела в сторону, словно она одна виновата в моих бедах, а сама я опустилась на стылую землю.

– Ненавижу его! Ненавижу… – волком выла, размазывая непрошеные слёзы по щекам. Фата валялась в луже грязи, символизируя мою разбитую жизнь.

– Успокойся, клан не оставит это просто так! – словно меня это может беспокоить. Толку оттого что его накажут? Мой позор лёг несмываемым пятном не только на меня, но и на весь клан серых волков. После этого будет только исключение из волчьей общины!

 

Глава 2.

 

Я решительно поднималась по лестнице в дом, в котором прожила всю свою сознательную жизнь. Да, в ней не всегда были светлые моменты, даже зачастую меня преследовала чёрная полоса неудач, но сегодняшний день станет апогеем всего, что было до этого.

– Пошли! – из входных дверей показался брат и резко спустился, при этом хватая меня за руку и таща за собой.

– Что случилось? – поражённо спросила в ответ и теряя весь свой боевой настрой.

– Нам здесь делать нечего, мы уходим! – как‑то зло бросил Максим, идя в сторону своей криво припаркованной машины. Видимо, он слишком торопился попасть сюда, раз так небрежно отнёсся к своей первой и горячо любимой машине.

Но сесть в машину мы не успели, на крыльце показался взбешённый до невозможности отец. Он быстро спустился к нам, перепрыгивая через две, а то и три ступени. Несмотря на свой почтенный возраст, батюшка очень быстро оказался возле меня и схватил за руку. Так я оказалась распята между двумя мужчинами. И если Максу я безоговорочно доверяла, то родитель не вызывал никаких положительных эмоций от слова «совсем».

– Стой, мерзавка! Опозорила клан и теперь сбега́ешь! – свою ярость отец просто выплёскивал на меня. И не только словами, но и крепкой хваткой, после которой точно останутся отвратительного вида синяки.

– Я забираю её. Не вынуждай меня идти на крайние меры! – каждое слово брата было по нервам. Неужели всё настолько серьёзно? Ведь этот тон я у Макса слышала однажды, когда он ставил родителей перед фактом, что не готов жить за счёт стаи и уходит в город, чтобы попытаться построить свой бизнес.

– Какое право, щенок, ты имеешь вмешиваться в семью, от которой добровольно отрёкся? – презрительное выражение исказило и так не очень приятные черты лица.

– Она моя сестра, по крови, отец. И тебе этого не изменить, – мужчины долго играли в гляделки и, никто не желал первым отвести глаза.

– Ты сам роешь себе могилу, сын, – последнее слово он выделил особой интонацией, вкладывая туда всю ненависть и презрение. Как же! Единственный наследник отказался от своего предназначения и отправился искать себя. – Завтра, на закате!

– Не дури! – голос Максима сделался ещё злее, а вокруг нас собралась толпа зевак.

– Твоё слово, сын? – издевательская усмешка скользнула по губам отца. – Только так ты сможешь забрать её из дома.

– Я принимаю вызов, отец! – не менее презрительно бросил в ответ Макс и потянул меня на себя, как только моя рука получила долгожданную свободу. – Настёна, садись в машину!

– А ты? – сама не заметила, как ухватила его за рукав пиджака, а дрожащие пальцы намертво вцепились в ткань.

– И я, – он мягко подтолкнул меня к пассажирскому сиденью и сам пристегнул ремнём.

Когда пассажирская дверь закрылась, отец что‑то сказал Максиму и это, явно не понравилось брату. Но вся его реакция на слова родителя уместилась в сведённые на переносице брови. Жаль, что я не слышала, что именно было там сказано.

– Поехали, – сев за руль, он повернулся ко мне всем корпусом, убедившись, что со мной всё в порядке. И лишь когда беглый осмотр его удовлетворил, он тронулся с места.

– Максим, что теперь делать? – нервно дёргая край рваного белого платья, спросила, не поднимая глаз.

– Спать, – улыбнулся в ответ брат, внимательно смотря за доро́гой. – А завтра мы найдём тебе квартиру!

Всю дорогу до городской квартиры Максима мы ехали молча. Он не заводил неприятных тем, а я старалась успокоиться. Но получалось очень отвратительно. В итоге накрутила себя до такой степени, что готова была выбежать из машины и мчаться обратно, к отцу. Ведь Максим принял вызов и, значит, бой состоится. Вряд ли я смогу простить себе, если с Максимом что‑то случиться.

– Максим, – тихо позвала я парня, что вышел из машины и открыл мне дверь, чтобы помочь выбраться.

– Мм? – стоило только мне выйти, как он захлопнул дверь и пошёл к багажнику.

– Может, сто́ит вернуть меня отцу? Я не хочу, чтобы вы покалечили друг друга из‑за меня. Это неправильно! – с жаром просветила брата в свой простой, но гениальный план.

– Отлично! Садись, отвезу, – брови на переносице сошлись ещё сильнее. Он не стал меня отговаривать, и это ввело меня в состояние ступора.

– Хорошо, – развивать тему я тоже не решилась, а лишь развернулась, чтобы сесть обратно, в машину.

– Вот только знаешь, что тебя ждёт дома? – его слова заставили остановиться и замереть на месте. – Позорный столб. Десять ударов.

– Что? – не веря собственным ушам, спросила в ответ. – За что?

– За то, что посмела опозорить клан и своего отца, – пожал плечами в ответ Максим.

– Но при чём здесь я? Разве это было намерено? – с ужасом воскликнула в ответ. Я откровенно не понимала, почему так жесток отец.