Нож сновидений

Автор: Роберт Джордан

Дата написания: 2005

Возрастное ограничение: 16+

Текст обновлен: 30.10.2023

Аннотация

Последняя битва не за горами. Об этом говорят знамения, повсеместно наблюдаемые людьми: на улицах городов и сел появляются ходячие мертвецы, они больше не в состоянии покоиться в земле с миром; восстают из небытия города и исчезают на глазах у людей… Все это знак того, что истончается окружающая реальность и укрепляется могущество Темного. Так говорят древние предсказания.

Ранд ал’Тор, Дракон Возрожденный, скрывается в отдаленном поместье, чтобы опасность, ему грозящая, не коснулась кого‑нибудь еще. Убежденный, что для Последней битвы нужно собрать как можно большее войско, он наконец решает заключить с явившимися из‑за океана шончан жизненно необходимое перемирие.

Илэйн, осажденная в Кэймлине, обороняет город от войск Аримиллы, претендующей на андорский трон, и одновременно ведет переговоры с представителями других знатных Домов.

Эгвейн, возведенную на Престол Амерлин мятежными Айз Седай и схваченную в результате предательства, доставляют в Тар Валон, в Белую Башню.

А сам лагерь противников Элайды взбудоражен таинственными убийствами, совершенными посредством Единой Силы…

В настоящем издании текст романа заново отредактирован и исправлен.

Роберт Джордан

Колесо Времени. Книга 11. Нож сновидений

Robert Jordan KNIFE OF DREAMS

Издательство Азбука®

Памяти Чарльза Сент‑Джорджа Синклера Адамса

6 июля 1976 – 13 апреля 2005

Сладость победы и горечь поражения – все равно что нож сновидений.

Из книги Мэдока Комадрина «Туман и сталь»

Нож сновидений - Роберт Джордан

Пролог

Угли на сухую траву

Солнце еще только начало взбираться по небосклону, и от Галада и трех его вооруженных спутников протянулись вперед длинные утренние тени. Деревья вокруг стояли густо – дубы и болотные мирты, сосны и сургамы‑кислокамедники, и на большинстве виднелась рыжеватая весенняя поросль. Всадники рысью двигались по проходившей прямо через лес дороге, и Галад старался выбросить из головы все ненужное, успокоить разум, но постоянно мешала какая‑то мелочь. В царящей под лесным пологом тишине раздавался лишь приглушенный стук копыт. На ветвях не чирикали птицы, не пересвистывались белки. Слишком тихо для этого времени – лес будто бы затаил дыхание и замер. Некогда, задолго до возникновения Амадиции и Тарабона, тут пролегал оживленный торговый тракт, и из‑под желтоватой глины, наезженной и утоптанной до твердой корки, кое‑где проглядывали остатки древних камней, которыми он был вымощен давным‑давно. Вокруг, не считая всадников, не было видно ни единой живой души – только очень далеко впереди одинокую фермерскую телегу медленно тащил куда‑то вол. Пути торговых караванов сместились намного севернее, деревни и фермы обезлюдели, а мифические заброшенные копи Айлгара так и оставались позабыты среди горных кряжей, нагромождения которых начинались всего в нескольких милях южнее. В той же стороне небосвода сбивались в кучу, предвещая ненастье, темнеющие облака; если они продолжат свое неспешное наступление по небу, то во второй половине дня прольется дождь. Над кромкой деревьев, вокруг прогалов у лесной опушки, выписывал петли краснокрылый ястреб. Он тоже охотится, как и сам Галад. Но действовать Галаду в своей охоте придется в душе, а не на лесной опушке.