Ошибка реинкарнации, или Пятая невеста

– О! Так я и хотел обсудить с вами кое‑какие дела, – тут же нашелся он. – Но предпочел бы сделать это на свежем воздухе. Совместить приятное с полезным.

Леди за столом чуть расслабились.

– Раз так, хорошо, – кивнула я и добавила, демонстрируя всем, что я – администратор, а не только представительница прекрасного пола. – Я к вашим услугам. Если возникли проблемы, постараюсь помочь их решить.

На этом все успокоились и продолжили трапезу. Лишь леди Эверет с подозрением посматривала то на меня, то на Виктора. Но я делала вид, что ничего не замечаю, а вскоре первая поднялась из‑за стола. Вернулась за стойку, изображая рвение в работе. Мол, посмотрите, я вся такая исполнительная и радушная. Со мной приятно иметь дело.

Виктор появился минут через пятнадцать.

– Какие же навязчивые эти леди, – пожаловался он, когда мы миновали холл и вышли наружу. – Хотел избежать лишнего внимания, притворяясь простым постояльцем. Но не вышло.

– Так какое у вас ко мне дело, господин Майлз? – спросила я, решив не обсуждать дам.

– Я же просил называть меня Виктором, – напомнил он. – А дела как такового нет. Я просто хотел погулять в приятной компании.

– Вот как, – протянула я и заметила, что на втором этаже дрогнула штора. Это была комната Оливии Рутенберг. Стало быть, девица следила за нами через окно.

– Как вам здешние места, Кирстен?

– Места я видела лишь мельком. А замок… Странная планировка, если честно.

– Я тоже удивился, когда приехал впервые, – признался Виктор. – Мне рассказали, что так захотел первый владелец. Его звали Патрик Саливан. Он прожил здесь большую часть жизни. Вместе с супругой Виолетт. После их смерти (лет сто назад) замок перешел внуку – Эфрану Саливану. Но он пробыл здесь недолго. Потом замок поменял много хозяев. И вот его купил я, заинтересовавшись здешними лесами и рекой, дарующими благодать.

– Местные говорят, в замке водятся призраки.

Наверное, не стоило этого говорить. Но Виктор та‑ак смотрел на меня, и я ляпнула первое, что пришло в голову. Лишь бы он отвлекся и перестал взирать, будто я произведение искусства. Нет, мне не было неприятно. Скорее, наоборот. Этот человек меня притягивал, и его внимание грело душу. И всё же я чувствовала себя неловко, ибо совершенно не привыкла к подобному.

– Вы верите в эти рассказы, Кирстен? – спросил Виктор прямо.

– Пожалуй, нет.

Я не солгала. Почти. Происхождение следов пока не установлено, но вряд ли это происки потусторонних обитателей замка. Их попросту не существует. Ведь так?

– Я тоже слышал подобные заявления от местных жителей, – поведал Виктор. – Но поверьте, пока шел ремонт, никто не столкнулся ни с чем странным. Я сам регулярно приезжал, чтобы следить за работниками. И ничего. Ни намека на привидения. Это просто старый замок.

Мы еще немного погуляли. Говорили в основном о работе – постояльцах и слугах. Только под конец Виктор позволил себе небольшую вольность.

– Вам очень идет это платье, Кирстен. Выглядите строго, но невероятно элегантно.

– Спасибо.

На этот раз я посмотрела на него смело. И даже провокационно, сама дивясь подобному поведению. С другой стороны, Виктор ведь проявляет интерес. И нравится мне.

Вдруг мои слова, сказанные матери, окажутся пророческими. О скором замужестве.

Да‑да, в народе советуют не бежать впереди паровоза, но мало ли…

 

****

Я вновь дождалась, пока Бернар закроет двери, и только потом пошла спать. Поднимаясь по лестнице, услышала голоса в коридоре второго этажа. Узнала оба. Первый принадлежал Оливии Рутенберг, второй Виктору. Мое сердце зачастило от обиды и, что греха таить, ревности. Однако я быстро поняла, что повода для этого нет.

– Я польщен вашим вниманием, леди Рутенберг…

– Можете называть меня Оливия.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Очень хорошая!

– Вы очаровательны. В том числе в своей смелости и настойчивости. Но боюсь, между нами ничего не может быть.

– А я думаю… – начала девушка упрямо, но вмешалась я, дабы прекратить притязания на моего блондина.

– У вас тут всё в порядке? – спросила, завернув в коридор.

Оливия скривилась, мол, тебя тут только и не хватало, а Виктор с трудом сдержал вздох облегчения.

– Леди Рутенберг как раз шла к себе, – оповестил меня он.

– Вовсе нет, – объявила та сердито. – Мы мило беседовали с Виктором. Так что, леди Кирстен, у нас тут всё в порядке. Можете идти дальше, куда шли.

Я открыла рот, судорожно пытаясь придумать, что на это ответить, но помешала… Летти. Блеклая до невозможности горничная вывернула с лестницы, а следом появился дым, исходящий из травок, которые она жгла.

– Кыш, неугомонный дух, – шептала девушка, не замечая нашего присутствия. – Здесь тебе не место. Уходи в небытие.

Оливия попятилась. Вид Летти, выглядевшей сейчас не лучше призрака, напугал девицу.

– Это еще что за сумасшествие?

– Это… – протянула я. – Это наша достопримечательность. Видите ли, в чем дело, леди Рутенберг, в замке обитают призраки. Вот Летти их и изгоняет. Хотя не уверена, что получится. Призраки… они очень упорные. Не покидают насиженных мест.

Виктор нервно кашлянул. А я только плечами передернула.

Ну а что? Может эта наглая девица перетрусит и уговорит отца поскорее убраться в город.

Однако не тут‑то было.

– Привидения? – усмехнулась Оливия. – Какая глупость.

И в этот самый миг, как по заказу, распахнулись все окна в коридоре. Вздрогнул даже Виктор. Не говоря уже о нас – прекрасном поле. У меня аж мурашки по коже проскакали. Наперегонки!

– Ничего страшного, – заверил Виктор.

Пока мы стояли, как вкопанные, он успел осмотреть окна и решить, что призраки тут никаким боком не участвовали. – Это просто сильный ветер, леди. Погода портится. А слуги поленились закрыть окна на щеколды. Вот они и открылись.

– Лентяи, – припечатала Оливия, глянув в сторону Летти.

Но та едва ли это услышала. Дула на тлеющий пучок сухой травы, и дым валил сильнее.

– Летти, прекрати! – велела я