Отбор для Кощея

– Мамочки… – пискнула испуганно, да так и осела на пол. – И что мне теперь делать?

Вопрос риторический, никто мне на него не ответил. И слава Богу! А то мало ли, вдруг тут еще какие‑то тварюшки имеются.

И если первой реакцией была паника, то теперь мозг наконец‑то включился, спросил седалищную мышцу куда та нас занесла и начал работать. Что мы имеем? Кощей – одна штука, зверье – две штуки, проблемы – фиг пойми сколько. А главное, жизнь – одна штука, к сожалению! Что ещё? Меня не убили – хорошо. От меня что‑то нужно – плохо. Или все‑таки хорошо? Ведь если что‑то нужно, значит можно торговаться, правильно? Что он там сказал? Провести отбор? Это значит, что сам он почему‑то не может. Почему? Не хочет напрягаться? Матушка не велела? Или, что более реально, на него идет охота? Тогда мне хана! Сомневаюсь, что если откажусь, то меня отпустят и помашут вслед платочком.

Сзади противно скрипнула дверь и я услышала громкий, неторопливый стук шагов. Резко подорвалась и оглянулась – пожаловали Кощей со своей братией, чтоб им провалиться!

– Очнулась, – не спрашивал, а утверждал он, оглядывая комнату и учиненный мною погром. Его взгляд задержался то ли на мне, то ли на упавшем карнизе. Поди разбери, когда у него глазенок‑то нету. – Что это ты тут собиралась делать? – угрожающе  надвигался он на меня. Мне же оставалось только отступать. Только, к сожалению, я быстро уперлась в стену.

– Господин, я говорил вам, – забегало это дурацкое растение возле нас, – глупая девчонка только все испортит!

– Если бы ты не приволок ту крысу, – как‑то меланхолично протянула животина, лениво растягиваясь на кровати, – ее бы вообще здесь не было.

– Да ты! Да я!

– Замолчите оба! – гаркнул Кощей, не поворачивая к ним головы. – А ты, – навис он надо мной, – слушай внимательно. Если хочешь домой – делай, что я скажу.

Так сказал бы уже, что делать‑то! А то пока только пугает и угрожает. Но вслух я, конечно, этого говорить не стала – в целях безопасности.

– Господин Кощей, – обратилась я к нему как можно более вежливо, – а может вы и правда выберете кого‑то другого? Я точно не подхожу и точно‑точно все испорчу, – челюсти ваши правду говорят! – может пронесет и он отправит все‑таки меня обратно?

– Ты еще и блаженная? – он брезгливо отодвинулся.

– Почему это? – вдруг стало обидно. Блаженная это ведь сумасшедшая? Хотя, возможно, в какой‑то степени, он даже прав.

– О ком в таком случае ты сейчас говорила? Нас здесь трое.

Интересно, он считать не умеет или меня за пустое место принимает?

– Четверо, вообще‑то, – обиженно буркнула и ткнула пальцем в цветочек, – я о нем!

Кощей долго смотрел на растение, потом снова повернул голову в мою сторону.

– Не важно, – отмахнулся он, вытащил откуда‑то свиток и протянул мне, – капни сюда свою кровь.

Ага, щас! Бегу и тапочки теряю! Тут ручкой расписываться на чем попало нельзя, не проверив документ, а он говорит – кровью. Ищи дураков! Ах да, он же, похоже, меня за такую и принимает. Может стоит подыграть, вдруг это спасет меня? Ну, была ни была. Буду надеяться, что он меня не угробит, все‑таки!

– Ни за что! – сложив руки на груди, твердо и уверенно отрезала я.

– Тогда я тебя просто убью!

Он потянул ко мне свою мерзкую костлявую руку, но я, видимо действительно свихнувшись, оттолкнула ее и с важным видом прошла к скамейке у кровати.

– Хотите чтобы я что‑то там за вас сделала? – улыбнулась самой идиотской улыбкой, на которую была способна. – Тогда говорите сразу – почему вы сами не можете этого сделать? А уже после этого, если я посчитаю, что мне ничего не угрожает – составим договор.

Я старалась внешне сохранять спокойствие и беззаботность, но, черт меня подери, как же мне было страшно! А вдруг я ошиблась в выводах и не так сильно уже я ему и нужна? С другой стороны, – если за ним охотятся, то я, согласившись на все вот это, все равно окажусь под ударом. Немного раньше, немного позже – какая по сути разница?

– Ты много на себя берешь! – почти прошипел Кощей и снова  медленно стал надвигаться на меня. – Ты всего лишь слабая, глупая женщина!

Он что, хочет меня запугать? Ну что сказать, – у него отлично получается! Но и мне уже было поздно отступать .

– И даже я понимаю, – вздернула гордо подбородок, уставившись туда, где по идее должны были быть глаза, – что здесь что‑то не так. Так что, так и будем, как ослы, препираться или все же расскажете в чем дело?

– Господин болен, – послышался с кровати ответ, вперемешку с урчанием. – Не бойся, тебе это ничем не грозит, женщина. Ты не сможешь заболеть магической лихорадкой – у тебя магии‑то нет.

Серьёзно? И я должна поверить в эту ерунду? На вид он вроде бодрячком, если, конечно, к нему такое слово вообще применимо.

– Слабо верится, – я окинула скептическим взглядом Кощея, – а как докажете? Ну клятву там дать, что это правда или еще что?

– Ты забываешься! – сложив свои костлявые, металлические руки на груди, он раздраженно прикрикнул. – Тебе вообще ничего не обязаны рассказывать. Ты – женщина и должна молча выполнять приказ мужчины. К тебе и так снизошли тем, что отвечаем на твои вопросы.

Ах ты шовинист! Не зря у тебя на башке корона, как рога, ох не зря! Видимо, чтобы все знали, какой козел. Ну что ж, раз так, значит и подвоха ждать ты не будешь. Мысленно я оскалилась в предвкушающей улыбке.

– Вы ведь сами сказали – я всего лишь женщина, – заискивающе, так что самой противно стало, пролепетала я и глупо захлопала глазками. – Я не так сильна и умна, как мужчины. Мне сложно будет защитить себя, в случае чего, – так жалобно простонала я и, спрятав лицо в ладонях, захныкала.

Говоришь, мужик? Ну, так и испробуем на тебе главное оружие женщин – слезы! Посмотрим насколько сильна твоя нервная система, ондатра ты облезлая!

– Замолчи! – гаркнул он, а я еще громче заголосила. Только бы не спалиться! – Прекрати сейчас же! И без тебя голова болит!

Ох, головушка болит, да? Так это же прекрасно! Для меня. Я‑то знаю как действуют резкие звуки в таком случае. И зашлась в рыданиях, натирая кулаками глаза, чтобы они хотя бы покраснели, одновременно причитая о своей судьбе.

– Да хватит! – не выдержал Кощей и схватился за голову. – Хорошо, будет тебе договор! Я гарантирую, что тебя никто не убьет, пока ты будешь изображать меня.

Так бы и сразу! Кстати, об изображать, – каким образом он собирается добиться нашей схожести?

– Г‑господин Кощей, – обратилась я, все еще изображая хныканье, – но ведь мы не похожи. Как же я смогу?

– Какая она раздражающая тупица! – вклинились "челюсти" и суетливо замахали ростками, которые, похоже, были чем‑то вроде рук. Гербицидов на тебя нет, крысоед паршивый! – Хозяин, может я все же ее съем?! Найдем кого‑то другого! Я помогу Вам с ритуалом!

– Ты уже помог, – притащил заразу в дом, – тоскливо и меланхолично осадила его другая живность.

А она мне нравится! Правильно, так ему, кошмару агронома!