Отбор для Кощея
Уходить я не торопилась. Свернула свой экземпляр договора и стала ждать, пока мне объяснят дальнейшие мои действия. Но почему‑то, никто не спешил этого делать.
– Хорошо, я сама спрошу, – выдохнула я, нарушая затянувшуюся тишину, – что дальше? Что значит – "возложит латы на плечи"? Что мне нужно знать для проведения отбора?
Тишина была мне ответом. Луч преспокойненько спал, свернувшись на столе. "Челюсти" поворачивали головушку то ко мне, то в сторону кровати, но упорно молчали. Ни незнакомец, ни Кощей не отзывались.
На какой‑то момент я усомнилась, что в комнате кроме нас троих вообще кто‑то есть. Когда на кровати кто‑то тяжело захрипел и растение рвануло туда.
Я подумывала уже уйти, – все же не мое дело. Но в голове проскочила мысль, что если с Кощеем что‑то случится – домой я не попаду. Да и все мои привилегии тут же исчезнут. Кусая губы, – дурацкая привычка, – я мысленно взвесила все за и против, и решительно подошла к кровати.
– Может нужна моя… помощь? – отдернув балдахин я запнулась и застыла.
В кровати, судя по всему в Кощеевой, лежал мужчина. Его черные длинные волосы беспорядочно разметались по подушке. Его грудь часто вздымалась, а из горла вырывались сдавленные хрипы. На смуглой коже четко выделялись багровые пятна и волдыри. Дышать ему становилось все тяжелее, лицо взмокло от пота.
– Убирайся женщина! – вскинулись "челюсти" и раззявили на меня свою пасть.
– А где Кощей? – удивленно выдала я, глупо уставившись на больного.
– Это и есть наш господин, – Луч незаметно оказался рядом, – ему очень плохо.
Офигеть! Кощей оказался настоящим красавчиком, это даже болезненный вид не в состоянии скрыть. Я потрясла головой, отгоняя ненужные сейчас мысли и потрогала его лоб. Черт, он весь горит!
– Врача позовите!
– Нельзя, – снова отозвался Луч, внимательно следя за мной, – никто не должен знать, что господину нездоровится! Тебя поэтому и призвали.
– Вы что идиоты? – раздраженно зыркнула я на них. – Он же так умрет! Врача зовите! Немедленно!
– Кто дал тебе право командовать?! – челюсти замахали на меня своими ветками.
Ну все, ты нарвался гибрид! Я ухватила его за стебель, что был вместо шеи, и подтянула к себе, угрожающе скалясь.
– Слушай сюда, мухожорка несчастная! Если ты сейчас же не выполнишь то, что я сказала, я тебя в бетон закатаю! Не дам никому тебя кормить и поливать! И сдохнешь ты на десятые сутки, если не раньше! Так что закрой свою мухорезку и, быстро перебирая корнями, приведи сюда врача!
Растеньице то ли впечатлилось угрозой, то ли еще что, но спорить перестало и побежало на выход. Надеюсь, все таки за доктором, а не за стражей. С бетоном я, конечно, дала маху, – где я его тут возьму? С другой стороны, – "челюсти" не должны знать, что это такое! А неизвестность пугает даже сильнее.
– Луч, нужна холодная вода, – стягивая с мужины покрывала, сказала я. Господи, бедняга! И так жар какой, а его еще и укутали в несколько тёплых одеял.
Этот, хорошо, не спорил, а сразу куда‑то улетел. И пока его не было, я успела прощупать пульс, – черт возьми, он у него зашкаливал! Слушать сердцебиение даже не стала, – все равно ни понять что‑то, ни помочь я не смогу. Могу только холодный компресс организовать, и то, если Луч воду мне таки притащит.
– Ты это, – пробормотала я Кощею, – не вздумай тут помереть. Кто ж меня тогда домой‑то отправит?
Сомневаюсь, что он меня слышал. А если и так, то вряд ли понял.
– Вот! – в лапках Луч держал целое ведро воды.
Надо же! Вроде такой маленький, а такую тяжесть в короткие сроки притащил. Оторвав, не без труда, кусок ткани от своей рубахи, я окунула ее в воду, выжала и принялась обтирать Кощея. Аккуратно, чтобы не задеть волдыри и не занести какую‑нибудь еще инфекцию. Ему и этого с головой хватает!
– Любопытно, – сказал зверек, наблюдая за моими действиями.
– Ему нужен хороший доктор, – продолжая свои манипуляции, говорила я. Главное что‑то делать и не молчать, – ненавижу ожидание! – Не знаю, что это такое, но без лекарств он точно загнется. Каким бы сильным он ни был.
Я услышала торопливые шаги. Дверь открылась и в спальню вбежали, иначе не скажешь, двое мужчин. Один был постарше, на вид я бы дала ему не меньше шестидесяти, тощий, ростом чуть ниже среднего. На голове наблюдались залысины, что было весьма комично на контрасте с густой, пусть и седой, бородой. Второй же – помоложе, высокий и крепкий в плечах. Его короткие светлые волосы были мокрым, рубашка расхлябана, жилет накинут кое как. Складывалось ощущение, что его только что вытащили из душа. Ну или из чьей‑то постели, – тоже ведь вариант.
– Ты кто такая? – грубо ткнув в меня пальцем, гаркнул молодой.
Я опешила. Как‑то о том, кем мне представиться я не подумала. Сказать, что я замена Кощея? Плохая идея! Меня тут же отправят или в темницу, или сразу на тот свет! Любовница? Тоже плохой вариант, – я не знаю их обычаев. Вдруг тут нельзя таким заниматься до свадьбы или подобные связи тщательно скрывают. Да и вообще, – я же женщина! Тут, похоже, к нам "особое" отношение!
– Я… я… – заикаясь и пятясь от наступающего на меня мужчины, пыталась срочно придумать ответ. А зверье, как назло, отмалчивались!
– Ну!
– Я личная служанка господина! – выдала я и тут же пожалела о своих словах.
Глава 3
Он схватил меня за волосы своей грубой, волосатой ручищей и потянул на себя. Я только вскрикнуть и успела, – больно!
– Брешешь, ведьма! – крикнул он мне в лицо и меня едва не вырвало от мерзкого, зловонного запаха перегара. – Отвечай, что ты сделала с господином?!
– Ничего! – пытаясь спасти себя от снятия скальпа, взвыла дурным голосом я.
Спасать меня никто и не думал. Луч с присущей ему меланхолией, любопытно наблюдал за развернувшимся скандалом. А "челюстям", наверное, еще и радость доставляло подобное обращение со мной. Старик водил руками над Кощеем и, казалось, совершенно не замечал того беспредела, что творил его помощничек.
Ну раз никто не собирается мне помогать, то пусть потом не жалуются!
Удар кулаком в пах – быдловатый мужик отпускает меня. И хватается за самое сакральное, – за хозяйство. А следом, не давая ему ни разогнуться, ни сориентироваться – с локтя по затылку. Как раз туда, где находится затылочная артерия. Нокаут! Ярослава – мужик 1:0!
– Господин дал клятву, что меня никто не обидит! – и выразительно так посмотрела в глаза Лучу.
Интересно, они что уже забыли о договоре? Хотят смерти своему хозяину? А нет, – в глазах животного мгновенно появилось осознание и испуг. Что смотришь, тварь ушастая? Да‑да, вы только что чуть своего дорогого Кощея в могилу не свели!
