Отбор для Кощея
И после этого они говорят, что женщины у них слабые и глупые. Да эта повариха вполне могла посоперничать с тем помощничком доктора. Ещё неизвестно кто бы победил. Скалкой ему по башке – раз! И все, как шелковый был бы.
– Ладно, ешь, – уперла руки в боки и кивнула на валяющиеся на полу кусочек курицы и хлеб.
– С пола? Не буду! – брезгливо скривилась я.
– Ишь ты, барыня какая! – всплеснула недовольно она руками. – Ты, девка, мне тут носом не крути, – а то как дам сейчас по тощей заднице! Для уму!
Угроза была весомой – получить, пусть и по… кхм, скалкой не хотелось. Но и есть с грязного пола – тоже. Я ж не пес какой‑то!
Как ни странно, выручил меня Лютик. Он просто съел все сам! Еще и смачно приплямкивал, умница какой!
– Ой! – невинно так, с напускным раскаянием выдал он. – Не удержался. Марья, выдай ей другую порцию!
– Ох, балуешь девку, – покачивая головой, женщина отошла к печи. Погремела там посудой и поставила на стол глиняную тарелку. – Садись уже. Не боись – не трону!
Осторожно и медленно я подошла поближе, все еще опасаясь гнева строгой поварихи. Наклонилась к миске и принюхалась – суп. Обычный свекольный суп. Рядом Марья положила два куска ржаного хлеба и вручила мне деревянную ложку.
– Спасибо, – поглядывая с опаской на нее, поблагодарила и принялась за еду.
– Марья! Марья! Что я тебе расскажу! Господин привел в замок ведьму – страшную, сильную! Слышишь, Марья?
На кухню, растрепанная и запыхавшаяся, вбежала та самая юная девочка‑служанка, что сопровождала меня к Кощею. Выходит, он еще и ведьму притащил? Ну прекрасно! Бедная девочка, ей похоже пришлось пережить что‑то ужасное, вон как напугана.
– Ой! – пискнула она, едва меня завидев. Побледнела и прижавшись к Марье громким шепотом добавила: – это она, Марья. Та самая ведьма!
Чего? В смысле? Это что же получается – девочка не Кощея боялась, а меня? И не только она, теперь. Марья, засунув девчушку себе за спину, медленно отступала и опасливо поглядывала на меня. А потом схватила свою скалку и, словно рыцарь меч, наставила на меня.
– Доедай и убирайся отсюда, ведьма!
Приплыли…
Глава 4
Бросив умоляющий взгляд на Лютика, я поняла, что он сейчас мне не помощник. Завис, бедняга, как мой старенький ноутбук. Перезагрузить бы, чтоб работать начал.
– С чего ты взяла, что я ведьма? – обратилась я к девчушке, едва смогла подобрать слова для вопроса.Потому что, крутившиеся в голове "э" и "че?", явно были не лучшим способом выяснить хоть что‑то.
– Не говори с ней! Не смотри на нее даже! Что нужно? Здоровье, волосы, кровь или сердце? Мое бери – ребёнка не тронь!
Как говорил один сериальный персонаж – интересно девки пляшут. Марья была сейчас похожа на разъяренную волчицу, обороняющую своего детеныша. Того и гляди – вцепится в меня мертвой хваткой. А уж сколько на кухне холодного, вспомогательного в таком деле, оружия! Я мысленно присвистнула – вот это я попала!
– Да ничего мне не нужно, – выставив руки перед собой, сделала я шаг навстречу.
Девочка только громко пискнула и посильнее спряталась за широкую женскую спину. Вот те раз! Убеждать их сейчас в обратном, похоже, глупая и совершенно не разумная идея. А значит…
– Ну хорошо‑хорошо, – вздохнула я и присела на стул, – да, я ведьма.
Уверена, будь у Лютика глаза, они бы приняли размер того блюда, что стоял на столе с ароматной жареной дичью. Интересно, за время моего здесь пребывания, я смогу получить черный пояс по вранью?
– Но вам нечего волноваться! Господин нанял меня, чтобы я следила за девушками на отборе. Проверяла, не подлили ли они друг дружке каких ядов иль зелий. Да и ещё кое что, о чем вам знать не положено.
Заговорщицки подмигнула, взяла ложку и отхлебнула супа. Ммм, а это вкусно! Вкуснее даже чем у моей бабушки был. С аппетитом поглощая еду, я не забывала одним глазом следить за служанками. На лице Марьи крупными буквами было написано – врешь, собака! А вот девчушка слегка осмелела и даже почти полностью вышла из тени женщины.
– Ну Васька! Кто ж тя за язык‑то тянул? А ежели господин узнает о том, что ты треплешься о его делах направо и налево? Да высекут же тебя, дурья голова!
А вот и Лютик включился в игру. И теперь даже Марья, прикрыв рот ладонью, в ужасе переводила взгляд с него на девчушку.
– Ой батюшки, горе ты моё луковое! А ну и правда хозяин узнает!? Ты кому еще успела раззвонить, дурында? – накинулась на Ваську с вопросами женщина.
– Никому, клянусь Марьюшка, никому! Молю, не говорите господину, что я шепталась о его гостье. Хотите язык отрежьте, только не говорите! – упала она на колени и, хватая повариху за подол рубахи, разрыдалась.
Вот это страсти – куда там нашим сериалам. Голливудские звезды нервно курят в сторонке. Девочка столько экспрессии выдала, а ведь врет паршивка, по глазам вижу!
– Ничего тебе не будет, ежели дальше будешь держать язык за зубами. Никому не сказала как я выгляжу? – барабаня пальцами по деревянному столу, спросила я, внимательно вглядываясь в ее милое личико.
– Нет, госпожа ведьма, никому! – а вот теперь правда. Что ж, это хорошо.
– Вот и впредь молчи, да думай всегда наперед. Запомните, я – Ярослава, личная служанка господина. Так и только так!
Я как агент 007, каждому выдаю отдельную липовую биографию. Незаконнорожденная дочь князя – есть, ведьма – есть. По нарастающей иду, однако. Что дальше будет?
– Очень вкусно, Марья! – доедая суп, сказала я. – Ты настоящая кудесница!
Похвала и лесть во все времена творили чудеса. И этот раз не стал исключением, – глаза у женщины довольно заблестели, во взгляде и позе появилась какая‑то затаенная гордость.
– Я такой вкусный свекольник последний раз у бабушки ела. Как будто в детство вернулась. Спасибо, Марья! – подлила я еще медку.
Ну вот, потихоньку она стала оттаивать, – отложила свою скалку, улыбнулась одними уголками губ и протянула мне блюдо с пирожками.
– Угощайся, – сказала она, – свеженькие, с пылу с жару.
